Саранча - Латынина Юлия Леонидовна - Страница 104

Слишком поспешно. Из-за угла вывернулся раздолбанный военный «газик». Неопытный водитель, не ожидавший помехи, с визгом затормозил. Время для Сазана внезапно приостановилось. Он видел, как неотвратимо сближаются друг с другом корма «Волги» и морда «газика», как сбегает по ступенькам Гаибов в развевающемся плаще, и еще каким-то боковым зрением Сазан внезапно увидел белые «Жигули», припаркованные чуть дальше по набережной, и парня в кожаной куртке, опершегося на крыло «Жигулей».

— Ну что за напасть! — растерянно начал Санычев, — только вчера ремонти…

«Газик» с треском вломился в «Волгу», вминая багажник в глубь салона. Валерий вдруг прыгнул, сшибая директора на землю. Краем глаза он заметил, как «Волга», спружинив, отлетела от удара. Удар был, впрочем, не шибко сильный, если бы даже Санычев сидел в машине, ничего страшного с ним бы не случилось.

Парень в кожаной куртке нырнул в «Жигули».

В следующую секунду «Волга» взорвалась. Полыхнуло откуда-то из-под заднего сиденья. На месте машины вспух безобразный розовый ком. Гаибов, на мгновение высвеченный взрывом, болезенно охнул.

Валерий вскочил.

«Волга» пылала вся. На газоне, отброшенный взрывом, плоской тряпкой лежал водитель директора. Морда «газика» тоже была в огне. Внутри «газика», как бабочка за стеклом, бился горящий человек. Это был незадачливый виновник аварии. Потом в «газике» рванул бензобак, пламя поднялось вверх красным пляшущим петухом, и силуэт человека пропал, как будто на него плеснули красной краской.

Взвизгнули колеса — это рванули с места белые «Жигули». Сазан кинулся к дороге. Из милицейского «форда» выскочил мент с автоматом наперевес и так и замер у открытой дверцы. Валерий отпихнул его и прыгнул внутрь, на водительское место.

Рядом, дыша пивным выхлопом, ворочался толстый постовой.

— Ты-ты что? — изумленно сказал постовой. — Горит же.

Валерий молча врубил скорость. Машину кинуло назад, поверх снежной наледи на газоне и молоденьких туй, под колесами захрустели ветки, мотор взвыл, из-под колес плюнуло грязью со снегом. На мгновение Сазану показалось, что сейчас машина бесславно застрянет на газоне, но сломанные туи, покорно легшие под машину, помогли: «форд» боком проехал по испоганенной губернаторской клумбе, выскочил на мостовую, с визгом развернулся и бросился вслед исчезающей корме «Жигулей».

Постовой, сообразив, что происходит, визжал в рацию:

— Белая «шестерка», номер заляпан грязью, уходит в сторону Чусовой, задержать!

Но задержать «шестерку» не удалось. Когда патрульный «форд» влетел вслед за подозрительной тачкой в первый же двор, попавшийся ей на пути, «шестерка» с распахнутыми дверями мирно стояла перед подъездом старенькой пятиэтажки. Валерий с ментом бросились внутрь: подъезд был сквозной, с той стороны начиналась улица Ботаническая, и по этой улице вдаль убегала неясная корма подозрительно прыткого «Москвича».

Валерий с ментом для порядка облазили дом — вдруг «Москвич» был ни при чем, а обитатели «жигуля» уходили чердаками, но никого не обнаружили, если не считать сношавшейся под стрехой парочки бомжей.

Спустя пятнадцать минут патрульный «форд» вернулся к бывшему зданию обкома. Там уже творилось причитающееся случаю столпотворение. «Волга» выгорела полностью, от машины остался черный сочащийся дымом скелетик. «Газик» еще горел, довольно лениво, чадный дымовой хвост поднимался выше здания бывшего обкома и был легко оборзим еще с набережной. Пожарных еще почему-то не было, зато возле «газика» стояла «скорая помощь» и две милицейские «синеглазки».

Водитель лежал на газоне сломанной куклой. Двое ментов сидели над ним и трогать его не торопились, как кошка не торопится трогать кусок несвежей колбасы.

— Эй! Слушай, — сообразил наконец постовой, — скажи, что это я был за рулем, ладно?

Валерий, не отвечая, выскочил из машины. Откуда-то из-за угла вывернулся его собственный джип. На крыльцо уже выбежала куча народу.

Санычев стоял, прислонившись к стене, совершенно невредимый, и лицо его было цвета проросшей в подвале картошки Он глядел на Валерия вполне бессмысленными глазами, будучи, вероятно, не в силах объять умом простой факт: если бы московский бандит не пристал к нему в фойе и если бы незадачливый «газик» не врезался в заминированную «Волгу», то сейчас бы вместе с водителем в «Волге» сгорел бы он, Демьян Михайлович Санычев, генеральный директор фармкомбината «Заря».

Откуда— то сквозь толпу протиснулся взъерошенный Гаибов, подбежал к директору.

— Демьян, ты в порядке?

— Да, — слабо ответил Санычев.

Медленно охнул и приложил руку к сердцу. Лицо его налилось красным, гендиректор зашатался и упал бы, если б Валерий не подхватил его под мышки. Спустя секунду он, хрипя, уже лежал на грязных ступенях, а Гаибов рвал с него галстук.

— Все хорошо, — кричал Чердынский, — все нормально, это просто приступ! «Скорую»!

Ко входу в губернаторскую резиденцию уже бежали санитары с носилками. Гаибов совал под язык Санычеву какую-то белую таблетку.

Валерий запрыгнул в подкативший джип, захлопнул дверцу:

— Гони за «скорой!»

Оглянувшись в последний раз на творившийся у крыльца бардак, он заметил меж высоких дверей бледное ошеломленное лицо губернатора.

Спустя час Нестеренко сидел на подоконнике небольшой палаты в ведомственной больничке «Зари». Эта бьша та самая палата, где две недели назад лечили самого Нестеренко. Демьян Михайлович лежал на высокой пружинной койке, с бессмысленным взглядом и осунувшийся. Он был вполне в сознании: врачи хлопотали вокруг него и кололи какую-то гадость, и постепенно генеральный директор порозовел и задышал все ровнее и ровнее.

Гаибов сидел на другой кровати и курил одну сигарету за другой, пока врач не цыкнул на него.

Замдиректора вышел докурить в коридор и почти сразу вернулся.

Валерий наклонился над Санычевым.

— Где стояла машина? — спросил он. Директор лежал, полуприкрыв глаза.

— Демьян Михайлович, — повторил Валерий, — где стояла машина до того, как подъехала к выходу? В гараже администрации?