Разбор полетов - Латынина Юлия Леонидовна - Страница 69

— Служба распорядилась? — недоверчиво уточнил вице-премьер.

— Было постановление правительства, — быстро сказал один из чиновников, — я его помню. Номер девятьсот тридцать пять за этот год.

— Все топливозаправки в аэропортах контролируют бандиты, — застенчиво продолжал Сазан, — и я решил, что СТК решила отхватить себе очень жирный кусок. И что, возможно, за СТК стоят какие-нибудь-воры или нефтяники.

— Небольшая разница, — прошелестел одними губами более молодой из чиновников, и его товарищ сдержанно прыснул.

— У вас осталось двадцать минут, — сказал вице-премьер, — может, мы перейдем к делу? Сазан проглотил еще одну конфету.

— Ну если к делу, то были три афганца-товарища, майоры Бачило и Тараскин и полковник Сергеев. Первый был десантником, а остальные два — летунами. Вот они послужили в Афганистане с честью и славой, и в числе прочего Бачило завел контакты через местную милицию с продавцами дури, а летуны в процессе исполнения интернационального долга научились возить опиум вместе с грузом-200 на социалистическую родину. И надо сказать, что Тараскин на этом деле почти попался, и хотя судить его не судили, но со свистом вышибли к черту на рога, руководить крошечным аэропортом Еремеевка. Ну, в ходе конверсии половину Еремеевки отдали коммерческому аэропорту, тут Тараскин сам постарался, и стал наш полковник подрабатывать нехитрым способом…

— Заправлял коммерческие рейсы военным керосином, — подсказал Калинин.

— Ну, там еще по мелочи было. Ремонтировали самолеты военные техники, а в документах писали, что ремонт выполнен ООО «Звездочка», которая арендовала ремонтные помещения за ноль целых два десятых гроша в год. Краснодарская братва мне все документы прислала.

Вице— премьер никак не отреагировал на факт экономического шпионажа со стороны краснодарской братвы. Сазан торопливо откусил полбанана, глотнул и продолжил:

— А потом майор Бачило в статусе полковника опять оказался близ Афганистана, на таджикской границе, и некоторое время пил чаи со своими старыми друзьями с той стороны и за небольшую плату закрывал глаза на ночные переправы. А потом его начальник уволился, а Бачило стал командиром заставы, и после ряда консультаций полковник Бачило решил радикально пересмотреть технологию поставки дури в Москву и империалистическое зарубежье.

Видимо, друзья его поначалу с пересмотром технологии не согласились, и Бачило с большим триумфом поймал целый караван опия-сырца. Шума было много, но вот полковнику Калинину по внимательном изучении документов судьба этого конфискованного опия представляется несколько загадочной. То есть на бумаге-то его сжечь сожгли, но вот отправлена эта бумага в Москву почему-то на день раньше акта сожжения.

— Я помню этот случай, — встрепенулся молодой чиновник.

— Так или иначе, старый маршрут через Горный Бадахшан отныне можно было считать достоянием истории. И дурь теперь летела военным вертолетом до Душанбе, а оттуда — до Астрахани или сразу к Еремеевке, а из Еремеевки она летела в Рыково-2.

— А почему не сразу из Душанбе в Москву?

— А во-первых, потому что частыми полетами такого рода военная прокуратура могла заинтересоваться. А во-вторых, потому что большая часть дури не в Москву идет, а на экспорт. А от Еремеевки до рыбачьего порта Ахунды — двадцать километров, и в Ахунде все это добро грузится на баркас и отплывает хоть в Турцию, хоть в Барселону.

— И при чем здесь оказался ваш гендиректор?

— А потому что генерал-лейтенанту Анастасию Павловичу Сергееву стукнуло шестьдесят и пришел ему срок выходить на пенсию, и сделать по этому поводу решительно ничего было нельзя. И видимо, человек, которого прочили на его место, был не из тех, кто готов зарабатывать на порошке. И вот тогда-то они вспомнили, что при Рыкове есть гражданский аэродром, и восприняли этот факт, как знамение Божье. Еремеевский Кагасов у них давно был в подельниках, он их еще раньше с морячками свел и все переживал, что ему малый процент попадает. Они решили поставить его на Рыкове. А как?

И вдруг оказывается, что в это время создается Служба транспортного контроля и что она будет управлять госпакетами тех предприятий, которые остались в государственной собственности.

И все эти генералы забегали муравьями и посадили в Службу одного из своих корешей. И тот немедленно заявляет, что господин Ивкин плохо управляет аэродромом. А так как народ наверняка будет интересоваться, с чего это вдруг господин Ивкин стал плохо управлять аэродромом и почему на его место прочат Кагасова, который управляет аэродромом еще хуже, они изобретают гениальную операцию прикрытия.,

— «Петра-АВИА», — это уточнил вице-премьер.

— Да. Они создают под «крышей» своих армейских друзей компанию, которой должны быть якобы переданы все топливозаправочные комплексы. И всякий, кто интересуется причинами вражды между Службой и рыковским гендиректором, после недолгих поисков узнает простой и очевидный ответ:

Служба хочет продавать аэропорту керосин. Более того! Эта нехитрая операция минимизирует, в числе прочего, и сумму выплат людям внутри Службы. Я сильно подозреваю, что с дури они не получают ничего вообще. Им просто отвалили десяток ТЗК и пообещали еще парочку. Конечно, никакого Внукова или Шереметьева Службе при этом не светит, но на хлеб с маслом и с красной икрой она и без этого заработает.

Вот, собственно, и все.

— Кто в этом замешан? — спросил вице-премьер.

— Генерал-лейтенант Сергеев, полковник Бачило, полковник Тараскин и первый зам, главы Службы Васючиц. Ну и, конечно, Кагасов.

— Святослав Кагасов свояк генерал-майора Астафьева, командующего…ским военным округом, — вставил Калинин.

— Это те аэродромы, про которые я знаю, — сказал Сазан, — но дурь развозили по всей России, и, если копать, там еще накопаешь столько же.

Вице— премьер взглянул на Калинина, и тот утвердительно кивнул.

— А глава Службы? Рамзай?

— Сергей Рамзай — маленький гондон, который ежемесячно получает от Васючица по пять штук в конверте и искренне благословляет судьбу, пославшую ему такого тароватого зама. Вице-премьер переглянулся с товарищами. Видимо, судьба Рамзая ему была небезразлична — то ли тот был его ставленником, то ли, наоборот, человеком противоположного лагеря, и чиновник тут же принялся подсчитывать, как отставка Рамзая скажется на расстановке сил в средних эшелонах правительства.