Сирены - ван Ластбадер Эрик - Страница 100

Рубенс хладнокровно отвинтил крышку на бутылке «Столичной». Положив несколько ледяных кубиков в низкий, широкий стакан, он налил водки и, перемешав все это как следует, чтобы жидкость охладилась, сделал большой глоток.

– Если я правильно понимаю тебя, в студии что-то произошло, – сказал он.

– Ты правильно понимаешь меня, – отозвался Спенглер в тон ему. – У нас возникла очень серьезная проблема.

– Знаешь что, Дори, – произнес Рубенс, не повышая голоса, – мне кажется, тебе все-таки стоит выпить чего-нибудь. Ты любишь сухой «Мартини», верно? – Он подал Спенглеру бокал. – Ну же, не ломайся, – продолжал он уговаривать его. – Я хочу, чтобы ты расслабился, прежде чем расскажешь, в чем, собственно говоря, проблема.

Сдавшись, Спенглер пригубил «Мартини» и приступил к делу.

– Этот Рейнолдс, агент Джорджа Альтевоса, приходил сегодня к Бейллиману. Он заявил, что Джордж грозился прекратить участие в съемках, если в афише и титрах не будут внесены изменения.

– Какие? – Рубенс аккуратно поставил стакан на стойку бара.

– Он хочет, чтобы его имя стояло над именем Дайны. Не рядом, нет. Выше.

– Что же ответил Бейллиман?

– А как ты думаешь? Он сдался.

– Что? – изумленно воскликнула Дайна. – Он согласился?

Спенглер кивнул.

– Свой парень, не правда ли? – Он повернулся к Рубенсу. – Ну что ты думаешь об этом ублюдке?

Рубенс вышел из-за стойки. В его глазах светилось особенное выражение, не предвещающее ничего хорошего. Однако, когда он заговорил, его голос звучал мягко, почти нежно.

– Больше всего, Дори, мне хочется знать, почему ты ничего не предпринял. А? Ты был там. Ты с нами или против нас? Почему ты не поставил Бейллимана на место?

Рука Спенглера, державшая бокал, замерла в воздухе на полпути к губам.

– Ты знаешь, Дори, – продолжал Рубенс, – когда я рекомендовал тебя Дайне, то полагал, что оказываю ей услугу. Я думал, что ты умный и талантливый человек с большими связями. Теперь у меня появилось в этом серьезное сомнение.

– Я просто подумал, что тебе самому захочется разобраться в этом вопросе, – ответил Спенглер.

– Тебя наняли, – вступила в разговор Дайна, – в том числе и для того, чтобы подобные вещи не случались. Или ты думаешь, я хочу, чтобы имя Джорджа стояло над моим?

– Мы затратили столько сил вовсе не для этого, Дори. За то, пусть и недолгое, время, которое ты работаешь на нас, даже клинический идиот понял бы это.

– Мне не нравится, что кто-то называет меня идиотом, – процедил Спенглер сквозь зубы.

– А мне плевать, что нравится, а что не нравится людям, не способным держать себя в руках в трудную минуту.

Спенглер ничего не ответил, и несколько секунд он и Рубенс злобно смотрели друг на друга.

– Существует иной способ, – неожиданно заявила Дайна, переводя взгляд с одного мужчины на другого. – Мне кажется, я сама должна позаботиться об этом. Подобные решения принимает не продюсер. Джордж не станет уходить из картины: ему слишком нужен этот фильм. Бейллиман просто попался на блеф. Мы сами сходим и потолкуем с Буззом. Поехали, Рубенс.

Офис Бузза Бейллимана располагался в той же части огромного здания компании, что и у президента «Твентиз Сенчури Фокс Филмс». В соответствии с должностью Бейллимана – исполнительного вице-президента – он занимал угловое положение и был такого же размера, как и номер в пятизвездочном отеле.

Его огромный стол из розового дерева и нержавеющей стали стоял в дальнем от двери конце кабинета, так что у посетителя, которому приходилось сделать не один десяток шагов по серому с синеватым отливом ковру, складывалось впечатление, будто он совершает паломничество в Святую Землю.

Словно подтверждая эту изысканную иллюзию, Бузз Бейллиман, как правило, принимал людей, приходивших к нему на прием так, точно они были кающимися грешниками у подножия трона господня. Прежде всего им следовало довольно долго ждать в общей приемной, после чего, поднявшись на третий этаж, провести еще до получаса в его личной приемной, всякий раз выслушивая полуизвиняющиеся объяснения его секретарши относительно того, что «мистер Бейллиман задерживается». Избранным Сандра Оберет, некрасивая, но мило улыбающаяся женщина, чей возраст приближался к сорока, приносила чашку кофе и не говорила абсолютно ничего. Она была помощником Бейллимана и в качестве такового осуществляла великолепное «зенитное прикрытие» своему боссу. В конце концов, при всяком вице-президенте должен состоять кто-то, кто отделял бы зерна от плевел. Людям, работавшим на первом этаже, это было явно не по плечу.

Дайна, войдя в личную приемную Бейллимана, явно не собиралась капитулировать перед драконом, стерегущим вход в пещеру гиганта. Когда она спросила мисс Оберет, секретарша заметно удивилась, но все же с похвальной быстротой вызвала высокую помощницу Бейллимана.

Сандра Оберет выскочила из своего кабинета с двумя фарфоровыми чашками в руках – никаких пластиковых стаканчиков во владениях Бузза Бейллимана!, – наполненных дымящимся кофе. Должно быть она приметила столь важных посетителей еще в тот момент, когда они только поднимались по лестнице.

– Мисс Уитней, мистер Рубенс. Очень приятно видеть вас. – У нее был своеобразный формальный способ обращаться к каждому. Казалось, для нее не существует имен, одни лишь фамилии, и Дайне было очень интересно узнать, как она зовет своих возлюбленных.

Они взяли кофе, предложенный им Сандрой, которая, слегка расставив ноги, стояла перед ними, закрывая коридор, ведущий к кабинету Бейллимана, точно опасаясь, что Дайна и Рубенс могут броситься туда без разрешения.

– Вот это неожиданный сюрприз, – она наклонила набок голову и прищелкнула языком. – Вы знаете, мистер Рубенс, у мистера Бейллимана сегодня очень тяжелый день. Назначено слишком много встреч. – Она пожала плечами без малейшего намека на извинения и поправила огромные темные очки, сползшие ей на кончик носа. Спрятанные за ними светлые глаза Сандры безмятежно разглядывали непрошеных гостей. – Целая неделя выдалась такой. Может быть я могу вам чем-то помочь?

На лице Дайны появилось скучающее выражение; Рубенс, не обращая ни малейшего внимания на помощницу Бейллимана, смотрел куда-то в сторону.

– Мы собирались побеседовать с Буззом лично, но... ладно, я знаю, какие доверительные отношения между вами. Разговаривать с вами, все равно, что разговаривать с ним. Верно, Рубенс?

– О, да. – Теперь он с интересом рассматривал витиеватый узор на ковре.

Сандра Оберет на мгновение смутилась.

– Вы хотите сказать, что не желаете... ну в общем, я уверена, что могу помочь вам в любом вопросе. – Она потрогала пальцами, заканчивающимися идеально ухоженными ногтями, пучок волос на затылке, похожий на бейсбольный мяч. Сандра была одета в голубой костюм мужского покроя. Впрочем, строгие линии юбки лишь подчеркивали ее женственность. Ее белая шелковая блузка была застегнута на все пуговицы, а у самого горла скреплена серебряной брошкой.

– У нас на самом деле очень мало времени, – сказала Дайна. – Тод Берк из «Колумбии» ждет нас у него, – она посмотрела на часы, – через двадцать минут. – Услышав имя, упомянутое Дайной, Сандра моргнула, но промолчала. – Он как-то пронюхал про проект Брандо и пригласил нас побеседовать с ним на эту тему. Вначале я попросила Рубенса отказаться, у нас ведь были своего рода моральные обязательства перед Буззом. – Она сделала паузу, наблюдая за тем, как Сандра отреагирует на то, что последняя фраза была произнесена в прошедшем времени. Та молча скрестила руки на груди.

– Однако, естественно, – продолжала Дайна все так же хладнокровно, – когда Дори рассказал нам об изменениях, внесенных в титры, я изменила свое мнение на этот счет. – Она прочертила ладонью воздух перед носом у собеседницы. – Однако это столь важная тема, – ее голос наполнился сарказмом, – что вы будете умницей и передадите мои слова Буззу. Ну а мы тем временем направим свои стопы к Берку. Он сказал, что готов уделить нам хоть полдня. – Замолчав, она посмотрела в упор в глаза Сандры.