Необыкновенный консилиум - Шингарев Геннадий - Страница 34

Как-то раз на перевязочный пункт принесли безрукого матроса. Его несли на носилках два его товарища, и один из них держал под мышкой завёрнутую в тряпку оторванную

руку. Они надеялись, что Пирогов пришьёт руку. Так велика была вера в его чудесное мастерство.

Но Пирогов был не только мастером хирургии. Свой подвиг в Севастополе он совершил благодаря тому, что придумал новую систему оказания помощи раненым, не существовавшую до него.

Глава 45 НАЧАЛА

ВОЕННО-ПОЛЕВОЙ ХИРУРГИИ

Спустя много лет после севастопольских событий, на склоне жизни, Пирогов написал книгу под названием «Начала военно-полевой хирургии». Там есть такая фраза:

«Война — это травматическая эпидемия».

Когда возникает эпидемия какой-нибудь повальной болезни, то заболевают сразу сотни и тысячи людей. Масса народу нуждается в немедленной, неотложной помощи. На войне врач оказывается в обстановке, напоминающей эпидемию. Только здесь на него надвигается не поток больных, а лавина раненых.

Появляется громадное, неслыханное для мирного времени число пострадавших с различными травмами: переломами, ранами, контузиями, ожогами. Война с точки зрения врача — это эпидемия травм.

Массовость — вот что главное. Несколько часов перестрелки, короткая атака — и на переднем крае лежат сотни убитых и в два-три раза больше раненых. Санитары несут их на перевязочные пункты. Вереницы подвод везут их в госпитали. А бой продолжается, война идёт, не спрашивая у врачей, готовы ли они принять всех пострадавших.

В конце концов все дороги оказываются забитыми обозами с ранеными, как это и было в Севастополе. Что делать с этой массой? Отовсюду слышны стоны. Все ждут

помощи. С кого начать? За что приниматься? Тут поневоле потеряешь голову. Самый лучший специалист растеряется, начнёт бегать от одного к другому и в результате не сделает ничего. Самый лучший специалист окажется бесполезен, если в этот хаос не внести систему.

И вот какой выход предложил Пирогов.

В армии Наполеона, как вы помните, хирурги перевязывали раненых под огнём неприятеля. Это было красиво. Но пользы от этого было немного. А спустя полвека это стало и вовсе неразумным. Что может сделать врач под открытым небом, в лесу, в овраге, на грязной земле? А главное, что он может успеть, когда кругом столько раненых? Оказать первую помощь — остановить кровотечение. Но такую помощь в состоянии оказать и санитар: он сам может наложить повязку, приспособить шину при переломе или перетянуть конечность жгутом. Он напоит раненого водой из фляжки. А потом вынесет его.

Врач же должен находиться не на поле боя, а там, где он может применить свои знания и опыт. Врач должен стоять у операционного стола. Не врачу надо идти к раненым, а наоборот: раненых надо везти к врачу.

Но раненых много. Так много, что не все могут дождаться своей очереди: пока врач будет оперировать одного, другой погибнет. И ещё вот что может получиться: легкораненый, который мог бы подождать, окажется впереди, а тяжелораненый опоздает.

Значит, раненых надо сортировать. В этом и заключалась главная мысль Пирогова.

Раненых солдат поделили на четыре категории: лёгкие, тяжёлые, очень тяжёлые и безнадёжные. Оперировали, соблюдая очерёдность, в зависимости от того, у кого какая рана. Тех, кто мог подождать, везли дальше, тех, кто не мог ждать, оперировали немедленно. Легкораненых вообще не оперировали, их перевязывали, а потом раненый возвращался в свою часть. Что касается безнадёжных и умирающих, то их никуда не везли и не оперировали. За ними ухаживали сёстры милосердия.

С этих пор, со времён Севастопольской обороны, принцип

сортировки и очерёдности стал главным правилом военно-полевой хирургии. Он и теперь принят в армиях всех государств.

Простая мысль, не правда ли? Но то-то и оно, что все великие идеи просты.

Глава 46

КРАСНЫЙ КРЕСТ НА БЕЛОМ ПОЛЕ

Сто лет назад в Швейцарии жил человек по имени Анри Дюнан. Он был торговцем, и никто не предполагал, что когда-нибудь его имя войдёт в историю медицины. В 1859 году Дюнан совершил поездку в Италию. В это время там шла война: соединённая франко-итальянская армия выступила против австрийцев.

В местечке Сольферино, недалеко от австрийской границы, путешественник стал свидетелем ужасающей бойни. Около сорока тысяч раненых и умирающих солдат — итальянцев, французов и австрийцев — остались лежать на поле боя, брошенные на произвол судьбы. Соседний городок Кастильоне превратился в сплошной лазарет; раненые лежали всюду — в домах, во дворах, в трактирах и просто на улице. Их было так много, что помочь им не было никакой возможности.

Всё это произвело на Дюнана такое впечатление, что он бросил свои торговые дела. Отныне он решил посвятить всю свою жизнь страдающему человечеству. И он основал нечто вроде международного союза защиты раненых и больных на войне.

Так возникла организация, для которой в честь Дюнана был установлен опознавательный знак, похожий на флаг его родины. Государственный флаг Швейцарии — белый крест на красном поле. Эмблемой общества помощи раненым

стал красный крест на белом полотнище. И само общество стало называться — Международный Красный Крест.

Война закончилась, но Красный Крест не прекратил свою деятельность. В город Женеву съехались представители разных государств. По предложению Красного Креста они заключили между собой особое соглашение — конвенцию. Каждая страна торжественно обязалась соблюдать на войне старинное рыцарское правило — не бить лежачих.

Конвенция запрещает применять оружие против раненых. Нельзя стрелять туда, где висит белый флаг с медицинской эмблемой. Нельзя вести огонь по госпиталям, обстреливать санитарные поезда и колонны грузовиков с ранеными, нельзя топить пароходы, идущие под белым флагом.

На крышах санитарных вагонов были нарисованы большие белые круги с красным крестом, чтобы лётчики видели их и не сбрасывали на них бомбы.

Несколько раз женевская конвенция перерабатывалась, к ней добавляли новые правила. Постепенно к этой конвенции присоединились те, кто ещё не подписал её. Все государства дали обещание уважать Красный Крест — символ чести и человечности.

Но вот наступил тысяча девятьсот сорок первый год.

Глава 47 ВЕЧНЫЙ ОГОНЬ ВОЙНЫ

Этот год мы никогда не забудем. Мы не забудем войну, в которой мы потеряли миллионы людей, из которой мы вышли победителями, войну, которую вслед за нами будут помнить все люди, когда бы они ни жили. В 1941 году на Советский Союз напала гитлеровская «Великогерманская империя». Так окрестили фашисты своё чудовищно разбух