Проклятие Эвлона (СИ) - Криннит Рон - Страница 58

— Хорошо, что ты сам признался, — усмехнулась повелительница. — Теперь я отругаю тебя не так сильно.

— Так Вы знали?

— Да. Я сразу получаю сигнал, если кто-то подходит к той поляне. Разве можно оставлять Калигум хоть на миг без наблюдения?

— Я хотел поговорить о ней, — решился высказаться Сергей. — То, как ее заставляют гнить в отбросах — это не путь добра. Возможно, она заслужила пытку, но если она нас истязает и мы ее истязаем, чем мы тогда отличаемся от нее? Чем мы лучше? Даже злейших врагов надо уважать и проявлять милосердие — это путь света.

— Ох, такие абстрактно-философские мысли от кари?! — удивилась Синсера. — Я уже поняла, что ты — разумный, но что настолько разумный все же не ожидала!

Она покачала головой в раздумьях.

— Действительно, добро и справедливость не всегда совпадают, но что ты предлагаешь? Никто не может зайти к ней, чтобы облегчит ее участь.

— Я могу, — твердо сказал Серый.

— Ты не боишься? Она может тебя растерзать сразу, как дотянется.

— Страшновато, конечно, но мне кажется, что так не произойдет. И у меня есть еще кое-какие мысли.

— Значит, это еще не все? — фыркнула королева. — Интересно, что ты еще надумал.

— Когда ее накормили, умирающая от засухи земля моментально покрылась травой и зеленью. Так если ее отмыть и поухаживать, может это тоже благотворно повлияет на Эвлон? А еще я попытаюсь выяснить, зачем она наложила проклятие, возможно удастся убедить Калигум его снять?

— Действительно, перспективы заманчивы, а рискую я всего лишь тобой, — ехидно заметила Синсера и вскинула мордочку. — Нет, я не продаю жизни своих подданных.

— Даже ради блага всего Эвлона?

— Да. Никакие фантомные блага не стоят конкретных жизней.

— Но Вы же не запрещаете экусам добровольно жертвовать собой ради спасения остальных! Я тоже имею на это право!

— Ты — не экус! Впрочем, отбирать у тебя права разумных существ — несправедливо, — задумчиво произнесла Синсера. — Все, на сегодня тема закрыта. Мне надо подумать. Глянь лучше на свиток в том ящике.

Правительница указала на одну из коробок, и Серый развернул требуемую бумагу. Свиток покрывали неровные строчки скорописи и некие непонятные схемы. По мере осознания смысла написанного его глаза раскрывались все шире от удивления.

— Вы хотите построить железную дорогу? — ошарашенно спросил он.

— Не так быстро, — весело фыркнула королева. — Через несколько дней в общине мастеров состоится собрание инженеров. С твоих слов я набросала заметки и отправила им на изучение. Среди прочих вопросов будет обсуждаться и этот. Я пригласила трех самых лучших в замок к завтрашнему пол-утру и ты расскажешь им все, что знаешь про железные дороги.

— Но я, на самом деле, не очень-то в них разбираюсь! — перепугался Сергей.

— Сегри, я не требую, чтобы ты ее мне построил. Ты видел железные дороги вблизи, ты ими пользовался — так и расскажешь то, о чем знаешь.

— Ну… они полезны, когда надо перевезти объемный груз на дальнее расстояние… — начал рассуждать он.

— Я примерно так и поняла, — согласилась Синсера. — Надеюсь, владельцы мануфактур захотят построить такую дорогу, чтобы было проще возить сырье и товар. А если она оправдает надежды, то можно будет провести линию от Эвлона до Темных Врат, что упростит и ускорит снабжение. Но это дело далекого будущего, конечно.

Закончив вычесывать шерстку правительницы, Сергей отправился в свою комнату. По дороге он пытался припомнить все, что знал по данному вопросу.

Встреча прошла довольно продуктивно. Инженеры — две довнии и хорния — смогли сосредоточиться на сути, не обращая внимания на то, что все сведения исходили от говорящего кари. Они засыпали Серого вопросами, причем в ответах находили такой смысл, который был недоступен ему самому. Почему рельсы кладутся на насыпь из гравия? Сергей не знал, а эквы после бурного обсуждения нашли это «интересным решением». Как пар мог двигать паровоз? Серый мог припомнить только, что давление пара толкало какие-то поршни, и с горем пополам постарался это перевести на местный язык. Изучив его эскизы, эквы смогли уловить принцип — недаром Синсера назвала их лучшими. Особый интерес вызвала такая на первый взгляд мелочь, как болт с гайкой. Экусы использовали в основном два вида крепежа: клинья и заклепки. Идея о съемном многоразовом крепеже показалась им очень заманчивой. Конечно, изготовить болт казалось сложнее, зато в полевых условиях скрепить его с гайкой было намного проще, чем поставить заклепку. Да и разобрать конструкцию при необходимости можно было тем же инструментом, что собирали.

Проведя под перекрестным допросом гораздо дольше, чем рассчитывал, Сергей освободился лишь во второй половине дня. «Сегри, я жду в ванной комнате», — услышал он приказ королевы и удивился: «неужели уже настал вечер?» Серый выглянул в окно и посмотрел на небо — солнце стояло довольно высоко, еще даже полвечера не наступил. Так рано повелительница его до этого не призывала.

Ванная королевы располагалась возле ее покоев на втором этаже, и ему еще ни разу не доводилось там побывать. Сергей вошел внутрь и обалдел: почти всю комнату занимал бассейн. На поверхности плавали лепестки роз, а над водой поднимался пар — королева могла себе позволить принимать теплые ванные.

— Подходи, не бойся, — сказала Синсера, расслабленно сидевшая в воде. — Если упадешь, я тебя вытащу.

— Эмм… я вообще-то умею плавать, Ваше Величество, — напомнил он, присаживаясь на бортик.

— Ах, правда! Чуть не забыла, — правительница зафыркала, припомнив, как Сегри переплыл озеро, всерьез восприняв ее шутливую просьбу. — Может, хочешь тогда поплавать со мной?

Упускать такой возможности Сергей не собирался и, быстро скинув одежду, кувырнулся через бортик. Этот бассейн был достаточно просторен даже для эквы, а ему вообще показался гигантским. Сергей проплыл пару кругов вокруг королевы и тоже расслабленно замер.

— Я тут подумала, что ты вполне можешь меня помыть, — продолжила Синсера. — Это же не сложнее, чем плести гриву, а твои лапы двигаются мягче чем копыта фрейлин.

— Конечно, с огромным удовольствием! — обрадовался он.

Дополнительная обязанность тяжелой ему вовсе не показалась, зато открывала доступ к такой давно позабытой роскоши, как горячая ванная.

— Тогда еще чуть погреемся и приступим, — кивнула повелительница, и после долгой паузы заговорила на другую тему. — Я подумала над вчерашними словами.

Сергей настороженно обернулся к ней, а Синсера еще немного помолчала, не зная, как продолжить.

— Эвлон увядает, — произнесла она, наконец. — Очень-очень медленно, почти незаметно, но каждый сезон земля становится все менее и менее плодородной. Когда-то на посевы отводили десятую часть семян, а теперь почти треть. Когда-то сладкий стебель рос почти везде, и сахар стоил дешевле соли, а теперь только очень богатые эквы могут им лакомиться. Еда дорожает, и очень многие уже не могут себе позволить ничего кроме сена и арини.

Ее собеседник слушал, затаив дыхание. Очевидно, что королева сообщила крайне секретные сведения. Их разглашение вполне могло вызвать народные волнения. Даже Луденса, проштудировав все хроники, не обратила внимания на эту печальную тенденцию. В доступных ей свитках данные по урожаям были слишком разрозненными, а свести все факты в единую схему она не догадалась.

— Не знаю, как это связано с Калигум. Лишь один эпизод подтверждает ее влияние на урожай, и если бы дело было только в еде, я тебе запретила бы появляться на той поляне. Но ты прав и в другом, — Синсера вздохнула. — Я ненавижу ее, но каждый раз глянув на клетку чувствую жалость. Мы действительно не должны так с ней обращаться.

— Значит, Вы мне разрешаете? — удивился Сергей.

— Да. Но это не отменяет твоих прочих обязанностей. И не забудь мыться перед тем, как приходить ко мне. Я не хочу, чтобы от моего кари воняло навозом.