Самый честный робот - Саломатов Андрей Васильевич - Страница 33

Они спустились на этаж ниже и поволокли бывшего охранника по такому же длинному коридору. Мимикр держался в нескольких шагах от них и хорошо слышал каждое слово.

– Никто не узнает об этом! – в отчаянии уговаривал конвойных пленник. – Я больше не появлюсь в городе! Моя жена все продаст и ночью вручит вам деньги.

– Да, жалко парня, – не обращая внимания на вопли бывшего охранника, сказал солдат. – Вот ведь не повезло. Моя бы воля, я бы его отпустил. Но жизнь дается нам всего один раз, и я хочу прожить ее так, чтобы потом не было мучительно больно за один-единственный глупый поступок.

Тимиуки остановились у боковой двери, открыли ее и впихнули провинившегося охранника в тюремную камеру.

– Ты посиди здесь, а мы пока подумаем, – сказал солдат и, захлопнув дверь, закрыл ее на засов.

Конвойные, посмеиваясь, прошли мимо мимикра, который распластался по стене, и быстро удалились из коридора. Когда их шаги стихли, Фуго отлепился от стены, принял привычную для него форму валуна и призадумался. План возник у него еще по дороге в тюремную камеру, но его необходимо было обдумать и обсудить с бывшим охранником.

– Эй, смертничек, – прижавшись к двери, зашептал мимикр в щель. – Ты меня слышишь?

– Кто это? – из-за двери спросил тимиук.

– Это я, тот самый пленник, из-за которого ты сюда попал. У меня к тебе важное дело.

– Чтоб ты сдох! – услышал Фуго. – Чтоб твои родственники до десятого колена рождались с тремя ногами! Чтоб в твоем доме…

– Успокойся, у меня нет дома, – перебил его мимикр и, подумав, добавил: – И ног тоже нет. Так что свои глупые проклятья прибереги для Великого Полководца и вашего священного трубирана. Вообще-то я хотел тебе помочь, выпустить отсюда, но сейчас что-то засомневался. Очень уж ты тупой. Ладно, пойду пожелаю трубирану приятного аппетита.

– Освободить? – быстро проговорил пленник. – Я согласен! Я дам тебе денег.

– Мне не нужны деньги. Я выпущу тебя из камеры, но с одним условием: ты поможешь мне освободить моего друга, которого сам же сюда и притащил.

За дверью на некоторое время воцарилась тишина. Затем тимиук тяжело вздохнул и ответил:

– Хорошо, я согласен. Открывай дверь.

– Не торопись, – сказал Фуго. – Вначале поклянись своими родственниками до десятого колена, что ты это сделаешь, и только потом я открою. А то я вас, тимиуков, знаю: наобещаешь с три короба и сбежишь.

– Эй, – послышался голос из-за соседней двери, – освободи и меня. Я сделаю для тебя все, что скажешь.

– Послушай, выпусти и меня, – услышал Фуго из-за двери напротив. – Я поклянусь родственниками до двадцатого колена. Могу даже поклясться здоровьем Великого Полководца.

– О, да здесь запасы еды для трубирана на целый месяц, – удивился Фуго. – Ладно. Сейчас я не могу всех вас освободить. Вы же расползетесь по дворцу как тараканы. Кого-нибудь увидят, поднимут тревогу, и мы не сможем вызволить моего друга. Обещаю: как только он окажется на свободе, я вернусь и открою вам двери. Так что просите своего товарища, чтобы он поскорее мне помог.

– Тут сидят государственные преступники, – пробурчал бывший охранник в щель.

– Слышали? – громко спросил мимикр. – Он говорит, что все вы – государственные преступники и вас нельзя освобождать.

– А он кто? – зашумели в камерах.

– Чей бы скалапот мычал, а его б молчал. Меня посадили только за то, что я задел тележкой карету Великого Полководца.

– А я вообще не знаю, за что сижу, – раздался голос из дальней камеры. – Кто-то где-то что-то сказал, а арестовали меня.

– Они такие же преступники, как и ты, – сказал Фуго бывшему охраннику. – Видно, арест тебя ничему не научил. Это не они преступники, а ваш Великий Полководец – бандит и живоглот. – В коридоре тут же повисла напряженная тишина. Похоже, такие крамольные речи в стенах дворца не велись со дня его постройки. – Ладно, мы теряем время. Клянись своими родственниками, и пойдем. А то я возьму в помощники кого-нибудь другого.

– Клянусь, – моментально выпалил приговоренный тимиук. – Клянусь всеми своими предками до десятого колена.

Мимикр с трудом отодвинул тяжелый засов и на всякий случай распластался по стене. Тимиук открыл дверь, осторожно высунулся и шепотом спросил:

– Эй, ты где?

– Здесь. Я здесь. Давай выходи, – ответил мимикр, но охранник вдруг нырнул опять в камеру, захлопнул дверь и громко забормотал:

– Там никого нет! Это дух! Злой дух убитого трубирана!

Фуго принял прежний вид, подкатился к двери и раскрыл ее настежь.

– Вот он я. Видишь? Никакой я не дух.

– Да иди же ты, – зашумели в соседних камерах.

– Он что, сумасшедший? – послышалось из камеры напротив. – Его отпускают, а он не идет. Мне даже если мертвец откроет дверь, я его расцелую.

Наконец, мимикр с бывшим охранником закрыли дверь и двинулись по коридору. На втором этаже они перебежками добрались до двери в тронный зал. Фуго остановился и шепотом спросил:

– Куда дальше?

– Только через тронный зал, – трясясь от страха, ответил тимиук. – Там сейчас никого нет. Ты иди первым.

Фуго подкатился к двери, на несколько секунд замер и прислушался. В зале стояла гробовая тишина. Тогда он медленно потянул на себя ручку и заглянул внутрь. Сквозняк тут же прогулялся по горящим факелам, и на стенах заплясали красные отблески и тени. Убедившись, что там никого нет, мимикр проник в святая святых тимиукского государства – тронный зал Великого Полководца.

– Давай быстрее, – позвал Фуго охранника, но тот вдруг захлопнул дверь, навалился на нее всем телом и что было мочи заорал:

– Стража! Стра-а-ажа! Я поймал беглеца! Я его поймал!

– Мда, – с досадой проговорил мимикр. – Я думал, что самый темный и глупый народ живет на моей планете. Оказывается, это не так. И это приятно. Приятно сознавать, что кто-то темнее и глупее тебя в десять раз.

На крик моментально сбежалась дворцовая стража. Несколько охранников появились из двери, в которую обычно входил Великий Полководец. Они пересекли тронный зал и попытались открыть дверь, через которую сюда попал Фуго. Но с обратной стороны ее изо всех сил держал бывший охранник. Тогда стражники начали вышибать дверь. Та вдруг открылась, и в зал ворвались с десяток вооруженных тимиуков. Фуго все это время спокойно наблюдал за суматохой и ждал, когда можно будет сползти со стены и удалиться.

– Он здесь, здесь! – дико озираясь, кричал бывший охранник. – Ловите его! Я запер преступника!

Оглядев зал, в котором не было ни одного места, где можно было бы укрыться, охранники скрутили возмутителю спокойствия руки.

– Мало того, что сбежал из камеры, он еще и дурачит нас, – возмутился один из охранников.

– Я не дурачу! Он здесь! Он говорил, что Великий Полководец – бандит и живоглот, – чуть не плача, бормотал незадачливый тимиук. – Он хотел…

– Кто живоглот? – услышали охранники знакомый голос и, бросив свою жертву, вытянулись по стойке «смирно». Незаметно для всех в тронном зале появился сам правитель государства. Он вошел в сопровождении двух вооруженных до зубов телохранителей, с презрением оглядел столпившихся стражников и зловещим голосом повторил: – Так кто же здесь живоглот и бандит?

– О величайший из величайших клоповодцев, – с ужасом на лице заговорил бывший охранник. – То есть полководцев… из величайших… Это не я говорил. Это булыжник говорил, что вы бандит и живоглот. Он вот такой, круглый… хотел освободить…

– Почему этого сумасшедшего до сих пор не бросили священному трубирану? – перебил его Великий Полководец.

– О величайший из величайших, – вышел вперед начальник охраны. – Священный трубиран уже поужинал, и мы решили оставить преступника на завтрак. Но он каким-то образом сбежал из камеры.

– Как тебе удалось открыть дверь? – обратился Великий Полководец к обезумевшему от страха тимиуку.

– Я же говорю, о величайший из булыжников… – Тимиук быстро прикрыл рот рукой, повалился на колени и завопил еще громче: – Ой, простите, я все перепутал! Я совсем потерял голову, о булыжнейший из великих… Это полководец, круглый такой…