Тэмми и летучие медведи - Элбоз Стивен - Страница 15

Оловянный Нос лежал, растянувшись на снегу, и с ненавистью смотрел на Беога. Заглянув ему в лицо, Хлебонюх вскрикнул от страха, потому что золотой нос отвалился при падении, а без него лицо лорда Тэрболта было похоже на жуткий череп.

— Неужели никто из вас не готов проткнуть его? — закричал он своим людям, но ни один из них даже не шелохнулся. Тогда Оловянный Нос вскочил на ноги и поднял меч.

Беог угрожающе зарычал, когда Оловянный Нос кинулся к нему. Одним взмахом лапы он выбил меч из руки генерала, словно прутик. Потом он забил крыльями, так что гномы чуть не попадали на землю от ветра, взлетел в воздух и схватил Оловянного Носа зубами за край плаща. В следующий миг Беог поднялся в небо, а Оловянный Нос дергался в его лапах, как мартышка на веревке. Они поднимались все выше и выше, и Оловянный Нос громко проклинал всех на свете и грозил самыми страшными казнями.

— Думаете, мне конец? — ревел он. — Лорд Тэрболт сделан изо льда и металла, он не дрожит перед смертью, как кусок жалкой теплой плоти!

Он выхватил кинжал и полоснул по своему плащу. В тот же миг плащ разорвался по всей длине, и Оловянный Нос, отделившись от Беога, кувырком полетел вниз и без единого звука исчез в глубине ущелья.

В следующий миг, словно получив сигнал к атаке, со всех сторон прилетели белые медведи. Они распугали волков и заставили людей пуститься наутек. Летучие медведи гнались за ними, раскинув белоснежные крылья. Ветер ерошил их перья, воздух дрожал от их дружного полета.

— Мы спасены! — закричал Тэмми, простирая руки.

Внезапно он почувствовал, как кто-то озорно куснул его за шею и, обернувшись, увидел прямо перед собой веселую мордочку Каша. Тело медвежонка дрожало от радости, он немедленно прыгнул на руки Тэмми, обнял его крыльями и радостно облизал все лицо.

Тэмми смеялся и плакал от счастья. Заметив озадаченный взгляд Агны, он понял, что это тепло тоже было ей незнакомо. Любовь? Вместо нее Агна привыкла испытывать лишь холод долга.

Вскоре взрослые медведи вернулись, некоторые уселись на скалы, другие остались парить в воздухе.

Червоух вытер глаза бородой.

— Ох, если бы только Коббли был здесь, чтобы разделить нашу радость! — всхлипнул он. — Я бы тогда крепко пожал ему руку! Да, я бы тепло пожал ему руку и сказал бы, что я, возможно, самый большой и самый старший гном, зато он самый храбрый!

Хлебонюх и Глиносоп грустно закивали, а Мухопых снял свой остроконечный колпак и крепко прижал к груди.

— Только помоги мне подняться, а потом можешь делать все, о чем только что говорил! — раздался голос откуда-то снизу.

— Это призрак Коббли! — прошипел Глиносоп, закрывая глаза руками. — Он пришел, чтобы терзать нас за то, что мы обижали его при жизни!

— Какой я вам призрак! — отозвался голос. — Но я могу в него превратиться, если вы еще дольше продержите меня здесь!

Все с величайшей осторожностью приблизились к обледенелому краю утеса. Тэмми лег на живот и, свесившись вниз, увидел Коббли, который стоял на обломке скалы как раз под самым обрывом. Мальчик велел гномам связать вместе три плаща и спустить получившуюся веревку Коббли. Затем все ухватились за край и втянули гнома на вершину. Когда Коббли очутился вверху, все набросились на него, как волки, но только не с зубами и когтями, а с объятиями и рукопожатиями.

— Я даже не знал, что так много для вас значу! — шептал Коббли, и лицо его светилось от счастья.

Теперь, когда все снова были вместе, Беог выступил вперед. На земле он выглядел менее грациозным, чем в воздухе. Он толкнул Тэмми в бок, так что мальчик еле устоял на ногах. Тэмми попытался отойти, но Беог каждый раз преграждал ему дорогу и подставлял бок. Наконец Тэмми понял. Он осторожно взобрался на спину Беогу и уселся у самого основания крыльев.

Затем на землю робко опустились и остальные медведи — по одному для каждого гнома и еще один для Агны. Друзья последовали примеру Тэмми, и уже через минуту все сидели на спинах летучих медведей.

Беог побежал: лапы его гулко стучали по земле, крылья начали медленно разворачиваться. Тэмми распластался на медвежьей спине и вцепился руками в густой белый мех. Он оглянулся и увидел медленно исчезающие внизу верхушки деревьев.

Глава шестнадцатая

Они летели, и ветер со снегом несся им в лицо. Тэмми, Агна и гномы едва дышали от восторга. Во время полета медведи еле заметно поднимались и опускались, так что было слышно, как их огромные крылья слегка поскрипывают, словно ветки дерева под тяжестью снега. И даже резкий холод нисколько не уменьшал радости, он лишь заставлял Тэмми глубже зарываться в пушистый теплый мех Беога.

Медведи летели клином, как дикие гуси, с вожаком-Беогом во главе. Только Каш нарушал ровный строй, потому что летел рядом с Тэмми. Добродушный Беог не отгонял сына, а Каш радостно тявкал и неистово хлопал крыльями.

Без путеводных звезд и земных примет, скрытых в глубоком колодце ночи, Беог вел своих медведей по запаху, и его влажный черный нос поворачивался вслед за потоком серебристо-зеленого ветра.

Наконец Беог раскинул крылья и перестал махать ими. Следом за ним то же самое сделали и другие медведи. Они больше не летели, а парили, и ветер с силой проносился над их перьями.

Тэмми понял, что путешествие подошло к концу. Он вытаращил глаза, чтобы получше все разглядеть, но ветер был так силен, что на глаза наворачивались слезы. Тем не менее, Тэмми заметил вдали какие-то огни. Слезы снова брызнули у него из глаз — то ли от холода, то ли от счастья.

Внезапно и без всякой команды, медведи сломали строй и ринулись вниз. Озеро, лес и деревенские хижины стремительно понеслись им навстречу. Но когда Беог коснулся земли, он сделал это так осторожно, что лишь облачко снега с еле слышным шепотом взметнулось вокруг его лап.

Тэмми соскользнул с его спины и крепко обнял медведя за шею.

— Спасибо, Беог! — прошептал он.

Даже не оглянувшись на остальных, Тэмми бегом бросился в деревню. Каш хотел было полететь за ним следом, но Беог низко заворчал, и медвежонок вернулся назад.

— Папа! — закричал Тэмми, поравнявшись с первой хижиной.

Двери распахнулись, головы осторожно высунулись наружу.

— В чем дело? — спрашивали одни.

— Да это же Тэмми! — радостно отвечали другие. — Он вернулся! Тэмми вернулся из мертвых!

Дверь отцовской хижины отворилась одной из последних. Когда она все-таки приоткрылась, Тэмми содрогнулся, увидев лицо отца — такое оно было осунувшееся и печальное.

— Это правда ты, Тэмми? — сухими губами прошелестел отец. — Было бы слишком жестоко, если это снова окажется сон и, проснувшись, я опять увижу твою пустую постель!

Вместо ответа Тэмми с такой силой бросился в его объятия, что едва не сбил отца с ног.

Он слышал, как отовсюду спешат односельчане, громко выкрикивая его имя. Потом кто-то грозно закричал:

— Чужаки! Чужаки в деревне!

Только тут Тэмми вспомнил о своих друзьях и быстро высвободился из отцовских рук.

— Агна и гномы — мои друзья! — крикнул он. — Они не сделают нам ничего плохого!

— Если они твои друзья, — улыбнулся отец, гладя сына по голове, — то мы рады приветствовать их! — И он громко крикнул: — Проводите наших гостей в длинный дом! Давайте выслушаем рассказ Тэмми!

Все жители деревни поспешили в длинный приземистый дом. Агна и гномы были уже там, и поскольку большинство сельчан никогда прежде не видели гномов (да еще пятерых сразу!), маленькие человечки сразу оказались в центре всеобщего внимания. Однако жители деревни обращались с гномами очень почтительно, хотя и несколько настороженно. Зато дети были от них просто в восторге.

— Разожгите огонь! — приказал отец Тэмми. — Пусть будет тепло и светло.

Тэмми посмотрел на Агну и увидел, что та с радостью закивала.

Рассказ Тэмми занял немало времени. Когда он представил односельчанам Агну, как Королеву и приемную дочь Ведьмы, все ахнули и с простодушием простых людей уставились на девочку. Что и говорить, королевы в этих краях встречались еще реже, чем ведьмы!