Против лома нет вампира (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 156

Даниэль послушно назвал семь цифр и код города. Я огляделась вокруг.

— Есть в этой дыре радиотелефон!? Или сотовый!? Я вспомнила про свой сотовый и хотела вернуться в машину за сумкой, но Валентин протянул мне трубку.

— Звоните по моему.

Я бросила на него благодарный взгляд.

— Я и так должна вам. Я оплачу расходы.

— Мы поговорим потом, — отмахнулся оборотень. — Помогите своему другу.

Я кивнула и набрала номер. Прошло, казалось несколько часов, прежде чем на том конце провода отозвался мужской голос.

— Слушаю?

— Я хочу поговорить с Елизаветой.

— Кто ее спрашивает?

Хорошо хоть не спросили кто такая Елизавета.

— Мы не знакомы и мое имя ей ничего не скажет. Но у нас есть общая тема для разговора. Скажите, что я хочу побеседовать о Даниэле.

— Как прикажете. Прошу вас подождать несколько минут.

Я послушно ждала. Минуты казались мне сутками, и я то и дело бросала встревоженные взгляды на Рамиреса. Но вампир стоял совершенно спокойно. И Даниэль был рядом со мной. Никто не собирался хватать его и тащить на плаху. Это немного успокаивало. Наконец в трубке раздался женский голос.

Тягучий, низкий, немного хрипловатый. Такими голосами только секс по телефону практиковать. Сучка!

— Я слушаю?

Я собралась с мыслями и остатками спокойствия.

— Вы — Елизавета? Княгиня Елизавета?

— Да. А кто вы?

Звучало это так презрительно. А кто ты тут такая, что осмелилась звонить МНЕ!? Но ради друга я позвонила бы и Гитлеру, не то, что какой-то там вампирше.

— Меня зовут Юлия. Я — фамилиар.

— Вот как? И чья же ты фамилиар, Юлия?

— Мечислава. Вам знакомо это имя?

Я решила пока быть вежливой. Я же обещала маме не материть пожилых людей! Тем более пожилых вампиров. Наверняка эта Елизавета могла бы получать пенсию по старости. И еще несколько — за участие в Ледовом побоище, как свидетель крещения Руси, как любовница Ивана Сусанина. Так, хватит, это меня уже занесло!

— Это имя мне знакомо. Так он еще жив? Сколько поединков состоялось?

— Три, — с огромным удовольствием сообщила я. — Мне стоило бы сказать Князя Мечислава. Признанного Советом Князя.

Я оглянулась на Рамиреса, но вампир только чуть кивнул. Да, именно так, Признанного Советом Князя.

— Неужели? — теперь в голосе было явное удивление. — Никогда бы не подумала, что он так силен. Так бедный Андрэ умер?

— Именно, — подтвердила я.

— А тебя это не очень расстроило, девочка?

— А должно было расстроить? — удивилась я.

Елизавета тихо рассмеялась. Меня передернуло. Смех того же Мечислава меня возбуждал, Андрэ — раздражал, сейчас мне казалось, что мне за шиворот гвоздей насыпали.

— Не думаю. Ты позвонила, чтобы первой сообщить мне эти новости? Или твой Князь приказал тебе?

— Нет, — отозвалась я. Наступал самый серьезный момент во всем разговоре. — Я звоню вам, чтобы исправить недоразумение. Просто ужасное недоразумение!

— А какое я имею отношение к вашему — она просто выделила это слово жирным шрифтом — недоразумению?

— Мне сказали, что вы приказали казнить Даниэля.

— Да.

— Но почему? Я не понимаю!?

— А что тут непонятного? Я послала его к Андрэ не затем, чтобы он работал на его врага. А он ведь работал, иначе ты не просила бы за него!

Я замотала головой.

— Все не так! Даниэль спас мне жизнь! Высшие Силы, неужели вы не понимаете!? Он — художник! Гениальный художник! Нужно всего три секунды, чтобы убить его, но сколько времени потребуется природе, чтобы создать подобного гения!?

— Ты так горячо его защищаешь, — в голосе прорезались шипящие нотки. — Он уже рисовал тебя?

— Рисовал, — согласилась я. — Я бы не говорила, если бы не видела его картин!

— И все же он должен умереть!

— Но почему!? Гении и таланты не должны стоять рядом с политикой! Даниэль делал то, что было необходимо! Он старался выжить!

Елизавета рассмеялась.

— Скажи, ты можешь переключить телефон на громкую связь?

Я посмотрела на оборотня. Эта модель была мне незнакома. Валентин ткнул пальцем в какую-то кнопку.

— Говорите.

— Я могу поговорить с Рамиресом? — голос вампирши, звонкий и четкий, разнесся по помещению.

— Слушаю, — отозвался Рамирес, приближаясь ко мне.

Елизавета опять засмеялась.

— Рамирес, моя просьба насчет казни остается в силе, — громко и отчетливо произнесла она. — Но мне захотелось поиграть. Меня слышат все вампиры города?

— Да, Елизавета. Все.

— Отлично! Пусть каждый попросит меня не казнить Даниэля! Если все вампиры в этом зале будут согласны подарить ему жизнь, он останется жить! Если же нет, то нет! Вы согласны со мной?

— Это ваша игра и ваша воля, — отозвался Рамирес.

— Именно! Мой друг, вы окажете мне эту маленькую услугу!?

— Разумеется! Юленька, передайте мне трубку. Итак, я первый прошу помиловать Даниэля.

Я наградила Рамиреса благодарным взглядом. Он поклонился мне и передал трубку Вадиму.

— Я тоже прошу помиловать Даниэля, — четко произнес вампир.

Телефон пошел по залу из рук в руки. Я сжала ладонь Даниэля. Высшие Силы, как я люблю его! Зачем мы ссорились!? Как я могла быть так глупа!? Теряла драгоценные минуты счастья! Больше я не потеряю ни секунды!

— Поедем потом ко мне? — шепнула я.

Даниэль наклонился и коснулся моих губ. Даже не поцелуй, просто прикосновение.

— Поедем. Обязательно.

— Прошу помиловать Даниэля.

— Прошу помиловать Даниэля…

— Казнить его! Казнить!

Я дернулась от истерического выкрика. Повернула голову на голос и увидела — Катьку! Моя подруга сжимала телефон, как кинжал. Голубые глаза горели злобным огнем. Она встретила мой взгляд и еще раз, громко и отчетливо произнесла:

— Казнить Даниэля!

— Катя! — вскрикнула я. — Нет!

Но было поздно. Из трубки раздался смех победительницы.

— Казнить! Глас народа — глас божий, не так ли? Даже для вампиров!

— Подожди!

Я шагнула вперед, собираясь схватить трубку, но Елизавета отключилась. Я вырвала телефон из Катькиных рук и поспешно набрала номер. Сперва никто мне не отвечал. Потом в трубке раздался мужской голос.

— Слушаю вас?

— Я хочу поговорить с Елизаветой! Наш разговор прервали!

— Наш разговор не прервали, — вампирша взяла трубку. — Я выразилась вполне ясно. Казнить.

Я сжала руки.

— Елизавета, так нельзя!

— Почему нельзя? Потому что вы трахаетесь?

И тут меня осенило.

— Так ты это из ревности!? Конечно же! Даниэль видел тебя такой, какая ты есть! И не смог полюбить

тебя! Ты превратила его в вампира, но не смогла заставить полюбить тебя! И не заставишь! Тебя нельзя любить! Потому что для тебя любовь — это не чувство, а препарат на предметном стекле!

— Вот и проверим, так ли крепко твое чувство, — отозвалась вампирша после короткой паузы.

Я закусила губы.

— Елизавета. Ты меня еще не знаешь, но я слов на ветер не бросаю. Богом клянусь — если ты не отменишь приказ, я доберусь до тебя! Я перерву тебе глотку, и буду пить твою кровь!

— Ты угрожаешь мне от имени своего господина?

— Нет! — перебил меня Вадим. — Она угрожает тебе как самая опасная женщина из всех, кого я знал.

— Пусть угрожает, — отозвалась на его слова вампирша. — Если мы встретимся, девочка, я оторву тебе голову. И мы еще посмотрим, кто выпьет чью кровь!

— Елизавета, — начала я. — Не стоит…

— Стоит, — оборвала она меня. — Я сказала — казнить! Я не меняю своих решений! И не звони больше!

В трубке опять запищали гудки. Я отдала ее оборотню и повернулась к Катьке.

— Кто тебя тянул за язык, тварь!?

Катька смотрела на меня с вызовом.

— Если я лишилась любимого человека, кто сказал, что ты останешься с тем, кого любишь!?

Я сделала шаг вперед.

— Так это из-за глупой ревности?! Ты просто мразь!

— Теперь ты почувствуешь то же, что и я! Ты поймешь!

Я сделала еще шаг. По телу гуляла бешеная злость. Сейчас я смогла бы разорвать ее на части голыми руками. И я бы бросилась на нее с кулаками, но Вадим вовремя перехватил меня за талию.