Против лома нет вампира (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 109

— И это — всего лишь поцелуй, кудряшка. А чего мы могли бы достигнуть, если ты согласишься заняться со мной любовью?

— Ничего! — отрезала я. — Или придумайте, как нам спасти вашу шкуру, или достигать будет нечего и не с кем!

Мечислав покачал головой.

— Ты немногое сможешь сделать, кудряшка. Но попробуй, если тебе так будет легче. Скажи, у тебя ведь есть телефон Андрэ?

— Да. Он в памяти мобильника.

— Ну так позвони ему. Обязательно!

— А что я ему скажу, кроме моего личного мнения? Он и сам знает, что козел!

— Это не будет ему интересно, кудряшка. А я не могу угадать, как именно сложится ваш разговор. У тебя на руках есть два козыря. Во-первых, мое убийство противоречит правилам Поединка. Я честно выиграл два боя. Теперь мы должны встретиться один на один. Иначе Совет просто прикончит его. Если узнает о таком вопиющем нарушении правил. Но вот как он узнает?

— Понятно. За информацией дело не станет. А во-вторых?

— А во-вторых, ты — мой фамилиар. Но Андрэ не должен об этом знать.

— Понятно. Задачка-а-а.

На самом деле я пока ничего не понимала. Это надо было обдумать — и всерьез. И лучше сделать это где-нибудь, где… где не такая отвлекающая обстановка.

— Вы можете отпустить меня обратно?

— Тебе так не терпится оставить меня, кудряшка?

Может, мне показалось, но в словах вампира скользнула длинным шлейфом… тоска? Но разбираться я не стала. И некогда и, в общем, неохота.

— Глупости! Вам-то не надо ничего делать, а я спасаю свою шкуру! А скоро попробую спасти вашу! И во сне мне этого сделать не удастся! Вот!

Мечислав развалился на кровати, как огромный золотистый кот. Кровь на его груди застыла, и мне ужасно хотелось стереть эти неопрятные потеки. Тоненькая полоска темных волос сбегала вниз по животу, уходя в штаны — и меня так и тянуло провести по ней пальцами. Не-ет, пора сматываться!

— Отпустите меня!

— Ты вольна уйти, кудряшка. В любой момент.

— И как я вольна это сделать?

Я кое-как слезла с кровати, чувствуя, как, с диким скрипом, двигаются все мои мышцы. У них было другое мнение о происходящем. Я упорно лезла в реальность, а мое тело так же не хотело уходить от этого клятого вампира. Но, в конце концов, кто кем управляет!? Я — хозяйка своего тела! И точка!

— Так как я могу уйти?

Зеленые глаза смотрели на меня — и я не могла прочесть их выражение. На красиво очерченных губах играла легкая улыбка.

— Обещай, что придешь, как только я позову, кудряшка.

Мне казалось, что между нами протянулся тонкий, но чертовски прочный невидимый канат. И я сопротивлялась, как только могла.

— Если это будет необходимо.

— Я позову — и ты придешь, Юленька?

Вопрос требовал ответа. И я в раздражении топнула ногой по ковру.

— Хорошо! Я приду! Ну!?

Вампир вздохнул и перекатился на живот, не отрывая глаз от моего лица.

— Ты свободна, кудряшка. Иди!

Мир вокруг меня завертелся и распался мельчайшими черными искрами. Я открыла глаза. Мы сидели в машине. Уже никуда не ехали. Жигуленок стоял посреди дороги — или нет? Я плохо видела в темноте. А фары скорее подчеркивали тьму, чем ее рассеивали. Даниэль сидел рядом со мной, но не дотрагивался. Боялся разбудить? Водитель неподвижно лежал на переднем сиденье.

— Где мы?

— Юля, ты пришла в себя!?

— Вполне возможно. Так где мы?

— Рядом с его дачей. Хотя это одно название. Так — летний домик.

— Но переночевать там можно будет?

— И даже день провести.

Я чувствовала, что вампир напряжен, как струна, но не могла понять, в чем дело. И продолжала выяснять обстановку. Пусть сам сорвется.

— Да, для тебя это важно. Нас никто не заметил?

— Никто.

— Еще лучше. А что с водителем?

Вот тут-то Даниэля и прорвало.

— Что с водителем!? А что с тобой — ты мне ответить не хочешь!? Ты на два часа впадаешь в транс, стонешь, мечешься, кричишь от боли, — а потом выныриваешь в реальность — и спрашиваешь что с водителем!? А что с тобой!? Ты мне можешь ответить!?

Я помотала головой.

— Тебя что — муха цеце укусила!? Так для них вроде как не сезон!

— Пошути мне еще!

— И пошучу, — огрызнулась я. — Сам догадаться не мог!? Я действительно впала в транс! И разговаривала с Мечиславом! К счастью, он жив! А теперь отвали! Мне надо поговорить с Андрэ!

— Юля!

Я зло посмотрела на вампира. Вообще-то мне нравились его мягкость и спокойствие, но сейчас…. Сейчас я готова была ему голову за это оторвать! Высшие Силы! Я все-таки женщина! И вообще, мне положено быть мягкой и доброй! А тут приходится переть тараном!

— Да! Я — Юля! А еще я фамилиар! И вовсе не хочу отбросить копыта, успокаивая тебя и твое самолюбие! Мечислава с минуты на минуту доставят к Дюшке! И я даже не хочу думать, что могут с ним сделать! Можешь оставаться в машине или отвалить — мне все равно! Но не мешай мне! Ради всего святого для вампира — не мешай!!!

Даниэль пристально смотрел на меня. И я не отводила взгляда. Серые глаза были тоскливыми и печальными, но мне не было никакого дела до его эмоций. Во-первых, я уже настроилась на нужную волну. Если разговор с Дюшкой может выдержать только стерва — даешь жуткую стерву! Жаль только, что при этом все остальные страдают. Но выбора не было. Ведь была еще и вторая причина. Сейчас я должна была спасти две шкуры. И одна из них — моя. Это очень стимулирует. Вампир не выдержал первым.

— Я пойду в домик. Надо устроить нашего пленника.

— Отлично. Займись им. Пообедай, или как там лучше… Я приду сама, как только смогу!

Даниэль послушно вылез из машины. Открыл переднюю дверь, вытащил водителя, перехватил поперек туловища и понес его к домику, словно куклу — легко и без видимых усилий. Я покачала головой. Обиделся. Ладно! Потом я его успокою! А сейчас…

Я порылась в сумке, вынимая мобильник. Как кстати! Телефон был полностью заряжен. Часа на три активного общения мне еще хватит, — а там и еще что-нибудь подвернется. Я вывела на экран номер Андрэ, который мне продиктовал тот милый оборотень — и решительно набрала семь кнопок.

Дюшка отозвался не сразу. Но его ленивый голос я не спутала бы ни с каким другим.

— Слушаю?

— Господин Андрэ?

— А, это вы, кудряшка?

Эту фразу я продумала минуты за две до разговора. В тот самый момент, когда пришла в себя.

— Да, я. Вас поздравить или прочитать эпитафию на могилку?

— Простите?

— Не прощу, — отозвалась я. — Вам повторить или объяснить вопрос?

— Объясните, кудряшка.

Черт, неужели это прозвище теперь ко мне на всю жизнь приклеится!? Да и хрен с ним! Сколько там жизни-то осталось!? День? Два? Тут не до прозвищ!

— Ну, вас есть с чем поздравлять, — лениво протянула я. — Вроде бы соперник за власть наконец-то у вас в гостях?

— Пока еще нет. Его только везут сюда, — голос был таким довольным, что мне захотелось запустить телефоном в ближайший сугроб. Я сдержалась усилием воли и подумала, что сдеру с Мечислава компенсацию за моральный ущерб, когда все это закончится. И побольше, побольше. Хватит пары его визитов в институт, чтобы все мои подруги передохли от зависти! И в деканат, чтобы мне больше там хвосты подчищать не мешали!

— Ну, это ненадолго. Довезут. Даже не сомневаюсь. Так что поздравляю.

— Спасибо, кудряшка. Мне расценивать это как начало капитуляции?

— А мне расценивать ваш вопрос как начинающийся склероз? — не осталась я в долгу.

Вампир на другом конце провода негромко рассмеялся. Я ощутила его смех, словно мне за шиворот высыпали горсть гороха — и передернулась всем телом. Гадость!

— Да, кудряшка, вы говорили что-то про эпитафии. И что же?

— О, почти ничего! Просто вы скоро будете лежать в земле, как и подобает покойникам. И они вам понадобятся. Вот я, по заклятой дружбе, и позвонила.

— Вы позвонили, чтобы угрожать мне, кудряшка?

— Я!? Вам!? Да за кого вы меня принимаете!?

Вопрос был риторическим, но Дюшка все-таки ответил.