Поцелуй герцога - Джеймс Элоиза - Страница 57

– Где я могу найти эту мадам Фантомас?

Кузнец фыркнул.

– Где же еще? В гарнизоне, прямо под носом у этой пьяной свиньи.

– Не говори так о капитане, – произнесла возникшая позади кузнеца жена. – Он защищает наших мальчиков. – Она взглянула на прядь белых волос на лбу у Куина. – Ангел коснулся?

– Скорее дьявол, – ответил Куин.

Он направился к гарнизону, который находился на расстоянии нескольких фарлонгов[6] от деревни. Никогда в жизни не был он таким уставшим и грязным. Лента, стягивавшая волосы, потерялась. Одежда покрылась пылью или чем-то похуже.

Но во время беседы с деревенскими жителями грязь была ему на руку: Куину показалось, что если они и не желали помогать знатному человеку, невзирая на его национальность, то его вид и одежда этому способствовали.

Когда Куин добрался до гарнизона, часовой уже проснулся.

– Мне нужна моя невеста, – заявил Куин, не удосужившись ничего объяснять.

– Я могу сказать, у кого она, но мне нужно вознаграждение за мои страдания. – Страж беспокойно потянул себя за усы.

Куин наклонился к нему и ледяным тоном произнес:

– У меня был длинный день. Твои страдания? Я с радостью оторву тебе голову, и тогда ты сразу позабудешь о своих страданиях.

– Бессетт ждет тебя за углом, – выпалил часовой, отпрянув.

Куин пошел вдоль здания, держа наготове один пистолет, а второй заткнув за пояс.

– Сюда! – раздался низкий голос из-за деревьев.

Люси обнюхивала одно из окон близко от земли.

– Идем! – Куин направился к зарослям.

Люси не обратила на него внимания, продолжая облаивать невидимую добычу. Наверняка крыса. Куин пошел было к ней, но тут из-за деревьев появился коренастый мужчина. Кузнец был прав, он выглядел как настоящий негодяй.

– У тебя моя невеста, – прорычал Куин.

Наверное, его взгляд испугал разбойника, потому что он перестал ухмыляться и потер руки.

– Вы должны заплатить пятьдесят гиней за мою защиту, – быстро сказал он. – Она ждала у хижины папаши Бланшара. Мы всегда получаем свою долю, когда находим женщину, которая ходит там, где ей не следует. Среди мужчин. Не говоря уже о том, что англичанам нельзя появляться на этих берегах. Надеюсь, вам это известно.

Куин коснулся рукоятки пистолета.

– У меня нет денег.

Бессетт чуть изменил положение, чтобы показать, что тоже вооружен. Его маленькие свиные глазки блеснули.

– Тогда вы должны принести деньги, прежде чем я отдам вам женщину.

– Если я вернусь в Англию за деньгами, нет гарантии, что я смогу быстро добраться сюда, – заметил Куин. – Мы воюем, и регулярное паромное сообщение нарушено.

Бессетт выплюнул намокшую сигару под ноги Куину, едва не попав.

– Лодки ходят туда-сюда каждый день, и вы вернетесь завтра утром. Если дадите денег на ее содержание, то мы не станем знакомить ее с удовольствиями, которые только французы…

Левой рукой Куин проворно обмотал шарф Бессетта вокруг его шеи, не дав противнику возможности опомниться. Он бесстрастно глядел, как мясистое лицо приобрело свекольный цвет, позади раздался какой-то шум, но Куин не стал оглядываться. Он пристально смотрел в лицо Бессетту, ожидая, когда на нем появятся признаки нехватки воздуха.

Когда это случилось, Куин ослабил хватку.

– Моя невеста. Живо!

Бессетт издал булькающий звук. Но полузадушенного француза было трудно понять, а позади него отчаянно залаяла Люси. Видимо, из своего бесполезного дозора возвращались солдаты.

Свободной рукой Куин вытащил пистолет из-за пояса Бессетта и швырнул его на землю, уткнул свое оружие в толстый живот противника.

– Ты жалкий шантажист, а то и похуже, и я уверен, всей деревне будет без тебя лучше.

Куин снова стянул шарф. Чуть подождал и ослабил хватку, когда Бессетт взмолился о пощаде.

– Где она?

– Мадам Фантомас, – прошептал Бессетт. Его взгляд метнулся в сторону. Куин это заметил, быстро оценил обстановку и отступил в тот самый миг, когда француз собрался ударить его коленом в живот.

– Где я могу найти мадам?

Люси снова залаяла.

– Катакомбы, – выдохнул Бессетт и согнулся пополам. Куин выпустил шарф, позволив французу упасть на колени, но продолжал держать пистолет у его головы.

– Мадам Фантомас спрятала ее в катакомбах. – Плечо Бессетта чуть дернулось. Глупец снова собирался атаковать. От быстрого и меткого пинка Куина он покатился по земле, зажав руками хозяйство и издавая пронзительный вопль.

– Где катакомбы? – спросил Куин. Он поднял пистолет Бессетта и вытащил патроны. Но тут же застыл на месте, учуяв запах дыма.

Густой дым выбился из окон вровень с землей. Неудивительно, что Люси начала лаять, там что-то горело.

Проклятие, у него нет на это времени, ему надо найти катакомбы! Стоило Куину отвернуться, как Бессетт заковылял в лес. Куин собирался было погнаться за ним, но решил, что надо помочь тушить пожар. Пьяный капитан вряд ли справится с огнем, если вообще сумеет подняться с постели.

Куин побежал вдоль стены, пригибая голову, чтобы избежать клубов черного дыма, вырывающихся из окон. У него был едкий, неприятный запах, словно у стоячей воды.

Люси мчалась впереди, и тут у Куина мелькнула настолько ужасная мысль, что он чуть не споткнулся. А вдруг Люси лаяла на Оливию? А это значит, катакомбы находятся ниже уровня гарнизона.

Куин кинулся во двор, где уже бессмысленно сновали солдаты. Кажется, никто не собирался тушить огонь. Капитан стоял на крыльце, крича и махая руками. Его подчиненные выбегали из дверей и несли ящики, в которых что-то негромко позвякивало. Видимо, прежде всего он решил спасать коньяк.

Кто-то схватил Куина за руку.

– Сэр, сэр!

Он обернулся. Перед ним стоял очень молодой и испуганный солдат с перепачканным сажей лицом.

– Она там, – задыхаясь, произнес юноша. – За кухней. Она должна была выйти, когда я заставил мадам покинуть кухню, – у нее был ключ! – но она не появилась, а я не смог пробраться через дым.

Трясущейся рукой солдат указывал на дверь, откуда густой завесой валил дым.

– Катакомбы, – выдохнул он. – Она в катакомбах, а другого выхода нет!

Куин увидел, как Люси промчалась сквозь дым и исчезла в дверях.

С его губ сорвались проклятия, когда он скинул сюртук и разорвал рубашку.

– Забудьте про чертова капитана и его коньяк! – крикнул он. – Вы должны потушить огонь. Собери людей!

Не дожидаясь ответа, он завязал лоскутом рот и нос и ринулся вниз по ступеням, согнувшись пополам, чтобы избежать густого дыма.

Оливия, Оливия, Оливия… Казалось, с каждым биением сердца ее имя отзывается у него внутри.

Внизу Куин прищурился и понял, что он на кухне. За кухней, сказал мальчишка. Он увидел дым, тянущийся из горящего дымохода печи, которую годами топили жиром. Двери он не видел, но зато услышал лай Люси где-то справа. Куин двинулся в этом направлении, почти ничего не видя и задыхаясь.

В коридоре дым был еще гуще. Куин позвал Оливию, вдохнул дым, зашатался и чуть не упал. Прижался к полу, касаясь щекой прохладного камня, и был вознагражден глотком относительно чистого воздуха. Задержав дыхание, он поднялся и снова припал к плитам, сделал очередной вдох. Куин уже успел наглотаться дыма, и ему казалось, что огонь пылает в его легких, а не в дымоходе.

Но Оливия где-то здесь. Пять лет назад он не бросился в застывшие предательские воды Ла-Манша, чтобы спасти Альфи. Он не мог его спасти. Но мог пробраться по этому чертову коридору. Он не позволит, чтобы любимый человек погиб, задохнувшись в дыму.

Еще один вдох, и Куин бросился вперед, пытаясь думать, несмотря на сопротивляющееся тело. Ему надо найти Оливию и подтащить ее к окну. Они слишком маленькие, чтобы через них пролез человек, но если Куин приподнимет Оливию на своих плечах, она сможет дышать. Внизу воздуха почти не было, хотя Куин и прижимался носом к плитам. Расчетливый ум услужливо подсказал, что он умрет через пару минут, если не вдохнет свежего воздуха.