Уловка Прометея - Ладлэм Роберт - Страница 156

Бегло пролистывая документы, Брайсон зачитал вслух несколько фраз:

– «Я, нижеподписавшийся, согласен продать все права основателя, собственника и вкладчика в качестве совладельца в совместной собственности... Вследствие чего... наследует все права и обязанности, связанные с собственностью».

– Что ты читаешь? Николас, что это за бумаги?

– В ноябре 1985 года каждый из четырнадцати основных совладельцев «Мередит Уотерман» подписал законный документ о продаже своей доли собственности в банке, – ответил Брайсон. Во рту у него пересохло. – Каждый из совладельцев нес прямую и персональную ответственность за долг, сделанный Ланчестером, – долг более чем в три миллиарда долларов. У них явно не было иного выбора, их загнали угол. Им пришлось продать все.

– Но... я не понимаю. Что еще осталось такого, что можно было продать?

– Одно только название. Пустая оболочка банка.

– И покупатель получил... что?

– Покупатель заплатил четырнадцать миллионов долларов – по миллиону каждому из бывших совладельцев. О, они были невероятно счастливы получить этот миллион. Потому что отныне долг в миллиарды долларов был переложен на плечи покупателя. Частью сделки было некое побочное условие – помимо всего прочего, каждый совладелец должен был подписать соглашение о неразглашении всего произошедшего. Принести клятву о сохранении тайны. Под угрозой того, что в противном случае выплаты будут приостановлены – поскольку деньги выплачивались им не сразу, а на протяжении пяти лет.

– Это так... странно, – произнесла Елена, покачав головой. – Я правильно поняла? Ты сказал, что в 1985 году банк «Мередит Уотерман» был тайно продан одному-единственному человеку? И никто об этом не знал?

– Вот именно.

– Но кто был этот покупатель? Кому могло хватить дури пойти на такую сделку?

– Человек, который желал стать тайным владельцем престижного, широко известного инвестиционного банка. Он мог использовать этот банк как средство для достижения своих целей, как ширму для незаконных платежей по всему миру.

– Но кто это был?

Брайсон улыбнулся слабой, невеселой улыбкой и тоже покачал головой в замешательстве.

– Миллиардер по имени Грегсон Мэннинг.

– Грегсон Мэннинг? Из «Систематикс»?

Брайсон помолчал, потом кивнул и добавил:

– Человек, который стоит за заговором «Прометея».

И тут Брайсон вздрогнул и подобрался, услышав шаркающий звук – шорох подошв по бетонному полу. Подняв взгляд от папок, разложенных на маленьком столике.

Брайсон увидел высокого крепкого мужчину в форме офицера охраны. Охранник смотрел на них с неприкрытой враждебностью и подозрительностью.

– Вы... эй, что за черт? Вы же сказали, что вы из компьютерной компании! Чем вы тут занимаетесь?

В данный момент Брайсон и Елена находились в одном конце помещения, а компьютерный терминал с сетевым сервером – в другом. Коробка с документацией стояла на столике перед двумя нарушителями пропускной системы, и любой желающий мог без труда прочесть надпись на ней. Четырнадцать соглашений были веером разложены на столе.

– И где вас черти носили так долго? – с отвращением поинтересовался Брайсон. – Я по меньшей мере полчаса вызываю охрану, а вы явились только сейчас!

Прищурившись, охранник с подозрением окинул их взглядом. Передатчик на его поясе хрипел и потрескивал.

– Что за ерунду вы несете? Никто меня не вызывал.

Елена встала и помахала в воздухе своим чемоданчиком.

– Понимаете, без контракта об оказании услуг мы просто задаром тратим тут свое время! Его должны были оставлять для нас всякий раз в одном и том же месте! Мы не обязаны рыться тут в поисках этого контракта. Вы хотя бы понимаете, сколько данных будет потеряно за это время?

Она взмахнула рукой и наставила указательный палец в грудь охраннику. Брайсон с уважением посмотрел на Елену и подхватил начатую ею игру.

– Охрана должна была отключить всю систему, – произнес он, раздраженно мотнув головой, и медленно выпрямился.

– Эй, дамочка, – запротестовал охранник, глядя на Елену. – Я не знаю, что за чушь вы тут несете...

Брайсон вскинул руки неуловимо быстрым движением атакующего удава, левой рукой схватил охранника сзади за горло, а жестким ребром правой ладони нанес удар в основание шеи, в нервный узел. Охранник сразу же обмяк, повалившись на руки Брайсону. Тот осторожно опустил потерявшего сознание стража на пол, оттащил за ближайший стеллаж и спрятал в промежутке между двумя полками. Охранник пробудет в отключке по крайней мере час а может быть, и больше.

Покинув банк через погрузочный люк, Брайсон и Елена почти бегом направились к взятой напрокат машине. Машина была припаркована в нескольких кварталах от здания банка, на противоположной стороне улицы. Оба не произнесли ни слова до тех пор, пока не отъехали подальше. И Брайсон, и Елена были потрясены сделанным открытием. Оба устали до полного изнеможения, однако сейчас с этим ничего нельзя, было поделать. Если им удастся поспать хоть немного – замечательно; в противном случае кофе и адреналин придадут им сил, чтобы двигаться.

Было двадцать минут четвертого утра, улицы были темны и пустынны. Брайсон вел машину через нижний Манхэттен; оказавшись в районе Южного морского порта, он заметил узкий переулок и свернул туда, остановив автомобиль у тротуара.

– Это поразительно, – негромко произнес Брайсон. – Один из самых богатых людей в стране – да что там в стране, во всем мире! Самый уважаемый политик Америки. «Последний честный человек в Вашингтоне», или как там его еще называют! Соглашение подписано несколько лет назад, в условиях полной секретности. Мэннинг и Ланчестер никогда не появлялись на публике вместе, их имена не упоминались рядом друг с другом ни в одной газете. Такое впечатление, что они никак не связаны.

– Внешнее впечатление – очень важный фактор.

– Можно даже сказать, ключевой. Я уверен, что Мэннинг желал сохранить безупречную репутацию «Мередит Уотерман» – в таком качестве, в качестве образца старых традиций Уолл-Стрит, банк был для него более ценен. Благодаря этому Мэннинг мог втайне использовать банк как орудие контроля над политическими лидерами всего мира. Он заполучил идеальное прикрытие, ширму, пользующуюся непоколебимым доверием и уважением. И под этой ширмой он прятал каналы для переправки денег, идущих на взятки и на прочие незаконные цели. Вероятно, эти средства шли в карманы членов английского парламента и американского конгресса, быть может, в русскую Думу и парламент, во французскую Генеральную ассамблею – ну, ты сама знаешь. А используя «Мередит Уотерман» в качестве прикрытия, Мэннинг мог, в свою очередь, покупать акции других банков, других компаний, так что его имя даже не упоминалось в связи с этими операциями. Как «Вашингтон-банк», вкладчиками которого были в основном конгрессмены. Вот так оно все и было – подкуп, возможность для шантажа с использованием наиболее важных личных сведений...