Предупреждение Эмблера - Ладлэм Роберт - Страница 40

– Вы ведь Таркин, верно? – спросил Фентон и, сочтя молчание знаком согласия, протянул руку. И все же вопрос прозвучал не риторически – в нем сквозила некоторая доля неуверенности.

Фентон не знает, как я выгляжу.

Эмблер пожал протянутую руку и, шагнув в сторону, негромко сказал:

– Какая глупость – назначать встречу в таком месте. Вас же, черт возьми, все знают.

Фентон лукаво подмигнул.

– По-моему, люди не видят то, что не ожидают увидеть. Я ведь не голливудская знаменитость. К тому же иногда лучше всего спрятаться в толпе, согласны? – Он отступил на шаг и сделал широкий жест рукой. – Добро пожаловать в самую большую в мире пешеходную зону. – У него был приятный, глубокий баритон, обветренное лицо с пористой, но при этом удивительно гладкой кожей – вероятно, результат дермабразии – и аккуратно уложенные, как у куклы, волосы.

Здоровый, поддерживающий себя в форме мужчина. К тому же богатый. Спортсмен, солдат, бизнесмен и красавчик. Его нетрудно было представить играющим в поло в Аргентине, раскатывающим в танке «Абрамс» по болотам Чада и принимающим минеральные ванны в Пэррот-Кей. Закаленный, суровый, видавший виды, но при том… ухоженный. Образец современного крутого парня-миллиардера.

– Подземный Город, – обронил Эмблер. – Самое место для подпольщика.

Фентон не преувеличивал: так называемый Подземный Город представлял собой двадцать миль коридоров и переходов, около тысячи шестисот бутиков, пару сотен закусочных и дюжину кинотеатров. Хотя наверху стояла минусовая температура, здесь было тепло и светло. Эмблер осмотрелся. Вытянутые арочные окна, несколько уровней эскалаторов, балконы – все это создавало впечатление огромного свободного пространства. Из Подземного Города можно было легко попасть в расположенные наверху торговые галереи «Корс Монт-Руайаль» и «Итон-Центра», в комплекс Дежарден и даже во Дворец Конгрессов, громоздкое, гаргантюанских размеров строение из стали, стекла и бетона, расположившееся над скоростной трассой Вилль-Мари.

Теперь он понял, почему Фентон выбрал именно это место: оно создавало ощущение безопасности; вряд ли кто-то рискнул бы проводить операцию захвата на глазах сотен людей.

– Скажите, вы здесь действительно одни? Человек такого… положения?

– А вы проверьте.

Эмблер огляделся, пройдясь взглядом по десяткам лиц и мгновенно отсортировывая лишние. Мужчина с тяжелым, квадратным лицом в скучном шерстяном пальто, лет сорока с небольшим, короткие волосы. Другой, футах в двадцати от него, явно чувствующий себя неловко в дорогом двубортном пальто из верблюжьей шерсти, из-под которого видны черные фланелевые брюки.

– Я нашел двоих. И один из них, похоже, к таким приключениям непривычен.

Фентон кивнул.

– Гиллеспи у меня что-то вроде секретаря. Хороший распорядитель и все такое. – Он указал взглядом на человека в верблюжьем пальто, который едва заметно кивнул в ответ и слегка покраснел.

– Вы собирались рассказать об Осирисе. Для беседы тет-а-тет не лучшая обстановка.

– У меня есть на примете совершенно идеальное местечко, – негромко сказал Фентон и повернулся к чрезвычайно дорогому на вид бутику. В витрине висело всего одно платье, шелковое, переливающееся всевозможными оттенками пурпурного, с вывернутыми наизнанку швами и торчащими небрежно зелеными петлями. Выглядело оно так, словно портной еще не закончил работу, но Эмблер понимал: вещь уже готова для продажи, и окажись она на какой-нибудь тощей, анорексичной модели, знатоки высокой моды из глянцевых журналов непременно издали бы восторженное «вау!». Название заведения он прочел на элегантной медной вывеске: «Systeme de la mode».

Мысленно Эмблер еще раз похвалил выбор Фентона. Бросающийся в глаза магазинчик откровенно отпугивал любопытных демонстрацией своих претензий и цен. Из тысячи прохожих не нашлось бы, пожалуй, и одного, кто набрался бы смелости переступить его порог.

У входа их встретил обычный идентификатор, два пластмассовых столбика с электронной начинкой для предотвращения краж. Эмблера устройство приветствовало негромким попискиванием.

– Извините, наверное, ему не понравилась ваша камера.

Эмблер понял, что имеет дело не с простым идентификатором, и, сняв камеру, шагнул внутрь.

– Вообще-то было бы неплохо, если бы вы задержались чуть дольше. – Фентон развел руками.

Эмблер остановился. Дверь за ним беззвучно закрылась.

– Вот теперь все хорошо. Милости прошу в мое скромное заведение. Жаль, вы не знаток высокой моды – здесь есть на что посмотреть. Вряд ли найдется ярлычок с ценой без запятой.

– Покупатели, наверное, валом валят?

– Представьте, совсем наоборот. – Фентон лучезарно улыбнулся. – Мы почти всегда закрыты. А когда открыты, здесь у меня особая продавщица – ее зовут Бригитта. Отпугивать клиентов – ее специализация. Смотрит на каждого так, словно он дерьмо на туфлях притащил. Сейчас она на ленче, так что познакомиться вам, к сожалению, не удастся. Хотя оно того стоит. Бригитта – это нечто. Вроде бы молчит, ничего такого не говорит, но в ее присутствии люди сами чувствуют – ошиблись дверью, здесь таких не обслуживают.

– Понятно. Другими словами, устраивая конспиративную квартиру, не нужно вешать табличку «Посторонним вход воспрещен». И, если не ошибаюсь, устройство на входе на самом деле не идентификатор и даже не металлодетектор, а средство от «жучков».

– Совершенно верно. Покрывает весь спектр. Мощная штука. Мы ее постоянно проверяем – так вот, подслушивающее устройство протащить еще ни разу не получилось. Намного приятнее, чем заставлять гостей раздеваться, устраивать обыск, проверять полости тела. И, конечно, эффективнее. Впрочем, даже если какой-то хитрец и отыщется, толку мало. Посмотрите на стекло.

Эмблер подошел к стеклянной витрине и, приглядевшись, обнаружил в лаковом покрытии тончайшую металлическую сеточку. Выглядела она как декоративная, но настоящее ее предназначение было исключительно практическое.

– Экран, – восхищенно пробормотал он. Вся комната была затянута тонкой заземленной ферромагнитной паутинкой, блокирующей любые радиосигналы.

– Заметили, да? Видите ту черную блестящую стену? Двенадцать слоев лака. Каждый полируется, и только потом накладывается следующий. Здесь поработали настоящие мастера. А что под этими двенадцатью слоями? Штукатурка и металлическая сеточка.

– Осторожный вы человек.

– Поэтому мы и встречаемся лично, один на один. Разговаривая по телефону, никогда не знаешь, просто ли болтаешь о делах или наговариваешь кому-то на магнитофон. Сами знаете, какая сейчас техника. Я, видите ли, сторонник компартментализации. Для каждой информации свое место. Стараюсь не отступать от этого принципа. – Миллиардер довольно хмыкнул – похоже, ему было важно произвести на гостя впечатление принятыми мерами предосторожности.

Держи его в оборонительной позиции.

– В таком случае как вы объясните случай с Осирисом? – подпустив в голос злости, спросил Эмблер.

Фентон даже побледнел.

– Я надеялся, что мы не будем останавливаться на этой неприятности. – Теперь Эмблер видел перед собой выбитого из колеи торговца. Но что он собирался ему продать? – Послушайте, то, что произошло с Осирисом, трагедия. Настоящая, черт возьми, трагедия. Мои люди уже занимаются этим, и хотя вопросы остаются пока без ответа, скоро мы все узнаем. Осирис был истинным чудом. Гением. Один из самых замечательных оперативников из всех, с кем я имею честь быть знакомым.

– Приберегите хвалебные речи для похорон, – перебил его Эмблер.

– Должен также добавить, он был большим поклонником вашего таланта. Как только до нас дошли сведения, что Таркин свободен и открыт для предложений, Осирис первым сказал, что мне нужно связаться с вами и привлечь к нашему делу.

Нить Ариадны – куда она ведет?

– Вы, похоже, много обо мне знаете, – заметил Эмблер, рассчитывая, что Фентон расскажет то, чего пока не знал он сам.

– Трудно сказать. И много, и мало. А если точнее, то практически ничего. Все знают вас только как Таркина. Рост – ровно шесть футов плюс каблуки. Вес – сто девяносто фунтов. Возраст – сорок лет. Каштановые волосы. Голубые глаза. – Он улыбнулся. – Но это все просто факты. Сведения. Ни вас, ни меня информацией такого рода не впечатлишь.