Мой ангел Крысолов - Родионова Ольга Радиевна - Страница 71

Нета прислонилась к стене и прикрыла глаза. Никогда за всю свою жизнь она не видела такой красоты — Дагмара была ослепительно прекрасна, ее очарование напоминало сон, головокружение, мираж, ее прелесть завораживала и вызывала в душе трепет, похожий на счастье. Вблизи она казалась еще более великолепной, чем издали. Глаза невероятного вишневого цвета — как будто в глубине коричневого бархата вспыхивал красноватый огонек — мерцали, как влажные яшмы на дне переливающегося ручья, ресницы немыслимой длины делали эти глаза мохнатыми и огромными, как звезды. Нежный, пухлый темный рот лукаво и обольстительно улыбался. Безупречная кожа как будто светилась изнутри. Черные волосы шелковой небрежной волной рассыпались по плечам и спине. Даже с закрытыми глазами Нета чувствовала исходящую от этого лица магнетическую силу.

— Открой глаза, — скомандовала Дагмара резко, и она вздрогнула и повиновалась, не успев даже осознать этого.

Дагмара смотрела на нее уже без улыбки, с брезгливым сочувствием.

— Ты не понимаешь, правда?.. Ты совершенно безмозглая, я знаю. Ведь ты уверена, что любовь — это добро? Так?.. Ну, так ты только что убедилась, что любовь — это зло. Что, как не твоя идиотская, нелепая любовь, открыло мне вход в замок?.. Все отродья рождаются с этой невыносимой, чудовищной любовью в сердце. Она изматывает их, превращает в своих рабов. Она высасывает их мозги, иссушает душу. Они перестают руководствоваться логикой — они живут чувствами, они перестают задумываться — они совершают добрые дела. Добрые — в их понимании.

Дагмара вскинула голову и усмехнулась.

— Ты перецеловала всех маленьких отродий Бреля, всех моих тепленьких цыпляток. И что же?.. Они превратились в розы, фи, какая пошлятина, а ты решила, что уничтожила зло, правда? Так вот, дорогая: малолетние отродья использовали крыс в качестве бутылок и тем самым мещали им расплодиться и полностью завладеть городом. Не стало отродий — в город вернулись крысы. Полчища крыс. На Брель надвигается чума. И это сделала ты со своей неуемной любовью.

— Нета!.. Что случилось?..

Нета беззвучно застонала: на пороге спальни стояла Жюли, растрепанная, босая, в ночной сорочке. Дагмара обернулась и рассмеялась веселым мелодичным смехом.

— А, Жюли. Очень кстати. Ты помнишь маленькую девочку, Зоську? У нее еще одна ножка была короче другой на целую пядь? Ты ее вылечила. Зоську в первый раз в ее коротенькой жизни взяли играть с собой соседские дети. В первый и последний. Потому что горожане, увидев такое чудо, посчитали его делом рук отродий и сожгли пятилетнюю Зоську на площади вместе с матерью.

Жюли, дрожа, поднесла руки к лицу.

— Ты врешь, — прошептала Нета. — Жюли, не слушай ее, это неправда…

— Это чистая правда, — презрительно бросила Дагмара. — А вот еще пример. Вы убили Морину. Зла в мире стало меньше, скажешь ты?.. Ну, да. Но ведь Равновесие нарушилось еще больше, детка. В сторону добра. Но какая тебе разница, в какую сторону накренится этот мир, если в итоге все кончится Провалом?.. Лично я буду только рада такому исходу, но ты пойми меня правильно: ведь сил нет смотреть на этакую глупость!.. Так и хочется вмешаться и… Не закрывай глаза! Смотри на меня! Ты слышишь? Не лишай меня удовольствия прикончить тебя собственноручно вместе с проклятым отродьем, которое ты носишь под сердцем!

Нета вздрогнула и подняла тяжелеющие веки. Ее рука непроизвольно легла на живот. Ребенок?.. У нее будет ребенок?..

«Ной!..»

Он не ответил.

— Оставь ее в покое, — в коридор шагнула Аранта, более чем когда-либо похожая на кошку. — Тебе ее не взять, Дагмара. Говори, зачем ты явилась?

— Я хочу, чтобы сюда пожаловал мой щенок, — глаза Дагмары на миг сверкнули багровым. — Ведь он не бросит собственное отродье и свою… гарду.

Последнее слово она просто выплюнула. Ее глаза горели, прекрасный рот потемнел еще больше.

— Крысолов не может войти в Замок Нимф, — спокойно сказала Манга. — И ты это знаешь. Если он войдет сюда, Равновесие рухнет. Здесь слишком хрупкая грань и слишком много зеркал. Как будто ты не знаешь, как двояка суть эроса. А эрос составляет главную силу этого замка.

— Ничего, войдет, — Дагмара усмехнулась. — Я сама впущу его через Зеркало Морины.

— Не впустишь, — выдавила Нета через силу. — Зеркало закрыто.

— У меня есть ключ, дурочка. Да-да. Что ты на меня так смотришь? Правильно, Кей. Я поймала негодника давным-давно, пообещав вернуть его к мамочке на Острова. И я действительно могу договориться с Лиз, она умна достаточно для того, чтобы поддерживать нейтралитет. Так что мальчишка откроет мне зеркало. Он согласился.

— Если Крысолов войдет сюда, ты погибнешь, Дагмара, — медленно произнесла Манга и сделала крохотный шажок по направлению к сопернице.

— Стой на месте, Аранта, — предупредила та. — И не говори «поймал орла», пока яйца еще в гнезде.

— Добыча!.. — сэр Макс в расстегнутом камзоле вылетел в коридор. — Ребята, тревога!..

— А ну-ка, назад! — Дагмара повысила голос, и зеркала отозвались тонким тревожным звоном. — Я ее застрелю прямо сейчас, если ты сделаешь шаг, котеночек.

Капитан замер.

Высыпавшие в коридор отродья попятились, кто-то из девушек ахнул, кто-то из парней выругался — кажется, Огневец.

Нета смотрела невидящими глазами на револьвер, непонятно как появившийся в руке Дагмары, и почти ничего не слышала. Коридор как-то отодвинулся, думать стало не о чем, не о чем заботиться и переживать. У нее мог бы родиться ребенок. Настоящий. И его теперь не будет. Вот и всё.

Нета тяжело оперлась рукой о Зеркало Морины. На стекле остался отчетливый след ее окровавленной пятерни, который медленно начал бледнеть и растворился в зеркальной глади. Мутная поверхность колыхнулась. Стекло сделалось прозрачным.

— Нета, смотри!.. — Жюли указывала на зеркало, и Нета обернулась. С той стороны стекла на нее смотрел Крысолов. Он прижался обеими ладонями к твердой непроницаемой поверхности, и во взгляде у него было такое отчаяние, что ее сердце сжалось. Ной что-то сказал, но в коридор не долетело ни звука. Он изо всех сил ударил в стекло обеими руками. Зеркальная гладь даже не шелохнулась.

— Почуял!.. — рассмеялась Дагмара. — Ну, что, сыночек, хочешь спасти свою гарду? Иди сюда. Поговори с мамочкой.

С ненавистью глядя на нее, Крысолов медленно сунул руку за пазуху и вынул дудку.

— Ной, остановись! — крикнула Манга. — Ты расколешь зеркало! Равновесие рухнет! Ты никого не спасешь!..

Мэгги тихонько заплакала от ужаса. Чен скрипнул зубами и прижал к себе Рут.

— Цып-цып-цып, — сказала Дагмара и снова засмеялась беспечным серебряным смехом. — Иди сюда. Иди. А то я сейчас выстрелю, Ной. Я выстрелю, ты меня знаешь.

— Дагмара, — вкрадчиво сказала Манга. — А ты уверена, что после нового Провала найдешь дорогу в Райские Сады?..

— Не сомневайся, — бросила та. — Кровь нерожденного младенца, забыла? Ангельская кровь. К тому же, кровь-то родная. Я пойду по ее следу, я это хорошо умею… — она обернулась к зеркалу. — Эй, сынок! Долгие раздумья тебе не к лицу. Ты ведь никогда не раздумывал. Проклясть родную мать, узнав, что она уродилась обратной. Уйти из дома. Что тебе стоит разбить это зеркало? Иди сюда, дитя мое, поговорим напоследок.

— Не ври, Дагмара, — губы Манги дернулись от отвращения. — Он проклял тебя не за то, что ты уродилась обратной. А за то, что ты начала пить кровь своих воспитанников и раз-делила их на прямых и обратных, показав обратным путь к силе через…

Дагмара ее не слушала. Она впилась глазами в лицо сына, напряженная и готовая ко всему.

Крысолов стоял неподвижно. Он не смотрел на мать — его глаза были устремлены на Нету, как будто он хотел запомнить ее, бледную, босую, в длинной ночной сорочке.

— Не пойдешь? Долг превыше всего? Еще один ваш пунктик, — презрительно сказала Дагмара и пожала плечами. — Как знаешь, Ной.

И она нажала на курок.

Нета смотрела, как медленно-медленно револьверное дуло выплюнуло свинцовую пулю, как эта пуля неспешно, будто бы нехотя, летит ей в лицо… Она зажмурилась.