Приключения колдуньи Вари, или Пенек с ушами - Ивлиева Юлия - Страница 7

Они зашли в дом, стараясь быть незаметными. Осмотрелись: свет продолжал литься сквозь щели в полу и крышке погреба.

— А если не лажвеется? — не унимался Ехех.

— Поселюсь с тобой в дупле, — отрезал Лешик.

— Шмело, шмело, — подвело итог эхо. Нельзя сказать, что оно было сильно радо возможному соседству.

Друзья улеглись на пол и прислонили уши к доскам, стараясь хоть что-нибудь услышать. Вскоре до них и впрямь донеслись голоса.

Сначала писклявый и мурлыкающий:

— Вот, моя госпожа, всё как ты велела.

Потом приглушённый и грубый:

— Хвалю, Глимс, молодец. Отличные новости. Лучше не придумать. Дымчатый лес, туда-то я и собиралась. И жители, говоришь, всё больше мелочь безобидная, значит, хлопот не доставят.

Писклявый голос подхалимничал:

— А когда? Когда доберёшься?

Подслушивая, друзья распластались по полу, только всё равно плохо слышали и совсем ничего не видели.

— Хоть бы одним глажочком взглянуть, кто это там такие планы штлоит, — сокрушалось эхо. — И клышку не отклоешь, она шклипит, как телега.

Лешик огляделся.

— Вон смотри, — мальчик указал в сторону окна. Там в углу стояла коробка, из-под неё тоже шёл зеленый свет. — Её мы сможем отодвинуть тихо, а там, похоже, дырка в полу.

Лешик оказался прав: когда они отодвинули коробку, их почти ослепил яркий зелёный свет. В полу не было одной половицы: дом-то старый.

Ехех осторожно свесился вниз, весь обратясь в слух. Через некоторое время вынырнул обратно и доложил:

— Туманношть там какая-то летает: желёная, шветитьшя, молда ешть, но это точно не эхо, дух, что ли, какой-то, он шо штенкой лажговаливает. Шам можешь пошмотлеть. Это штенка, что ли, на Дымчатый леш напашть шобралашь?

Лешик тоже свесился вниз.

— Скоро-скоро. Я уже всё придумала. Через три ночи все ведьмы соберутся на шабаш. Им не до меня будет, — шипел голос. — Вот тогда сюда Котёл притащу и открою этот проход. И мне уже никто не помешает.

— О великая Клифа, о моя госпожа, — бубнил писклявый дух. — Значит, ровно через три ночи границы сотрутся, жители Дымчатого леса, осчастливленные твоим господством, станут служить тебе верой и правдой, до судорог в пальцах, до мурашек по пяткам.

— Ну, в общем, как-то так!

Лешик слушал и не мог оторваться, он уже по пояс свисал с потолка и даже смог разглядеть щель в кирпичной стене, откуда голос этой самой Клифы слышен был.

Это не полопанные шарики и порванные ленточки — вот беда так беда! И беда эта грозит всему Дымчатому лесу!

Вдруг он почувствовал, как что-то мокрое и холодное скользнуло по его пятке и какая-то неведомая сила потянула его за штаны. От испуга и неожиданности мальчик дёрнулся, ударился затылком о пол и вылез из дырки. Рядом сидел гигантский Бабась и смотрел на него большими удивлёнными глазами. Лешик тоже ошалело оглядел пса: когда он видел его в последний раз, тот был вдвое меньше! За спиной псины подпрыгивал Ехех, показывая руками, ногами и всем чем мог, что вести себя надо тише, — могут же услышать! Мальчик подумал, что он и не собирался шуметь, ну подумаешь, собачка подросла, но, когда лохматое чудище невинно поинтересовалось: «А чего это вы тут делаете?» — эта мысль куда-то испарилась, зато из зажатого рта вырвался сдавленный писк. Внизу сразу всё стихло, затем голос из-за стенки приказал:

— Иди проверь. Там кто-то есть! Нельзя, чтоб о наших планах стало известно раньше времени!

Друзья спрятались за коробку, вжались в стенку. «Хорошо, что прозрачный», — думал Лешик. Вовремя зельеца выпил. В темноте почти незаметен. Разговорчивой псине пришлось зажать пасть. У той от возмущения глаза на лоб полезли, но вырваться она не смогла. Из погреба выглянула зелёная голова, повернулась по кругу и исчезла вновь.

Тут же писклявый голос отчитался:

— Тут в доме девчонка живёт. Это её тупая псина шастает. Не беспокойся, моя госпожа, — всё тихо.

— Вот это хамство! — возмущался Бабась, не то на эхо с Лешиком, не то на зелёного духа. Боясь, что их обнаружат, мальчик приложил палец к губам и потащил собаку на улицу.

— Варя в колдовстве упражнялась? — предположил Лешик, погладив пса по голове.

— Она, — подтвердил Бабась, лизнув мальчика в щёку. — Талантливая девочка, настоящая колдунья.

— Это она поголячилашь, — прокомментировал Ехех. — Недолажумение вышло. В чемодан не помещался, она его уменьшить хотела. Эх-хех! Колдует наплаво и налево, а лежультат галантиловать не может.

Бабась показал ему язык:

— Сам ты недоразумение фиолетовое! А я полноценная личность! Е-хо-о!

— Можно подумать, от него ланьше шума мало было! Так он тепель ещё и бубнит беж оштановки! — возмущалось эхо.

— Это ты бубнишь! А я делюсь мыслями. Конкр… конкретно и по шу… по существу!

— Ну поделишь! Чего тепель делать? — Ехех обиженно отвернулся и зевнул. На улице светало.

— Не знаю. Надо всем рассказать. Вот попали! Ага! — выдохнул Лешик, взлохмачивая волосы. — Я к Лесе, пусть всех собирает. А вы Варю задержите. — Мальчик уже бежал в сторону Большой поляны.

— А чего у него вид какой странный? Прозрачный, — поинтересовался Бабась. — Это модно?

— Это желье! Только неплавильное какое-то!

— Да… — протянул пёс. — От него весь лес разбежится, и эта ваша феечка в обморок шмякнется.

Ехех пожал плечами:

— Ну и как мы заделжим Варю? Что-то мне подшкажывает, что ш колдуньями это неплошто.

— Сейчас все окна и двери, щёлочки и дырочки занавесим, она подумает, что ночь, и ещё немножко поспит, — предложила псина.

Глава 9

— И ты действительно рассчитываешь сохранить свои полёты в тайне? — промурлыкал кто-то с высоты.

Кот Феликс восседал на своей любимой берёзе. Всю ночь сторожил, рассчитывая, наконец, подкараулить главную ведьму, свою хозяйку, за подозрительным занятием.

Ведьма не удостоила кота взглядом, только плотнее надвинула капюшон. Туманное и влажное утро не благоприятствовало прогулкам.

— Ничего такого страшного я не делаю, — раздражалась она. — У меня есть право покидать Тёмные горы. И могут быть дела.

— Угу, — признал Феликс. — Только я послушаю потом, что ты расскажешь, когда сюда придут и спросят: «А чего это ты шастаешь каждое утро куда ни попадя на неподобающей для ведьмы высоте? Уж не внучку ли прикрываешь?»

— Мне терять нечего, — уверенно сказала Рина. — Варю я не брошу.

— На её поиски целое полчище ворон отрядили, и каждый раз они ни с чем возвращаются! А ты одна её найти хочешь?

— Вот именно! Пока не поздно, я должна её найти! Я просто обязана спасти внучку! Это я всё начала, а уберечь её не смогла!

— Отлично! Когда вдвоём будете держать оборону против всех ведьм Тёмных гор, приглашение мне пришлите. Я вам тылы прикрою.

— Не ворчи, Феликс! И так тяжко. — Рина взялась за метлу.

— Я не ворчу, я думаю. — Кот спрыгнул на крыльцо и поёжился. Туман противно прилипал к пушистой шёрстке. — Ты там того, аккуратнее летай и это, с девочкой поласковей.

— Не сахарная — не растает! — отрезала ведьма и взмыла в небо.

— Может, и не сахарная, но такая ранимая… — хмыкнул кот.

Сырость котам не на пользу. Феликс поспешил убраться с улицы, поэтому он и не расслышал, как неподалёку хрустнула ветка.

Это толстая, неуклюжая Нина ворочалась в куста Вот это да! Узнать такое! Главная ведьма разыскивает внучку-преступницу! Совет ведьм это не одобрит. Толстушку даже зазнобило от таких новостей.