Приключения колдуньи Вари, или Пенек с ушами - Ивлиева Юлия - Страница 6

Варя нахмурилась:

— И с чего вы взяли, что это я?

— Ну а кто же ещё? В нашем лесу нет посторонних. Да-да-да, — возмущалась Леся. — Ты же колдунья? Правда? Тогда кто же, кроме тебя? Ты отвратительно поступила! Ужасно и невоспитанно! — Леся уперла руки в боки и осуждающе посмотрела на Варю.

— Ах так, — Варя тоже уперла руки в боки. — Значит, если колдунья, то сразу злая; если сломали, то больше некому; если вытоптали, то только я?! Вот и хорошо, вот и ладно, — у девочки дрожал голос, но она продолжила: — А ну убирайтесь с моей поляны подобру-поздорову!

— Сначала тебе придётся убраться из нашего леса, — хорохорились зайцы. — Мы думаем, что тебе здесь не место.

— А я думаю, что из вас два отличных пенька получатся! На моей поляне как раз пеньков не хватает!

Варя щёлкнула пальцами, пенёк, на котором зайцы скакали, шевельнулся, и они плюхнулись на землю.

— Вы видели? Видели? — кричали зайцы, призывая всех в свидетели: — Она нам увечья нанесла, с пенька спихнула! Колдует, вредничает!

Маленькая колдунья захохотала. Перед зайцами возникли кусты чертополоха, оттесняя их назад.

На поляну вбежал запыхавшийся Лешик.

— Ой! Прекратите немедленно! Это не могла быть она, она хорошая! Ага! Вы же её совсем не знаете, — кричал он. — Как вам не стыдно? Ой-ой-ой!

— Не вмешивайся, Лешик, пожалуйста! Она просто тебя заколдовала. Правда-правда, — сказала Леся, подходя ближе к чертополоху. Затем фея обратилась к Варе: — Ты не можешь здесь остаться. Совсем не можешь! — Она старалась, чтобы голос был спокойным, но феечка на самом деле сильно волновалась. — Тебе здесь никто не рад. Ни капельки! Уходи, и мы забудем твои проделки, честно-честно, а иначе…

Феечка не успела договорить, как из-за кустов выпрыгнул Бабась и громко тявкнул. Девочка вздрогнула. Толпа ахнула. Лиса подпрыгнула от испуга, наступила на ногу ежу, тот взвыл от боли. Число пострадавших росло. Довольная псина, помахивая хвостом, вернулась к хозяйке. Варя хохотала как сумасшедшая. Страсти накалялись. Зайцы схватили палки и ринулись на защиту феи.

— Ути-пусеньки, — прищурилась маленькая колдунья. — Они не рады! А ну брысь с моей поляны, а то вы меня точно никогда не забудете!

Заяц размахнулся по чертополоху, хотел ударить, Варя щёлкнула пальцами, и чертополох в мгновение подрос. Нападающий выронил палку, которая перекувыркнулась и ударила в глаз другого зайца, который истошно заорал. Возмущённая фея подошла ещё ближе.

— Не надо, — попросил Лешик, но девочка его не слушала.

— Ты ведешь себя отвратительно! Никакого воспитания! Ни чуточки! Ты злая и гадкая!

— Уходите! Немедленно! Вон! — угрожающе отчеканила маленькая колдунья и хлопнула в ладоши. На толпу обрушилась стая летучих мышей, которые хлопали крыльями, шипели и скалили маленькие острые клыки. Незваные гости с визгом бросились врассыпную.

Варя ушла в дом, громко хлопнув дверью.

Лешик постучался и, не дождавшись ответа, вошёл. Насупленная Варя сидела в кресле-качалке, на её коленях лежала морда поскуливающего пса, Ехех топтался рядом.

— Дружелюбные, говоришь? Весёлые? — с упрёком поинтересовалась маленькая колдунья. — О-о-о-отлично повеселились!

— Это недоразумение. Ага! — заверил мальчик. — Всё не так должно быть!

— Познакомиться хотят? Было очень приятно! — не унималась Варя.

— Что-то странное произошло, — заверял мальчик. — Мы во всём разберемся, и вы ещё подружитесь! Ага!

— Нет уж, дудки! Сам с ними дружи! А у колдуний друзей не бывает!

— Я твой друг, и я верю. я знаю, что это не ты! — страстно заверил мальчик.

— Уходи, — тихо сказала Варя, — я тебя не звала.

Лешик тяжело вздохнул и вышел, аккуратно притворив за собой дверь.

— Ну жачем ты так ш ним? — нахмурился Ехех. — Он же ни в чём не виноват. И ты ему нлавишша.

— Это у него быстро пройдёт, — надулась маленькая колдунья.

Глава 8

В Дымчатый лес прокралась таинственная молчаливая ночь. Накрыла всех бархатным покрывалом, раскидала звёзды по небосклону, чтоб ещё больше показать свою красоту и темноту. Ехеху не спалось, он ворочался в своем дупле, и всё-то ему мешало. И луна в глаза светит, и воздуха не хватает, и дерево жестковато. Отлично! Теперь ещё и шишки залетают, беспардонно тюкаются в лоб! И вообще, откуда на дубе шишки? Ехех выглянул из своего убежища и увидел Лешика.

— Ты чего тут шаштаешь и шишками кидаешша? Ни штыда ни шовешти!

— Выходи давай. Дело есть, — прошептал мальчик и, поманив за собой, нырнул в кусты под деревом.

Эхо пыхтело от возмущения, но следом полетело.

— Ну? Как она? — Мальчик кивнул на тёмное окно Вариного домика.

— Обиделась. Шпит. Завтла улетать шоблалась.

— Эх! Нехорошо получилось. Да?

— Не то шлово! — вздохнул Ехех.

— Ага! Там тоже! Беда и полное непонимание! — отмахнулся мальчик. — Я Лесе и так и эдак объяснял: Варя хорошая, подружиться хотела. Ага! Не верит! Говорит, меня заколдовали.

— Ну вот!

— Ага! И ёж тоже! Ногу забинтовал: травмой хвастается! В бою с колдуньей заработал. Ага! А чего хвастается? Там даже синяка нет, и вообще — ему на лапу лиса наступила.

— Ну как же так? — Ехех качал головой.

— Ой! А зайцы, те вообще с ума посходили. Когда между собой дерутся, так на них живого места не бывает — и ничего! А тут!.. Забинтовались по уши, важничают. Героев войны из себя строят. Ага!

— Э-эх! Нехолошо. А ты чего плишол? В кушты жалежь? Подглядывать будешь? Так она дешатый шон видит! Ну волочаетша, ну пошапывает! А больше ничего интелешного.

Лешик укоризненно поглядел на эхо и спросил:

— Ты вчера ночью ничего странного не слышал? Не видел?

— Нет! Шпал я. Но у наш качели шломали и делево вон там. А ты куда это клонишь?

— Вот! — Мальчик многозначительно поднял палец. — Странно все это. Очень странно. Кто-то же всё это поломал. А кто? Неизвестно! Вот. Надо найти — кто.

— А как?

— Всю ночь в дозоре сидеть будем. Отсюда всё хорошо видно, — поделился планами Лешик. — Подождем, когда хулиган появится, и сцапаем.

— Точно! — согласился Ехех. — Ух, я ему! И как это я шам не догадалша?

Луна спряталась за мохнатую тучу. На поляне стало темно и мрачно, но маленький леший и эхо терпеливо и храбро выжидали в засаде. И вот, когда уже стало совсем клонить в сон, где-то рядом мелькнул свет. Дозорные встрепенулись и тихо-тихо подползли к дому. Точно, из-под крышки погреба сочился слабый зелёный луч.

— Пошли поглядим? — предложил Ехех.

— Ага! — Лешик достал из кармана пузырек и выпил его содержимое. Эхо удивленно смотрело на мальчика.

— Чего это ты?

— Это зелье специальное, чтоб прозрачным стать. Ну на немножко. Не навсегда. Мне ещё от деда осталось.

— А-а-а… — протянул недоверчиво Ехех.

Взгляд у него становился всё заинтересованнее, он склонил голову набок, выпучил глаза и поднял брови. Получилось такое впечатляющее выражение лица, что Лешик испуганно спросил:

— Ну как? Как я выгляжу?

— Как я, только желёный, местами селый, — ответил друг, поднимая отпавшую челюсть.

— Здорово, пошли, — довольный Лешик пошёл вперёд.

— Ну если ты так шчитаешь. Ешли ты думаешь, что для леших это вполне ештештвенный, так шказать, вид, то конечно.

— Ну, может, у зелья срок годности вышел или ещё чего. Ну да, не прозрачный, но тоже ничего.

— И-и, как бы шказать помягче, такая не совсем плавильная леакция, — эхо тщательно подбирало слова, — тебя не бешпокоит?

Вот Ехеха это дело очень тревожило, сразу было видно.

— Нет, к утру развеется, — Лешик нетерпеливо оглянулся. — Ну давай быстрее!