Королевский гамбит - Скирюк Дмитрий Игоревич - Страница 48

— Кто? Оборотень? Да уж, наверно, не цветочки с ягодками…

— Но он же, наверное, голодный! — Серёга бурно зажестикулировал. — А у нас только и осталось что банка тушёнки да водки бутылка! А он… столько энергии… Да он же всех нас покусает! Не-ет, надо срочно выбираться отсюда!

Кабанчик был в двух шагах от паники и теперь готовился утянуть в эту пропасть остальных. Все кричали, оборотень бегал вокруг, светил размалёванной мордой и гавкал. Надо было срочно что-то делать. Мы с Филом кое-как успокоили обоих и, посовещавшись, решили вернуться к Двери. Впереди пустили Димку — в его теперешнем обличье это показалось нам самым разумным. Замыкал шествие Фил. Вновь справа и слева потянулись ряды гигантских танков с живыми «консервами», я шёл, и в голове у меня потихоньку начали роиться мысли.

Зачем кому-то понадобился этот гигантский скотомогильник? Во всём должен быть какой-то логический смысл. Так не бывает, чтобы его не было. Без логики на свете только женщины жить могут, ага, — закатят истерику, хлопнутся в обморок, а потом смотришь, а они уже всё приняли как должное и преспокойно живут себе дальше. Истерики я никому не обещаю, но вот принять как должное… Нет уж, дудки! Если кто-то изучает нашу планету, нашу флору/фауну и нашу, так сказать, цивилизацию, я хочу знать, зачем он это делает и как.

Особенно — как.

Итак, начнём с начала. Изучают нас не одну тысячу лет, это понятно: вон их сколько тут скопилось. Это на миллионы тянет. Допустим, кто-то собирает образцы и консервирует здесь… А что потом? Судя по всему, эти туши и тела вряд ли отсюда вывозят. Что же они, изучают их на месте, что ли? Так это ж какой штат учёных нужен! Целого университета мало. Или они просто берут биопробы, генный материал, а остальное бросают? Тогда зачем хранить всё это, ради чего, как говорят в Одессе, тратиться на деньги?

И вообще, они живут здесь постоянно или прилетают время от времени?

Чем мы ухитрились им насолить? Непонятно.

Возле Двери нас поджидал сюрприз. Точнее, не возле Двери, поскольку Двери больше не было. В общем, само её отстутствие и оказалось для нас сюрпризом. Мы озадаченно уставились на стену. Возникающие и исчезающие как по мановению волшебной палочки проходы и туннели начали нас раздражать.

— Чёрт, да сколько же можно! — сердито возмутился Денисыч.

Остальные ждали, сгрудившись за его спиной.

— Дальше пойдём или как? — спросил Серёга.

И в этот момент где-то под потолком ожил невидимый динамик. Все вздрогнули.

— Граждане земляне, — с лёгким акцентом произнёс приятный женский голос. — Вы окружены. Сопротивление бесполезно и принесёт вам только ненужный вред. Мы не желаем зла. Предлагаю вступить в переговоры.

— Вступают в партию, а переговоры ведутся, — хмуро оборвал её Денисыч. — Ты сперва скажи, что вы задумали? Что вообще здесь творится? Кто ты такая, чтобы мы с тобой разговаривали?

— Ихана Ки Сайя, — так или похоже прозвучало из-под потолка. Звук «х» в первом имени прозвучал мягко, с горловым придыханием; чужой язык походил на финский. — Старший… старший… Как это по-русски?.. — Говорившая замешкалась, потом нашлась: — Старший модульный офицер-ксенолог.

— Чё? — растерянно переспросил Кабан. — А это ещё чё такое?

— Бить будут, — мрачно сказал я и популярно разъяснил: — Специалист по чужакам.

— А мы разве чужаки?

Я застонал. Кабанчик сегодня явно перебрал.

— Для неё — чужаки, — терпеливо разъяснил я. — А теперь молчи и не мешай.

Фил сдвинул шляпу на затылок и достал пистолет.

— А какой резон нам с тобой говорить?

Наумыч разразился хриплым лаем и суматошно забегал от стены к стене. В тесном коридоре заметалось эхо.

Голос озадаченно умолк.

— Это кто там гавкает? — несколько неуверенно спросил он после паузы.

— С тобой, свинья, — задравши голову, крикнул Фил в потолок, — не гавкает, а разговаривает капитан Федеральной службы безопасности Денисов! Ты выйдешь или нет? Иначе мы сейчас… споим Серёге пол-литру и всё тут на хрен оторвём!

Голос молчал.

— Ну?

— Хорошо, — сказал голос. — Хорошо, я выйду. Придержите зверя, иначе нам придётся его ликвидировать. Я сейчас к вам поднимусь.

Некоторое время мы, пыхтя и сталкиваясь, ловили и успокаивали Димку-оборотня, потом безуспешно пытались повязать его собственной курткой.

— А я и не знал, что ты капитан, — невпопад сказал я Филу, придерживая бьющие задние ноги волка.

— И не должен был знать, — пробурчал Фил в ответ. — Какой я, к лешему, капитан? Это я так, для солидности… Чёрт, из чего бы ошейник сделать?

Придавленный к полу Димка предостерегающе зарычал. Лена испуганно пискнула и проворно спряталась у меня за спиной.

— Лёша, миленький, — выглянула она оттуда, — ты только держи его, я его боюсь!

— Я сам боюсь, но надо ж что-то делать… Кабан! Ну-ка, снимай штаны.

— Ещё чего! — возмутился он. — Сам снимай!

— Снимай, кому говорю! У меня руки заняты. Намордник делать будем.

Серёга нехотя расстегнул ремень и потянул с себя джинсы.

— Отвернитесь.

— Нашёл время стесняться. Давай сюда.

Протестующему оборотню кое-как обмотали морду и голову и затянули ремень. Ума не приложу, как он позволил над собой такое проделать. То ли Фил обладал каким-то особенным природным магнетизмом, то ли они просто друг другу доверяли.

Шаги послышались минут через пятнадцать, затем в коридоре показался тонкий чёрный силуэт, заметил нас и двинулся навстречу.

— Стоять! — скомандовал Денисыч.

Фигура неуверенно замедлила шаг, потом замерла.

— Я парламентёр, не надо в меня стрелять, — сказала она и медленно раздвинула в стороны руки, демонстрируя отсутствие оружия. — Я уполномочена экипажем вести переговоры. Среди вас есть девушка по имени Елена?

— Есть. — Ленка высунула мордочку из-за денисовского плеча. — Это я. Что вам нужно?

— Вы должны меня помнить. Мы встречались на раскопках. Я могу подойти?

— Только не делайте резких движений, — предупредил её Фил. — У меня в пистолете осина, и я не промахнусь.

Неизвестно было, причинит ли осина вред инопланетянке, Фил блефовал, но это подействовало.

— Я не буду, — пообещала она. — Держите зверя, он очень не любит нашего запаха.

В ближайшем рассмотрении фигура действительно оказалась девушкой, на вид лет двадцати пяти, но похожая на девочку-подростка. Худая, очень стройная, почти без бёдер, с сероватой кожей, волосами цвета воронова крыла, острыми ушками и огромными, совершенно анимэшными глазами, ну просто готовый персонаж для японского комикса.

— Здравствуйте.

— Здрассе… — неуверенно сказал за всех Кабанчик и попытался сделать реверанс. Без штанов, в трусах в цветочек, он смотрелся несколько карикатурно.

Оборотень зарычал.

— Вы — вампиры? — взял я быка за рога.

Ихана повернула голову ко мне.

— Нас иногда называют так в вашей мифологии, — с оттенком грусти сказала она. — Увы, необоснованно. Хотя наш способ питания соответствует описанному, на человека мы обычно не нападаем. Обо всех имевших место прецедентах было доложено вверх по инстанции. — Она вздохнула. — К сожалению, мне всего тридцать ваших лет, и в прошлых экспедициях я не участвовала.

Повисла пауза.

— Вы хорошо говорите по-русски, — сказал я, чтоб хоть что-нибудь сказать.

— Спасибо. Я специалист по контактам с людьми, знать ваш язык — моя обязанность. Мы с вами даже знакомы. С вами и вашим другом. Собственно, у меня именно к вам разговор.

— Я чего не понимаю, — пробормотал Серёга, — так это то, что я ничего не понимаю. Вы что, к нам домой прийти не могли? Хоть бы позвонили, что ли. У меня телефон есть.

— Увы, — грустно сказала инопланетянка, — мы не могли. Время не терпит, а переговоры могли зайти в тупик. Вы были нужны нам во что бы то ни стало в самые ближайшие дни. Я попросила вашу подругу. Я надеюсь, она меня извинит…

Лена зарделась, смущённо сняла и протёрла очки.

— Да ладно… А в чём дело?