Тусовки 6»Б» - Матвеева Людмила Григорьевна - Страница 41

– Если будете кочевряжиться, не будет вам спектакля. А поставлю я «Царевну-лягушку» с шестым «А».

– Ашники – полный отстой!

– Особенно некоторые!

– У них нет творческой извилины в голове!

– Одни сплетни и драки!

– Свободу шестому «Б»! – ни к селу ни к городу рявкнул Барбосов.

Смех взволновал весь бульвар: собаки стали рваться с поводков, малыши в колясках проснулись и довольно весело запищали. Суворовна сказала:

– Я скоро перейду на другой бульвар, на Звездный или на Черемуховый, там дети спокойные и культурные.

– А я тут останусь, – Кутузовна смеялась, глядя на ребят, – чем веселее, тем больше витамина здоровья. И еще для бодрости нужен горький шоколад, – Кутузовна достала из своего ридикюля шоколадку, отломила кусочек Суворовне, а остальное положила в рот и блаженно прикрыла глаза. – Хорошая жизнь.

– Я сладкого избегаю, врачи запрещают! – Суворовна съела шоколад. – А лишние децибелы вредны для нервной системы.

Но ребята уже успокоились. Вадимыч не такой человек, чтобы позволить долго кричать даже самым эмоциональным людям. Нина заспешила:

– Мне на репетицию, побегу, – махнула рукой на прощание, – извините, Вадимыч, что не справилась с вашим поручением: распределила только писк комара, и то не окончательно.

– Не беда, Нина, мы сейчас справимся с этим делом. – А сам подумал: «Хотя справиться с шестым „Б“ очень непросто. Но, честно говоря, за это я их и люблю – яркие личности».

– Мы будем играть классный спектакль! Ашники позеленеют от зависти!

– Настоящим артистам всегда завидуют!

– Каждая букашка думает, что она могла бы сыграть королеву.

Вадимыч подождал, пока стихнут крики.

– Главное – не красота и стройность, вы все красивые – молодые. Главное – творческий подход к роли. Изобретательность, выдумка, неожиданный поворот. Поняли?

– Да!

– Нет!

– Как это?

– Я знаю! Своими словами со сцены говорить!

– Вот еще! Тогда будет совсем другая пьеса!

– Ну и пускай!

Вадимыч слушал с улыбкой, поглядывал на них – ему нравилось то, что они говорили. Потом он поднял руку ладонью вперед, знакомый учительский жест «тихо!». Все смолкли.

– Мысли у вас коротенькие, как у Буратино. Но направление выбрано верно: надо вносить в роль кое-что от себя. Импровизировать.

– Опять умное слово, – заворчал Барбосов, – я не понимаю ни фига.

– Импровизация, – это когда сочиняешь свое по ходу дела, – разъяснил самый умный Гриша.

– Отсебятина! – по-своему понял Барбосов.

– Приведите пример, – попросила Лидка Князева, – я не сумею. Откуда я возьму свое?

– Из дурацких глянцевых журналов, – хихикнула Оля. – Современно и круто.

– А ты, Олечка, откуда возьмешь творческий подход? У тебя нет журналов, – попыталась отбиться Лидка от Олиного ехидства. Но это трудно.

– Я могу сама все выдумать! У меня фантазия и воображение! – похвасталась Оля.

– Потому ты и врушка! – Лидка всегда оставляла за собой последнее слово.

29. Играй писк комара!

– Значит, так, – Вадимыч поднялся во весь свой двухметровый рост, – остальные роли распределите сами за пять с половиной минут. – Он взглянул на часы.

Агата вдруг подумала: «Рубашка белоснежная, а живет один. Неужели сам стирает и гладит?»

И тут Вадимыч сказал:

– Извините – убегаю, важная встреча.

– Свидание? – подмигнула Агата. Он засмеялся:

– Важным может быть только свидание. Итак, роли такие: Лягушка, Иванушка, Маковая Росинка, просто Росинка, Комар, Пиявка. Ну и так далее. Делите все честно и справедливо. И творческий подход не забывайте.

Он умчался. И сразу начался скандал:

– Кто такая Маковая Росинка? – кипятилась Анюта балетная. – Я должна понимать образ, я должна войти в состояние персонажа, а я не понимаю. Когда я танцую «Спящую красавицу», мне все понятно: сначала спит, а потом просыпается от горячего поцелуя принца. Он влюблен, она тоже, все ясно! Маковая Росинка – ничего не ясно!

– «Маковой росинки во рту не было» – так говорят, когда хотят есть. Очень понятное состояние, – хмыкнул самый умный Гриша. – Например, сейчас я голодный, с утра не было маковой росинки.

Тут его любимая Бомбина протянула Грише бублик, он вгрызся в него и благодарно улыбнулся Бомбине. А воспитанники Кирочка и Кристина стали кричать:

– Мы тоже хотим бублик! Мы голодные! А от голода мы непослушные! Или мороженое! Или банан!

– Вас воспитывает такая прекрасная гувернантка. А вы – обычные непослушные дети, завистливые и невоспитанные, – Гриша сказал это, но взглянул на Бомбину, увидел ее глаза и захотел исправить свой промах: – Гувернантка вас учит целыми днями, а вы все равно неотесанные. Кажется, получилось совсем бестактно, прости, Бомбина.

Но она не обиделась, ей стало смешно.

– А можно я буду играть в вашем спектакле медведицу? – предложила Бомбина. Стройная и высокая, она на медведицу нисколько не походила.

– Тебе не подходит, – сказал самый умный Гриша, он сам не заметил, как вошел в роль режиссера. – Медведица косолапая и неуклюжая, а ты красивая.

– И уклюжая, – хихикнула Оля. – Пусть играет.

– А в этой сказке вроде нет медведицы, – засомневалась Агата.

– У нас будет творческий подход – кто кем хочет, тем пускай и будет.

– Классно! После разберемся! – обрадовалась Василиса прекрасная. – Я буду Василисой Прекрасной, коса до пояса!

– А я автобусом!

– А я плеером!

Фантазию только разбуди, она долго не уймется. Если, конечно, фантазия неутомимая.

Мимо проходила писательница. Она слышала выкрики творческих людей, но не остановилась.

– Тороплюсь, мои дорогие, – бросила она. – Но предлагаю одно действующее лицо – Золотую рыбку. Хороший персонаж, большие возможности.

30. Зигзаг

Леха отыскал Юну на дальней дорожке, она сидела на скамейке и рисовала прутиком на снегу.

– Ты что делаешь? – глупо спросил Леха, чтобы что-нибудь сказать.

Она молча взглянула на него и стерла ногой рисунок, будто отвечая: «Не твое дело».

Но Леха успел заметить нарисованное сердце, пронзенное стрелой. Значит, неприступная девочка с таким сказочным именем и ореховыми глазами была влюблена. В кого? Этого Леха не знал, но тут же предположил: «А вдруг в меня?» И сел с ней рядом. В глубине души он знал, что не в него она влюбилась, но так хотелось надеяться!

– Почему ты всегда уходишь? Ты никогда не бываешь на тусовках, не общаешься с девчонками. Почему? Тебе неинтересно? – Он задавал вопросы вроде бы из любопытства, а на самом деле он делал Юне комплимент: «Ты не такая, как все девчонки, ты особенная, необыкновенная». – Ты с прибабахом? – спросил он уже в спину Юны – она опять уходила. – Он догнал ее и пошел рядом. – Простой разговор не хочешь поддержать! Уходишь, как призрак! Может, ты привидение? Я книжку читал про старинный замок, там призрак растворялся в воздухе. Классная книга, я ее на математике начал, а на истории уже всю дочитал – не оторваться!

Юна молча покосилась на него и вдруг рассмеялась.

– Леха, ты постоянно крадешься за мной, выглядываешь из куста, выпрыгиваешь из-за угла. Сам ты призрак. А книгу я тоже читала, она называется «Слухи и духи», страшная.

– Специально пугает писатель, не помню фамилию.

– Фамилии писателей часто забывают, – сказал знакомый голос. Из-за кустов на дорожку Случайных встреч вышла к ним писательница. – Автор пишет, придумывает интересные книги, а читатель не помнит, кто все это сочинил. Обидно. – Она улыбнулась совсем не обиженно, Лехе даже показалось, что писательница подмигнула ему. Он гордо взглянул на Юну – видела ли она, как писательница с ним, Лехой, разговаривает вполне по-свойски и может даже подмигнуть совсем по-приятельски. Но Юны рядом уже не было. Догнать, догнать! Но дорожка Случайных встреч была уже пустой. Вдалеке, на аллее, бабушки, мамы и няни катали коляски.