25 профессий Маши Филипенко - Успенский Эдуард Николаевич - Страница 21

И вдруг!.. «ОЛИМПИАДА В ЕДРОВО!»с подзаголовком «Чемпионы уезжают в Ковровино».

Эти чемпионы больше всего заинтересовали Машу. Она стала читать:

Маша весь ящик изучила: нет ли ещё чего про село Ковровино. Но больше ничего не было. Она другой ящик прочла со всех сторон. Вымыла всю посуду и стала ждать Володю Стороженко.

Она ходила из угла в угол, как волк в зоопарке. Потом не выдержала и, несмотря на температуру и больное горло, побежала навстречу по дороге. Побежала с ящиком.

Сидит она на остановке на ящике, ждёт Володю. Деревенские люди мимо идут и говорят между собой:

— Вон городская девочка на ящике на остановке сидит. И кого-то ждёт совершенно безо всякого толка.

Маша говорит:

— Что я на ящике сижу — это видно. Что я кого-то жду — это тоже можно понять, раз я на остановке сижу. А вот как вы догадались, что я городская.

— Потому что деревенские девочки давно знают, что двухчасовой автобус уже был в три часа, а шестичасовой раньше семи не придёт. И без толку они сидеть не станут.

Маша спросила:

— А что станут делать деревенские девочки?

— Они пойдут на край деревни и будут знать, что их жданец на попутной машине приедет.

Маша так и сделала. Пошла на край деревни. И как раз попутный трактор приехал, а на нём Володя Стороженко с продуктами. Маша сразу закричала:

— Володя, Володя! Прочти, что на этом ящике написано. Володя отложил продукты и сказал:

— Давай сюда твой почтовый ящик.

Он быстро нашёл спортивную заметку и сразу понял, в чём дело. Он сказал:

— Пойдём скорее в лагерь. Будем в Бологое звонить.

— Кому?

— Собкорру Куженкину, который тем краем заведует. Помнишь, корреспондент из города

про него говорил. И про весь тот край. И ещё наш Юра Лоза сказал, что туда надо особое внимание обратить.

— Помню.

— Пусть он там разыщет лейтенанта Соколова и Мишу Гагарина с «газиком».

— И Валеру Готовкина, — добавила Маша.

— И Валеру Готовкина. И всё им расскажет.

Они быстро добежали до лагеря и пошли в кабинет директора звонить.

Их быстро соединили с Бологим. С квартирой корреспондента Куженкина. Володя Стороженко всё этому Куженкину рассказал. И Куженкин всё понял. Он только вчера вернулся из Выползово. Там он виделся с лейтенантом Соколовым и Мишей Гагариным. Он самолично видел Валеру Готовкина и имел с ним беседу. Он даже брал у них интервью.

Володя Стороженко кричал:

— Вы обязательно свяжитесь с ними, пока они никуда не тронулись. И скажите, чтобы они немедленно ехали в деревню Ковровино и исследовали там источники. Скажите, что целебная вода там. Там, и только там!

— Там! Там! — согласился Куженкин на другом конце провода и области. — Я давно подозревал, что эта деревня какая-то ненормальная. Там даже дети как свинцовые, их от земли не оторвёшь. Слышно?

— Слышно! Слышно!

— Да только эту деревню от нас забрали. Их давно уже в Валдайский район перевели.

— Скажите им, пусть немедленно едут. И пусть оттуда нам звонят в любую ночь. Или пусть телеграммы дают. Слышно?

— Слышно, — ответил Куженкин. — Понятно! Будет сделано!

Дальше они с Володей Стороженко готовили еду и ждали геологов. И вот наступил вечер. Геологи стали подтягиваться на своих машинах по нескольку человек. Приходили они мокрые, сумрачные и бросались к печке. Или валились на матрасы, закутавшись в одеяла. Только главный, Юра Лоза, вошёл свежий и лёгкий, как после сна. И стал у всех спрашивать, как дела. И стал ставить на карте значки и крестики.

Тут к нему подошёл Володя Стороженко и протянул ящик из писем и газет.

— Прочти, шеф.

Юра не споря взял ящик и прочёл заметку про спорт.

— Ничего себе! Немедленно звонить в Бологое! Ихнему собкорру!

— Позвонили.

— Сказать, чтобы он их отыскал.

— Сказали.

— Молодцы! — восхитился строгий Юра. — Давайте ужинать. Кто заметку нашёл?

— Манюня, — ответил Володя.

— Ай да Маша! — послышались голоса. — Ай да Филипенко.

— Когда воду найдём, назовём Филипенковская.

— Филипенко-кола.

— Манюнинская!

Маша даже обиделась. Юра Лоза это понял и сказал:

— Всем быстро ужинать и спать.

Все так и сделали. А грязную посуду сложили до утра в газетные ящики.

Геологи пошли спать. И спали ещё на пути к матрасам.

А вот у Валеры Готовкина сон не получился.

Они с лейтенантом Соколовым и Мишей Гагариным остановились в деревне Студенец, недалеко от райцентра Выползово. И легли спать в колхозной гостинице. Колхозной гостиницей была изба пожилой колхозницы Частовой Татьяны Семёновны.

— Я тоже была в Москве, — сказала Татьяна Семёновна геологам. — Картошку возила. У меня там двадцать пять рублей украли.

— Кто же это посмел? — удивился лейтенант Соколов.

— Одна какая-то дамочка вся в кольцах и платьях. Должно, приезжая. Может, иностранка.

— А куда же вы смотрели, маманя? — спросил Миша Гагарин. — Пока у вас иностранцы деньги воровали.

— Да никуда я не смотрела. Я картошкой торговала. Она говорит: «Разменяй двадцать пять рублей». У меня деньги были далеко запрятачи. Я их достала из штанов, из платка вынула и ей отсчитала. Она говорит: «Зачем мне, бабка, твои трёшницы да рубли. Отдавай назад мои деньги». Я ей отдала. А когда домой приехала, в сестриный дом, денег-то и нет, двадцати рублей. Я потом подумала: гипноз какой-то.

— Значит, двадцать рублей украли? — спросил дотошный Миша.

— Украли-то двадцать пять, — ответила Татьяна Семёновна. — Я сама их видела и в руках держала.

— А не хватает двадцати?

— Двадцати.

— Выходит, они пять рублей подложили? — предположил лейтенант Соколов.

— Может, и подложили.

— Значит, у них есть совесть?

— Откуда у них совесть, когда они двадцать пять рублей украли.

И никак они с этих двадцати пяти рублей съехать не могли. Валера Готовкин спросил:

— Бабушка Татьяна Семёновна, а где тут у вас можно душ принять перед сном?

— Да у нас этих душей в деревне отродясь не было.

А Миша Гагарин сказал:

— Разве ты не знаешь? Душа в деревни нет. Люди в сельской местности душем не пользуются. Они перед сном ванну принимают.

— Нарзановую, — добавил лейтенант Соколов.