Ночь в его объятиях - Дэр Тесса - Страница 47

Сюзанна медлила с ответом. А мистер Кин закричал:

— Не подходит ни та, ни другая! Нам нужно что-то искрящееся! Предлагаю гирлянду из золотистой ткани!

— Я так и говорила, — отозвалась Салли. — Нам не хватит золота.

— А что, если… — Викарий щелкнул пальцами. — О, знаю! Мы объединим все это с тюлем!

— Да-да, тюль! — воскликнула Салли. — Тюль — это просто божественное вдохновение! Секунду, мисс Финч. Мы покажем вам, что он имеет в виду.

Сюзанна вздохнула, перекладывая Дейзи из одной руки в другую.

— А, вот вы где… Я искал вас повсюду.

Внезапно рядом с ней возник Брэм.

— Правда искали?

А может, он просто хочет ее помучить?

— Скажите, а что это у меня такое?

Брэм указал на медные пуговицы на своей белоснежной манжете.

Сюзанна постаралась скрыть улыбку.

— Видите ли, Аарон Доус сделал трафарет и отлил их. У милиции должен быть свой символ.

— Но милиция не выбирает в качестве символа ягненка.

— Насколько я помню, сэр, это ягненок выбрал вас.

Он рассмеялся.

— Ладно, забудем про пуговицы. Вы проделали замечательную работу. Вы и все леди. — Брэм осмотрелся. — И все ваши приготовления… Это замечательно.

Она с улыбкой кивнула:

— Да, мы все упорно трудились. Я как-то на днях видела ваши тренировки. Впечатляюще, милорд. Нас всех завтра ожидает триумф — я не сомневаюсь.

Возникло неловкое молчание, но тут Дейзи вдруг издала «булькающий» звук.

— Кто это? — Брэм кивнул на младенца. — Полагаю, мы еще не представлены друг другу.

— А это, — Сюзанна повернула девочку так, чтобы Брэм получше ее рассмотрел, — малышка Дейзи Брайт.

— Да, конечно. Я должен был догадаться по цвету волос.

Белобрысая малышка протянула ручку к Брэму, пытаясь дотянуться до сверкающих пуговиц на мундире. Сюзанне тоже очень хотелось прикоснуться к нему. Повинуясь порыву, она сунула ему ребенка.

— Вот. Почему бы вам не подержать ее?

— Мне? Но я не…

Однако Сюзанна, не давая ему возможности возразить, устроила Дейзи поудобнее у него на руках. Довольный младенец схватился за пуговицу и потянул за нее.

— Видите, сэр, ей нравятся пуговицы. — Сюзанна с улыбкой взглянула на Брэма, а бедняга окаменел, охваченный ужасом. — Постарайтесь успокоиться, — добавила она. — Это ребенок, а не взрывчатка.

— У меня гораздо больше опыта общения со взрывчаткой.

— Вы все делаете замечательно. — Оставив пуговицу в покое, Дейзи схватила Брэма за большой палец и сжала его. — Смотрите, она уже обожает вас.

У Сюзанны ком подкатил к горлу, когда она заметила, как осторожно Брэм держал младенца и как рассматривал маленькие пальчики, обхватившие его большой палец.

Ах, вот он опять появился и снова заставлял ее страдать. Она никогда прежде не думала об этом, но теперь… О, как же она хотела ребенка! Но ей нужен был не просто ребенок, а ребенок Брэма. Потому что она любила его. Возможно, он был слишком упрям, чтобы признать это, но он нуждался в ее любви, и поэтому она не могла позволить ему уйти.

И теперь у нее оставалась последняя надежда. Платье. Огромное облако цвета слоновой кости, украшенное капельками жемчуга и бриллиантами, сейчас парило в ее туалетной комнате наверху. Она не носила его, лишь однажды надела несколько лет назад во время поездки в Лондон.

Сюзанна представила себя, плывущую вниз по парадной лестнице в этом прекрасном неземном платье. И в ее воображении возник Брэм, стоявший на нижней ступеньке и разглядывающий ее с восторженным изумлением. Несмотря на явные признаки того, что в действительности он не был хорошим танцором, этот Брэм, Брэм ее мечты, предложил ей руку и закружил в медленном романтическом вальсе. И перед толпой восхищенных зрителей он вдруг развернул ее, остановил и признался ей в вечной любви.

Ох, до чего же прекрасная… и глупая мечта.

Может быть, такое и было бы возможно, но только до их спора в башне. Да и трудно представить, что красивое платье может изменить его мнение о ней. А если бы такое случилось только из-за платья, то вряд ли бы она сумела сохранить к нему уважение.

— Мне нужно поговорить с вами, — тихо сказал он и осмотрелся. — Где-нибудь в другом месте. Наедине.

— Наедине?

Вдруг музыка стихла, и Сюзанна обнаружила, что все в переполненном зале пристально смотрят на них с Брэмом. Она окинула взглядом собравшихся тут друзей, соседей, слуг… Как она и подозревала, все наблюдали за ними… и удивлялись.

Что ж, вот и хорошо.

Нет, не просто хорошо. Превосходно. Внезапно Сюзанна поняла, что надо делать.

— Пригласите меня на танец, — сказала она.

Он уставился на нее с удивлением.

— Что?

— Пригласите меня на танец, — повторила она.

— Пригласить вас на танец? Вы имеете в виду… завтра вечером, на офицерском балу?

Она покачала головой.

— Нет, здесь и сейчас.

Разве сможет она считать себя современной женщиной, если не сумеет осуществить свою мечту? Возможно, пришло время для разнообразия поразить этого мужчину. Сюзанна развязала свой передник, сняла его и бросила на перила. Затем аккуратно разгладила складки на своем розовом, как румянец, платье. Оно, конечно, не было великолепным шелковым облаком, но все же…

— Мисс Тейлор! — крикнула Сюзанна, приглаживая выбившуюся из прически прядь. — Мисс Тейлор, не могли бы вы сыграть для нас вальс?!

Брэм перенес свой вес на здоровую ногу и пробормотал:

— Я не очень-то хороший танцор.

— О, ничего страшного. Я тоже. — Сюзанна взяла Дейзи из его рук и передала малышку горничной. — Только сыграйте, пожалуйста, медленный вальс, мисс Тейлор.

Брэм указал на свое колено.

— Даже до этого у меня было маловато практики.

— Не имеет значения. — Она взяла его за руку и потащила в центр зала. — Мы справимся.

Вокруг них освободилось пространство — любопытные зрители разошлись по углам. А затем послышались первые аккорды мелодичного вальса.

Сюзанна тотчас же взяла партнера за левую руку, а другую положила себе на талию.

— Теперь, сэр, давайте посмотрим, как у вас получится.

— Да, хорошо. — Брэм уверенным движением привлек ее к себе. — Вы готовы?

Она кивнула, и Брэм тут же повел ее в танце. Причем довольно изящно, пусть даже он немного прихрамывал.

Они вальсировали по всему залу, и Сюзанна чувствовала, что ее мечта начала сбываться.

Ах, они прекрасно танцевали! Сюзанна подозревала, что Кейт, желая им помочь, выделяла паузой каждый третий такт. Внезапно Брэм резко повернул ее, затем — еще раз. И оборки ее юбки тотчас закружились вокруг лодыжек вихрями розовой пены. Солнце же, опускавшееся к горизонту, словно застыло на небе, и его янтарные лучи преломлялись в стеклах, так что казалось, все в зале сверкало. Причем Брэм выглядел роскошнее всех. Тут он вдруг пристально посмотрел на нее и тихо спросил:

— Может, хотите рассказать мне, зачем мы это делаем?

Она кивнула:

— Вы были правы на днях, когда обвиняли меня в том, что я боюсь.

— Я не должен был так говорить…

— Но вы были правы. Я действительно боялась. Знаете, я всегда говорила дамам, что Спиндл-Коув — самое безопасное для них место. Место, где женщина может проявлять свою подлинную суть и быть самой собой — независимо от того, что думают другие. Но в последние несколько недель для меня все было совсем не так. Я скрывала часть своего истинного «я», то есть скрывала свои чувства к вам. Я держала их в тайне от всех, даже от вас, Брэм.

По-прежнему звучала музыка, но они перестали кружиться.

— Но ведь это смешно, не так ли? И несправедливо к нам обоим. Когда я посмотрела на вас сейчас, я это поняла. Поняла, что больше не могу скрывать свои чувства. И я захотела потанцевать с вами, чтобы все видели нас… Чтобы все видели меня, влюбленную в вас.

Внезапно смутившись, она потупилась. И, поглаживая золотой галун на его новом красном мундире, продолжала:

— Ох, не знаю, что сказать… У меня совсем нет опыта. Я могла бы сказать, что вы самый лучший, самый храбрый мужчина из всех, кого я знаю. Но если учесть, что я знаю совсем немного мужчин, то вряд ли это такой уж комплимент…