Хранитель сада - Андерсон Кэролайн - Страница 28

Джорджия оторвала взгляд от чертежной доски и закрыла колпачком перо ручки, которую подарил Мэтт.

— Я не худая, просто перестала толстеть. И где же ваш бургер?

— В саду. Терри сказал, чтобы ты пришла и Сэл тоже. У него и для нее есть. Привет, Сэл.

Он умчался, и за ним вслед полетели бумаги. Подруги обменялись понимающими улыбками и неспешно пошли в сад.

— Джорджия?

— Мэтт. — Она резко села, а сердце заколотилось. Никак не ожидала, что он позвонит. — Чем могу служить? — спросила она, взяв себя в руки.

— Завтра утром приедут смотреть павильон. Будут у меня в десять. Подходит?

— Для кого?

— Для тебя. Я надеюсь на твое присутствие, если помнишь.

Джорджия помнила. Она нужна ему, но только для дела, чтобы не впустую потратить деньги.

— Хорошо, — согласилась она, стиснув зубы и беспокоясь, как она это перенесет.

Утром Джорджия отвезла детей в школу и вернулась домой доделать несколько деталей в плане для миссис Гривз. Сразу увидела Сэл, с виноватым видом запихивающую сумки в машину.

— Что, черт побери, происходит? — спросила Джорджия.

— Ну, слава богу! Ты не поверишь. Я совершенно обнаглела и стала перебирать в шкафу твою одежду, хотела что-нибудь одолжить. Мне нужно пойти на шикарную тусовку, а ты знаешь меня, у меня нет ничего шикарного. Как бы то ни было, я споткнулась и вылила чай на все твои наряды! Ты же знаешь, какая я неуклюжая!

Джорджия в ужасе посмотрела на сумки. Причем ничего из своего обновленного гардероба она не надевала, и теперь его бесцеремонно упрятали в узел.

— Что-нибудь осталось? — прямо спросила она. — Мне нужно встретиться с Мэттом и подрядчиком, хотела надеть что-нибудь приличное для уверенности, а теперь узнаю, что у меня есть только то, что на мне!

Они обе посмотрели на ее испачканные краской джинсы, и Сэл ударила себя рукой по лбу.

— На кровати лежит платье. Я вытащила его, чтобы попросить, потом повернулась закрыть шкаф и вылила чай. Ах, Джорджия, извини — может, наденешь то платье?

— Найду что-нибудь, не волнуйся. Вези в чистку. Знаю твой чай — наполовину молоко, наполовину сахар. Все испорчено.

Она вошла внутрь, оставив Сэл, которая скрежетала тормозами на дорожке, и увидела, что в шкафу ничего нет, кроме толстого шерстяного пальто, зимнего костюма и пустых вешалок.

А на кровати лежало платье для Челси. Годится для такого неординарного случая, подумалось ей. Она ведь решила сказать Мэтту, что выходит из дела.

Надевая его, она старалась не вспоминать о первой любовной встрече, когда он расстегивал одну за другой пуговицы и покрывал ее поцелуями... Дьявол! Джорджия смахнула слезы и застегнула последнюю пуговицу. Она похудела. Это было очевидно. Платье немного болталось, а было в обтяжку, но все равно смотрелось хорошо. Да и нет у нее больше ничего.

Она сбежала вниз, просунула голову в студию, сказала, что уходит, вернулась обратно, собрала все чертежи, которые сделала — вдруг подрядчик не привезет своих, и побежала к машине.

Опаздывает. Черт! Она неслась по дороге, затормозила, поворачивая и проезжая мост, и остановилась около сарая. Машины подрядчика не было видно, но мистер Ходжес, влезая в свою машину, помахал ей рукой.

Она подошла к входной двери, позвонила и услышала лай Мэрфи. Миссис Ходжес открыла дверь и критически оглядела ее.

— Вы похудели, — мягко заметила она. — Мэтт в саду, а собака закрыта на кухне. Я еду на рынок с мистером Ходжесом, вернемся поздно, поэтому, боюсь, вам придется самим позаботиться о себе. Идите, дорогая, вы ведь знаете дорогу.

И она вышла из парадной двери, закрыв ее за собой с легким стуком, а Джорджия осталась в холле.

Сердце у нее колотилось. Она пересекла холл и вышла в сад. Надо сказать Мэтту о своем решении сейчас, пока не приехал подрядчик. Может быть, он сразу же ее и отпустит, а договариваться с подрядчиком будет сам.

Его не было видно. Джорджия немного постояла, глядя на аккуратные маленькие кусты живой изгороди, пышные многолетние растения между ними и розы у стены, многие из которых уже отцвели. Розы старинных сортов цветут, как правило, лишь до конца июля, и она была рада, что успела увидеть их во всей красе.

Она прошла, прикасаясь пальцами к верхушкам гераней, к бордюру из роз посмотреть на те, что остались. Quatre Saisons, роза Четыре сезона, цветущая почти весь год, была вся усыпана бутонами. Джорджия наклонилась, взяла в ладони один из ярко-красных цветков и зарылась в него носом. Неповторимый аромат, казалось, пропитал ее.

Внезапно ей почудилось, что Мэтт где-то рядом, она обернулась и увидела его в дверях павильона.

— Привет, Джорджия, — поздоровался он.

На нем были не джинсы, а элегантные брюки, подчеркивавшие его замечательную фигуру.

— А где подрядчик? — спросила она.

— Он отменил встречу в последнюю минуту. Я пытался дозвониться тебе, но ты уже уехала.

Она молчала, не зная, как начать. Можно начать и с подрядчика.

— Наверное, даже хорошо, что его здесь нет, потому что я должна кое-что сказать тебе. — Она сделала глубокий вдох и выпалила: — Я больше не хочу готовиться к Челси.

— Прекрасно. — Он подошел вплотную к ней. — Мне наплевать на Челси. Я хочу поговорить с тобою. Подрядчик и не собирался приезжать, это был предлог, чтобы выманить тебя сюда.

Она моргнула, в недоумении глядя на Мэтта. Рот его был крепко сжат, а глаза потемнели.

— Я люблю тебя, — без вступления проговорил он, повергнув ее в еще большее изумление. — Я полюбил тебя еще тогда, когда увидел в поезде. Может, даже на той вечеринке у вас, когда Брайен кричал на тебя и я подумал, что ты расплачешься. В тот вечер мне хотелось убить его. К счастью, судьба лишила меня этой возможности и дала еще один шанс встретить тебя.

Он посмотрел на свои руки и засунул их в карманы брюк.

— Я делал все, чтобы показать тебе, что люблю тебя, но не хотел давить, а ты ясно дала понять на том пикнике, что не интересуешься мною. В дальнейшем ты изменила свою позицию, и мы какое-то время были вместе. Я решил, что теперь ты наверняка останешься. Но ты не захотела. Я просил тебя остаться, но ты все равно уехала...

— Ты не сказал, что любишь меня, — прошептала она.

— Я не смог, был уверен, что все неправильно делал, да и гордость мешала...

Он осекся, его глаза были полны слез.

— Мне пришлось отойти. Не было сил смотреть, как ты вот так уходишь из моей жизни.

— А я не понимала, что нужна тебе, — пролепетала она с полными слез глазами. — Думала, тебе нужны мои знания по дизайну для Челси. — Она смахнула слезу со щеки и моргнула. — А мне так хотелось быть частью всего этого, быть единым целым и с садом, и с тобой. Я развлекала твоихгостей, помогала тебес уикендом, занималась твоимсадом, а мне хотелось, чтобы все это было нашим.И любовь была бы нашей...

Она снова вытерла щеки, и он дал ей носовой платок. Она высморкалась, размазала тушь по всему лицу и ругнулась.

Мэтт взял у нее смятый платок и положил его в карман, потом поднял ее лицо к своему.

— Это правда, Джорджия? — хрипло спросил он. — Ради бога, не мучь меня. Скажи мне, это правда?

Она посмотрела на него: потухшие глаза, запавшие щеки, плотно сжатый рот.

— О, Мэтт, я люблю тебя, — произнесла она и была заключена в объятия.

— Слава богу, — прошептал он, жадно обнимая ее.

— Слава богу, — повторила за ним, едва не лишаясь чувств, Джорджия. Они пошли в павильон, и она, потрясенная, остановилась в дверях. На полу лежало одеяло, усыпанное лепестками роз, а все вокруг было покрыто цветами из сада.

— Жди здесь, — приказал он и, исчезнув, вернулся через мгновение с бутылкой шампанского и двумя бокалами.

— А это зачем? — спросила она.

— Чтобы отметить.

— Что отметить?

Он ошеломленно посмотрел на нее, потом поставил бутылку и покачал головой.

— Я не попросил тебя, неужели? Черт побери, я забыл самое важное!