В западне - Кунтс Стивен - Страница 53

– Порядок.

Боевики из машины прикрытия говорили мало. Обоим чуть больше двадцати, в модной дорогой одежде, они выглядели так, как и должны были, подумал Харрисон, как должны выглядеть парни, связанные с наркотиками, у которых денег больше, чем они могут потратить. Именно такого впечатления они и добивались. Они вращались в замкнутом мире наркобизнеса, у них полно баксов и возможностей уберечь свою задницу – вот их статус. Сегодня, как обычно, эти два молодца выглядели круто – все при них.

Маленькая сладкая штучка тоже была здесь, и Харрисон Рональд пофлиртовал с ней для приличия. Она ему ответила тем же, а Тули наблюдал за всем этим со скучающим видом.

– Она наркоманка, приятель, – сказал ему Тули, когда они шли по пустому нижнему этажу к выходу. Харрисон нес товар в обычной хозяйственной сумке коричневого цвета. – Она употребляет слишком много того дерьма, с которым здесь работает, Фримэн держит ее на крючке.

– Тули, она что, не спит с тобой?

– Сунь ей, Зэт, и у тебя сразу отвалится. Тебе нечем будет даже пописать, только старая щетина на лобке и останется.

Стоявший у двери охранник протянул Тули и двум парням из машины сопровождения автоматические «браунинги» калибра девять миллиметров. Харрисон видел, как Тули вынул магазин, проверил и вставил его на место. Он взвел курок, оттянул назад затвор, так что стало видно патрон, затем осторожно снял пистолет со взвода и положил его в карман пальто. Остальные проделали то же самое – свой ежевечерний ритуал.

Теперь охранник протянул Тули «узи». Тули, осмотрев магазин, убедился, что он полон, затем, передернув затвор, загнал патрон в патронник и поставил на предохранитель. После этого взял предложенный охранником пакет для овощей и сунул туда автомат. Проверив свои «узи», парни из сопровождения спрятали их под пальто и направились к машине. Охранник наблюдал за ними через грязное стекло. Удовлетворившись, он снова открыл дверь и махнул Тули и Рональду.

Тули уселся сзади, а Рональд проскользнул за руль и положил товар под соседнее сиденье.

На улице двое пацанов лет десяти играли в баскетбол. Кольцо висело прямо на фонарном столбе у самого края тротуара. Они расступились, пропуская Харрисона. Он поехал на север по направлению к авеню Род-Айленд. Автомобиль сопровождения – темный «понтиак транс-ам» – следовал за ними на расстоянии четырех машин.

Форд посмотрел в зеркало заднего вида. Тули, вынув «узи», разглядывал его предохранитель.

– Убери эту гребаную штуковину, пока никто не заметил.

– Ты рули себе, мать твою.

– Слушай, целься куда-нибудь в другую сторону.

Тули улыбнулся. Его улыбку трудно было назвать хорошей. Он держал автомат, нацелив его прямо в середину спины Форда.

– Я сказал тебе, рули, мать твою так.

На Род-Айленд горел красный. В ожидании зеленого Форд снова взглянул в зеркало. Тули по-прежнему сидел, уставившись в затылок Форду и направив автомат ему в спину, его ладонь сжимала спусковой механизм.

– Здесь поверни направо, – сказал он.

– Разве ты не слышал, что сказал Айк?

– Небольшое изменение в плане. – Он ткнул Харрисона стволом автомата в шею. Загорелся зеленый.

– Давай, поворачивай направо.

Форд, не снимая ног с педалей тормоза и сцепления, сидел и смотрел в зеркало, пытаясь понять, что у Тули на уме.

– Делай, что велено, Зэт, или я вышибу твои говенные мозги через переднее стекло. – И Тули снова ударил его, на этот раз гораздо сильнее.

Форд крутанул руль и повернул направо.

– Теперь что?

– Делай, как я скажу.

– Фримэн убьет тебя. Медленно.

– Ты, что ли, ему скажешь, парень? Ты?

– Он узнает. Он всегда все узнает.

– Твой язык – это твоя проблема. У меня есть для него лекарство. Дальше на Тринадцатой улице повернешь налево. – Тули обернулся посмотреть, не отстал ли «транс-ам». Тот шел следом.

Когда они повернули за угол, Тули снова обернулся. В этот момент Рональд напрягся, быстро приподнялся и повернулся направо. Резко, ребром ладони он ударил Тули по горлу.

Громила всхлипнул и как бы подавился. Хватаясь руками за горло, он выронил «узи», и тот упал на пол. Харрисон медленно затормозил и мягко остановил «крайслер». Затем обернулся и еще раз уже со всей силы рубанул Тули ребром ладони по шее. Шейные позвонки хрустнули.

С треском пробив переднее и заднее стекла машины, пуля оставила два аккуратных отверстия с паутиной трещин вокруг них.

Харрисон Рональд одним движением вжал педали сцепления и газа в пол.

Мощный двигатель взревел, шины взвизгнули, так что задние колеса задымились, и Форд едва удержал в руках руль.

Резко затормозив, он свернул за первый же угол и тут же, еще не завершив поворот, снова нажал на газ.

Машина послушно отреагировала с такой мощью, что Форд чуть было не свернул себе шею.

«Транс-ам» не отставал. Раздалось еще несколько выстрелов. Другая пуля ударила в стекло. На заднем сиденье Тули хватал ртом воздух, пытаясь отдышаться, жилы на шее у него вздулись, как веревки, ноги судорожно дергались.

Форд снова повернул направо, а затем резко влево и пронесся по встречной полосе, все прибавляя скорость, стремясь добраться до северо-восточной оконечности Род-Айленд-авеню.

Запахло жареным. Двое из машины сопровождения должны были убить его. Если они этого не сделают, Фримэн Мак-Нэлли убьет их, это так же точно, как то, что завтра взойдет солнце.

Пятьдесят, шестьдесят, семьдесят… он все давил на газ, объезжая попутные автомобили. Движок тянул, и шины держали хорошо. Но «Понтиак» шел сзади, неуклонно приближаясь.

Что делать? Думай. Вильнул влево, уходя от «фольксвагена», прямо на красный свет, неистово сигналя. Восемьдесят… Он сбросил газ, не решаясь ехать быстрее.

Копы, где же эти проклятые дорожные копы со своими радарами и квитанционными книжками?

На авеню Южная Дакота он успел проскочить на зеленый. Аминь. В последний момент он ударил по тормозам и свернул направо за угол, машина встала на два колеса.

Снова на газ. Объехать грузовик, теперь притормозить, там какой-то седан, немного подождать, снова чисто, теперь на правую полосу и опять прибавить обороты.

Они по-прежнему преследовали его. Вспышка справа. Очередная пуля пробила стекло, и он почувствовал, как еще несколько впились в корпус автомобиля.

На скорости около девяноста он мчался по разделительной линии, приближаясь к Блейденсберг-Роуд. Снова зеленый. Аллилуйя! Притормозив, он сбросил скорость до пятидесяти и через всю улицу стремительно повернул направо, направляясь к юго-западной оконечности Блейденсберга.

Теперь он ехал по центру города в сторону Капитолия, до него оставалось еще мили четыре. Там должно быть полно полицейских и туристов. Именно сейчас Харрисону больше всего в жизни хотелось увидеть полицейские мигалки.

Крутя руль, тормозя и объезжая попадающиеся по пути автомобили, он понял, что ему не уйти от преследования. Несмотря на возможности его автомобиля, головорезы в «транс-аме» имели большое преимущество. Харрисон прилагал все силы, чтобы не сбить пешеходов или мотоциклистов, а тем было до лампочки. Решив отколоться от Мак-Нэлли, они поставили на кон свои жизни. Если какая-нибудь старуха попытается перебежать дорогу – это ее дурное счастье.

Харрисон нажал на клаксон. Он вдавил акселератор в пол и со скоростью семьдесят пять миль в час проскочил перекресток Нью-Йорк-авеню на желтый свет. Фары «транс-ама» светили позади ярдах в пятидесяти. В зеркало он увидел, как на перекрестке какой-то автомобиль с пожилой парой выкатился прямо перед «транс-амом» и слегка не вписался. Левая половина переднего бампера «транс-ама» отвалилась, а человек за рулем той машины отчаянно пытался удержать ее на дороге. Темный «транс-ам» продолжал двигаться вперед.

Непрерывно сигналя и газуя, Харрисон несся прямо по разделительной полосе. Левой ногой он все время переключал свет с ближнего на дальний.

Ему не везло. Никак не везло. Снова желтый. Пока доедет, загорится красный.