В западне - Кунтс Стивен - Страница 42

– Кто еще?

– Парень, который выложил деньги. Он знает.

– И все, кто на него работает?

– Не беспокойтесь. Только он и я, никто больше. И поверьте, я не собираюсь говорить, кто он. И еще одно – после того, как вы получите свой хлеб, меня вы больше не увидите. Если вам будет причитаться больше денег по этому делу, вам их доставит кто-нибудь другой.

– Я не хочу видеть вас снова.

– Вам также не мешает знать, что Тассоун – не настоящее мое имя.

Что-то наподобие усмешки скользнуло по губам Чарона. Он смотрел, как его собеседник пил кофе.

Чарон передал через стол полоску желтой бумаги.

– Пригодится, чтобы заполучить грузовик обратно. На следующей неделе в среду. В гараже в Филадельфии. – Он назвал Тассоуну адрес.

– Деньги? Когда и где.

– У меня дома в Нью-Мексико. Ровно через неделю. Вы один.

– Я понял, – вздохнул Тассоун. – Вы действительно думаете, что сможете это сделать?

– Да.

– Когда? Мой человек хочет знать.

– Когда я буду готов. Не раньше. – Тассоун было заговорил, но Чарон продолжил: – Ему не придется долго ждать.

На грузовике были пенсильванские номера. Чарон вырулил со стоянки и поехал на восток, следуя указателям дороги И-70. Грузовик оказался совсем новым – на спидометре значилось всего 326 миль – с полной заправкой. Чарон надел свои водительские перчатки. Проехав двадцать пять миль от Бризвуда, он пересек границу штата Мэриленд.

Где можно было, он держался скорости пятьдесят пять миль в час. На подъеме в гору восточнее Хейгерстауна максимум, на что он оказался способен, – это тридцать пять, даже в левом ряду. Миновав перевал, он переключился на третью передачу, чтобы не пожечь тормоза.

Во Фредерике он свернул на И-270 и поехал по направлению к Вашингтону. Машин было мало, на правой полосе он находился практически один.

Гараж, который ему был нужен, располагался в северо-восточной части Вашингтона. Неприятность произошла, когда Чарон, сдавая грузовик задом в узкий проход между домами, задел угол одного из них. Он осмотрел повреждение – слава Богу, ерунда, мелочь, – и попробовал снова. На этот раз ему удалось подогнать грузовик прямо к воротам гаража-хранилища, арендованного им на прошлой неделе.

Второй ключ, который болтался на кольце, подошел к задней двери фургона. Чарон аккуратно, но быстро разгрузил машину. Только после того, как ворота гаража опустились, он остановился и осмотрел груз.

Четыре пистолета, винтовки, боеприпасы, лекарства, еда, вода в бутылках, одежда и те самые зеленые ящики с надписью «Армия США». Чарон открыл каждый ящик и проверил содержимое. Затем он проверил остальное, ничего не упустив.

Спустя тридцать минут он сел за руль и, осторожно маневрируя, выехал из прохода между двумя складскими помещениями.

Пока все шло отлично, решил он. Все на месте, как и должно быть. Трудность состояла в том, чтобы сделать все вовремя и в необходимой последовательности. Пока проблем не было. Теперь нужно доставить этот грузовик в Филадельфию и забрать там свою машину.

Генри Чарон улыбнулся и, выехав на дорогу И-95, взял курс на север. Охота обещала быть удачной.

Глава 11

Джек Йоук угрюмо нажимал на клавиши своего компьютера, когда вошел Отт Мергенталер и уселся рядом на краю стола, вертя в руках лист бумаги.

– Я прочел твою статью, – сказал Отт, – про убийство Джейн Уилкинс в квартале Джефферсон.

– Угу.

– Неплохо, совсем неплохо.

– Они не собираются ее публиковать. Хотят оставить до воскресенья, когда потребуется чем-нибудь заполнить свободные места. Если вообще напечатают.

– Все равно хорошая статья.

– Разве ты не знаешь, что слишком много статей про убийства только вредят газете? Матроны из Бетезды не хотят читать такую ерунду. Все полосы отданы материалам из Белого дома и политическим репортажам. Что может быть важнее тщательно обкатанного мнения сенатора Хорсбута о том, что должны сделать Советы, чтобы заслужить американскую помощь?

– Над чем сейчас работаешь?

– А, пытаюсь найти кого-нибудь в полиции или в ДЕА, а может в ФБР или Федеральном управлении кредитных учреждений, чтобы рассказать им, что между убийством Харрингтона – он был кассиром в банке «Секонд Потомак» – и убийством Джадсона Линкольна существует связь. Линкольн имел сеть сберегательно-кредитных касс в столичном районе. Теперь их продали какой-то конторе, о которой никто никогда не слышал.

– Почему ты думаешь, что между убийствами существует связь?

– Их убили с разницей в четыре часа, и убили явно профессионалы. Оба из финансовой сферы. Харрингтон, по крайней мере, отмывал для кого-то деньги. Может, и совпадение, но у меня предчувствие.

– А что полиция?

– Ничего. Абсолютно ничего. Только слушают и мычат в ответ свое «без комментариев».

– Что еще новенького?

– Земля по-прежнему крутится.

– О, это новость для первой страницы.

– Нашей газетенке нужны настоящие репортеры, не такие, как я, ведь у меня все кровь да испражнения, а им нужен проныра, такой, чтобы добыл стоящую сенсацию, например, кого сенатор Хорсбут трахает по вторникам, и чтобы мнение его доктора по этому поводу – как он справляется. И в придачу список имен с перечнем главных жизненных вех самых известных в Америке шлюх. Почему мы кропаем статейки о проблемах в сточных канавах, когда можно просто поковыряться в заднице у богатых и известных и на этом увеличить тираж?

– Полегче. И перестань жалеть себя.

– Я распустил нюни, я знаю. – Йоук выпрямился и улыбнулся. – Но жалость к себе облегчает истерзанную душу, Отт. Тебе следует как-нибудь попробовать самому.

– Я отказался от этого еще тогда, когда бросил курить.

– С какой ветряной мельницей ты воюешь сегодня?

– Я не разделяю твои позиции по отношению к моим статьям, Санчо. Плоды моих литературных трудов – такие терпкие и сочные – на самом деле представляют собой живое сердце той самой газеты, которую ты так несправедливо называешь газетенкой, той газеты, которая, кстати, платит тебе незаслуженно щедрую зарплату.

Отт слез со стола, бросил на колени Йоуку листок, который держал в руке, и ушел. Йоук развернул лист – на нем в три колонки была напечатана статья Мергенталера для завтрашнего выпуска.

В статье цитировались слова представителя Министерства юстиции, имя которого не называлось, о слабости доказательств, выдвинутых против Чано Альданы. Есть вероятность того, что он будет оправдан. Отт мягко и со знанием дела в свойственной ему манере выговаривал прокуратуре и Министерству юстиции за то, что они вынудили Большое жюри выдвинуть такое слабое обвинение, основанное больше на слухах, чем на доказательствах.

Досталось и администрации, горы свернувшей, чтобы добиться от Колумбии выдачи человека, которого, возможно, не удастся осудить.

Йоук сложил листок и бросил его на одну из своих папок.

Статья Мергенталера, вышедшая в «Пост» на следующее утро, должна была вызвать в офисе Уильяма С. Дорфмана взрыв мощностью в пару килотонн, но, на удивление, никто из персонала Белого дома так и не увидел ее в то утро. Ни у кого из них до полудня не нашлось времени на чтение газет, так как в семь часов утра грянул гром из Гаваны: разразилась еще одна кубинская революция.

Накануне вечером войска открыли огонь по демонстрантам – более сорока тысяч человек вышли выразить свой протест против решения правительства о введении карточек на продукты питания. По некоторым сообщениям, более сотни человек было убито и несколько сотен ранено – количество пострадавших менялось от сообщения к сообщению. Этим утром половина армейских подразделений вступила в бой с войсками, верными Кастро. Группа студентов захватила радиостанцию Гаваны и провозгласила демократию.

В «Вашингтон пост», чьи источники информации оказались лучше, чем в Белом доме или Госдепартаменте, узнали о революции в шесть тридцать утра – спустя всего лишь час, после того как студенты ворвались на радиостанцию, скандируя «Коммунизм мертв!»