Теневые игры - Чайкова Ксения - Страница 68

Громкость голоса мне явно стоило бы поумерить – кони, уже встревоженные графскими воплями, испугались истерического взвизга и, чувствуя под ногами хорошую наезженную дорогу, понеслись навскопыт галопом. Я по инерции отклонилась назад, едва не сбросив с плеч трепыхнувшую крыльями Тьму, потом выправилась и сжала каблуками бока своей кобылки. Рослый гнедой жеребец Торина вырвался вперед, и мне хотелось догнать его прежде, чем нравная коняга сбросит своего незадачливого седока в придорожные кусты. Сзади, подстегивая свою лошадь, явственно ругнулся Вэррэн.

– Ох, Торин, ни часа без приключений на ровном месте! – с чувством констатировала я, свесившись с седла, сграбастав поводья, за которые судорожно цеплялся аристократеныш, и таким образом сумев задержать и его, и свою лошадь.- Может, тебя магам для опытов сдать? Вдруг они какие-нибудь амулеты или микстуру от невезучести изобретут…

Нагнавший нас Вэррэн ехидно хмыкнул. С лошадью он управлялся просто великолепно, будто растил ее с жеребячьего возраста и кормил с рук.

– А ты чего фыркаешь? Навязался на наши шеи, телепень хвостатый! – мигом нашел другого виноватого графенок, ибо слишком уж многозначительно и демонстративно я поглаживала кончиками пальцев свой поясной ремень. Помня, какие очаровательные и опасные вещички могут скрываться в моей одежде, Торин сглотнул, отвел глаза и перенес свое сиятельное негодование на иной объект: – Все из-за тебя! И скандал из-за тебя! И драка! И бегство! А теперь меня еще из дома родного выгнали!

Вэррэн недобро дернул хвостом и сощурился гак, что мне тут же стало ясно: бестолковый Лорранский, вздумавший оскорблять альма из правящего рода, доживает свои последние минуты в мире подлунном.

– Дэтшитш! – примиряюще, но несколько торопливо, дабы не допустить дело до склоки и драки, вздохнула я. Теперь мы все одной веревкой повязаны. Много ли проку, если поцапаемся?

Языкам Торин обучен не был. Во всяком случае, вытаращился он на меня так, будто я ком огня выплюнула. В очередной раз напомнив себе, что с моим подопечным желательно разговаривать попроще, без использования сложных слов, идиом и межрасовых выражений, я рассеянно повела рукой, потом попросту отмахнулась от покрасневшего от любопытства графеныша и уставилась на обочину.

– А куда мы едем? – примерно через полминуты деловито поинтересовался Тории, тоже попытавшийся созерцать дорогу, но не нашедший в растущих в канаве лопухах ничего, заслуживавшего его сиятельного внимания.

Вопрос был очень интересным и актуальным. Вот умеет Лорранский-младший в смущение и растерянность повергнуть, причем делает это легко, небрежно и словно бы невзначай. Редкий ему талант богами даден, незаурядный, выдающийся. Как бы не побили Торина однажды за него.

– Сначала в Каленару,- спокойно отозвалась я, не увидев, а скорее почувствовав, как вопросительно дернулся Вэррэн.- Вернее, я в Каленару.

– А я? – мигом почуяв недоброе, зашевелился не чуждый эмпатии аристократенок.- И… он?

– Вы останетесь в каком-нибудь трактире недалеко отч столицы. А его зовут Вэррэн. Вэррэн, это Торин. Надеюсь, процедуру знакомства можно считать законченной?

– Я не хочу! – мгновенно ощетинился мой подопечный, приосаниваясь в седле. Я заметила, что на рыси он уже держался вполне уверенно, и мысленно похвалила себя. Моя школа, сразу видно! – Я боюсь! А вдруг он меня убьет?

– Делать мне нечего,- хмыкнул доселе молчавший альм. Узкие губы тронула едва заметная издевательская усмешка. – Хотя… Ради сохранения спокойствия и тишины…

Глаза у графенка стали как плошки. Еще чуть-чуть – и завоет.

– Дэтшитш,- вновь поторопилась пригасить свару я. Похоже, незнакомое слово Торина завораживало и успокаивало, и не воспользоваться этим было бы просто грехом,- Не бойся, ты же маг. Как шарахнешь агрессора каким-нибудь заклинанием – мало не покажется!

– Ну да, маг,- мигом скуксился мой подопечный,- Чего я умею-то…

– Усыплять! – от всего сердца посетовала я. Уж очень ловко мой милый клиент навострился отрабатывать сие нехитрое магическое воздействие на своей хране, как бы до беды это нас всех не довело.

– Зачем тебе нужно в Каленару? – тихо поинтересовался Вэррэн. Тьма деловито затопталась на моем плече, шумно втягивая воздух черными кожистыми ноздрями, махнула хвостом и спокойно сложила крылья, явно приняв альма за своего. И на том спасибо, а то она у меня нравная, не приведи боги, бросится.

– Дом закрыть нужно. Еще некоторые вещи забрать. Да и увидеться кое с кем не помешало бы,- равнодушно отозвалась я.

Вэррэн удивленно повел на меня жемчужно-белыми глазами. Но промолчал.

– Ну прости, милая. Прости, пожалуйста. Работа у нас такая скотская. Не сердись. А смотри, что у меня есть!

Я с заискивающей улыбкой выудила из сумки завернутое в чистую тряпицу сырое говяжье сердце. Тьма презрительно дернула носом и повернулась к подношению хвостом, не удостоив меня даже обрывка мыслеобраза.

– А вот еще! Ну понюхай хотя бы!

Вообще-то вонато хищники. Но со мной Тьма уже давным-давно отошла от положенного ее породе образа жизни и привыкла, не привередничая, есть все, что дают. И вкусовые пристрастия у нее сформировались довольно необычные для демона-вонато. Будь она воспитана в родном гнезде среди скал другими демонами, ей и в голову бы не пришло пробовать кофе или шоколад. Равно как и жевать овощи, хлеб или кашу. А вот со мной чем только ей питаться не довелось! Зато я точно знала, чем можно задобрить мою вонато в случае чего. И теперь заботливо подсовывала ей излюбленные лакомства.

Однако Тьма не желала смотреть ни на говяжье сердце, ни на арбуз, ни на кулек с безумно дорогим шоколадом. Она злилась. Понимаю. Опять в одиночку остаться в няньках Торина – мало кому понравится.

В маленькой гостиничке за городскими стенами Каленары было душно и чадно. Но по крайней мере тепло. Мой подопечный пребывал в самом мрачном расположении духа, но хотя бы не грозился простудиться или отморозить себе что-нибудь жизненно важное. Кроме того, здесь не было ни высоких крылец, ни крутых лестниц, ни агрессивно настроенных постояльцев, ни открытых ходов в подпол, ни злобных цепных кобелей или ручных демонов – в общем, ничего, куда или откуда Торин мог бы свалиться, чтобы свернуть шею или подраться и быть искусанным. Несмотря на все заверения хозяина в полной безопасности сего заведения, своего подопечного я оставляла в нем скрепя сердце – слишком уж хорошо мне была известна трогательная привычка Торина влипать во все встречающиеся на жизненном пути неприятности. Определенные опасения, конечно, внушал и Вэррэн. Будь моя воля – потащила бы я его с собой, чтоб на глазах был. Но, кажется, только до этой маленькой гостиницы еще не дошла потрясающая новость о дерзком побеге злокозненного альма из удобной и комфортабельной тюремной камеры, куда его имело любезность заточить наше многоуважаемое правосудие. Учитывая двухразовое питание и казенную одежду, остается только удивляться, как мог подлый нечеловек пренебречь этими благами цивилизации и удариться в позорное бегство.