Мика и Альфред - Кунин Владимир Владимирович - Страница 86

Пятеро человек вопросительно смотрели на растроганного старика — два представителя фирмы «Аргонавт» и двое из «Санфлауэра». А еще на Мику смотрел двадцатилетний мальчик-переводчик, который еще десять лет тому назад понятия не имел о том, что он — грек…

Только этот мальчик и Альфред видели слезы на глазах старика Полякова. Остальные деловито ждали его решения.

— Ну как? — наконец решился спросить агент «Аргонавта».

Мика посмотрел на него, не скрывая слез, хрипло и счастливо рассмеялся и сказал:

— Заверните!

В Мюнхен прилетели владельцами острова.

Взамен безликого канцелярского номера остров был зарегистрирован под названием «Микин остров».

Так назвать остров предложил молоденький греко-грузинский паренек-переводчик. Эта идея страшно смутила самого Мику и привела в восторг всех остальных. И Мика сдался…

Теперь во всех документах владельцами острова числились два человека: «Поляков Михаил Сергеевич и Поляков Альфред Михайлович».

При оформлении документов Мика объяснил, что Поляков Альфред — вот такое забавное имечко у русского человека!.. — является его ближайшим родственником, можно даже сказать, приемным сыном, который должен будет вот-вот появиться…

Он вдвое моложе маэстро Полякова-старшего и, естественно, обязан унаследовать все, если что-нибудь, не дай Бог, произойдет с самим маэстро. А пока все в порядке, Поляков-старший сможет навалить на него весь комплекс административных обязанностей, которые самому маэстро по причине его почтенного возраста уже не под силу.

«Санфлауэр» пообещал сдать, как говорят теперь в России, «под ключ» тридцать домиков с кондиционерами, бассейнами, ваннами, спальнями, гостиными, кабинетами, комнатами для гостей, факсами, телевизорами и телефонами ровно через четыре месяца!

В эти же сроки «Санфлауэр дель вебб коммюнити» обязан будет сотворить морской причал для большого катера с глубокой осадкой; взлетно-посадочную полосу для легкомоторных самолетов; ангар с авиаремонтной мастерской; водоопреснительный блок; небольшую электростанцию на жидком топливе; и конечно же, отдельный медицинский комплекс, оборудованный по самому последнему слову немецко-американской техники!

Для обслуживающего персонала был заказан один низкий и широкий большой дом с удобными квартирками и громадным бассейном.

Ко всему персоналу предъявлялось всего два требования:

1. Чтобы как можно точнее и деликатнее проникать в суть проблем, могущих возникнуть у пожилых русских людей, которые будут жить на этом «острове спасения» до конца своих дней, вся обслуга должна состоять из греческих эмигрантов, когда-то нахлебавшихся советской власти и покинувших Россию.

2. Для максимального удобства повседневного общения весь обслуживающий персонал обязан в равной степени владеть русским и греческим языками. Обладатели технических профессий, которым по долгу службы придется сталкиваться с «внешним миром», должны владеть английским и желательно немецким.

Грузинско-греческому мальчику-переводчику, которого, оказывается, звали просто Гурам Жвания, Мика предложил возглавить маленькую администрацию острова. И пока идет строительство, начать подбирать необходимые кадры.

Конечно, все это были неучтенные затраты…

От этого уже зарегистрированный в греческой банковской системе Фонд обеспечения русских стариков — представителей науки, культуры и искусства был сильно подорван. Ибо технические службы острова потребовали очень серьезных денежных вложений!

— Это я во всем виноват… — каялся Альфред. — Как я не просчитал все эти опреснители, электростанции?!

— Успокойся, малыш, — говорил ему Мика. — Можно подумать, что мы всю жизнь только и делали, что покупали острова в Эгейском море и на собственные бабки организовывали фонды спасения обнищавшего русского старичья!

— И все-таки, и все-таки, и все-таки!.. Я обязан был это предвидеть!.. — отчаянно восклицал Альфред.

— Ну учел бы ты это, что изменилось бы? Денег же не стало бы больше, правильно? Что ты дергаешься?! Возьми ты себя в руки! Сейчас в России идет такая предвыборная заруба, такая свалка за власть и баксы, что ручаюсь тебе — вернемся в Мюнхен, и ты обнаружишь минимум три-четыре «заказа» по высшему разряду!.. А до переезда на остров у нас впереди еще четыре месяца — неужто мы с тобой за это время не заработаем денежку для нашего фонда, миллиона три долларов?! Тут есть проблемка посерьезней…

— Какая? — настороженно спросил Альфред.

— Проблема отбора стариков. По сравнению с необходимостью наши возможности микроскопичны. Вот и задумаешься — кого приглашать на наш остров?…

Мюнхен встретил Мику и Альфреда вылизанной квартирой, перестиранным постельным бельем, отглаженными рубашками и щедро и красиво накрытым столом.

Газеты были аккуратно сложены на рабочем столе Альфреда у компьютера в его комнате, а остальная почта — письма, счета от «Телекома», различные приглашения, адресованные Мике, — лежала у него в комнате, на столике у большой кожаной тахты.

На наклонном столе, за которым Мика рисовал, его ждал пакет из американского издательства «Фелдган энд Гринспен» с несколькими экземплярами его нового альбома из цикла «Ироническая география» — «МИКА бродит по Нью-Йорку»…

Мика распечатал пакет, просмотрел прекрасно изданный альбом.

«Забавно, что каждое убийство, совершенное мной, в итоге сублимируется в некую творческую удачу!.. — подумал он. — Взамен исчезнувшего с лица земли очередного сановного подонка и беспредельщика на свет появляется веселенький альбомчик смешных зарисовок тех краев, где я помог этому типу закончить свое омерзительное существование… Это тоже из области закона компенсаторного замещения?»

Мика еще раз оглядел чисто прибранную комнату, увидел свежую пижаму в кресле и крикнул:

— Пусси! Я тебе очень благодарен за все, что ты сотворила с этой холостяцкой берлогой!

Из комнаты Альфреда послышались какая-то возня и шушуканье, и Альфред прокричал Мике в ответ:

— Пусси очень рада, что тебе все так понравилось!

— А сама она не может мне это сказать?

— Она-то сможет… — крикнул Альфред. — А вот ты еще пока не сумеешь ее услышать. Ситуация та же, что была у меня с твоими приятелями. Помнишь?

— А то!.. — сказал Мика. — Как она тебя восприняла без твоих вторичных народно-фольклорных половых признаков? В смысле — без бороды и усов?…

— Целует! — крикнул Альфред. — Говорит, что мы с тобой оба очень загорели, а я вырос…

— Пусть догоняет!

— Я ей предложил примерно то же самое.

— А когда она собирается ЯВИТЬСЯ мне? — крикнул Мика.

Он снова услышал какое-то шушуканье в комнате Альфреда, затем шаги, и в Микиной комнате появился Альфред:

— Пусси сказала, что ЯВИТСЯ тебе и станет для тебя видимой тогда, когда поймет, что она достаточно хорошо для этого выглядит.

— Вот это Женщина! — искренне восхитился Мика. Он хотел сказать что-то еще, но Альфред приложил палец к губам и осторожно притворил за собой дверь. Сказал так тихо, чтобы Пусси не могла услышать:

— Есть четыре «заказа». Великоват разброс: Лас-Вегас — там один наш русак строит что-то гигантское, прикарманив два миллиарда долларов, которые он откачал из одной очень крупной сибирско-азербайджанской нефтяной компании. «Нефтяники» спрашивают, когда можно производить предоплату?

— Дальше, — сказал Мика.

— Испания. Андалузия. Конкретно — Гранада. Туда сбежал председатель Совета министров одной нашей бывшей союзной республики. Накрыл на семьсот восемьдесят миллионов долларов своих партнеров и подельничков — председателя ихней думы и самого президента этой бездарной страны… Слезно просят «разобраться». «Естественная» кончина беглого предсовмина позволит им как партнерам по бизнесу войти во владение украденной суммой.

— Откуда еще?

— Москва и Тольятти…

— Нет. После нашего острова я даже подумать не могу о поездке в Россию в ближайшее время. При всей моей горькой нежности к этой израненной земле… Сколько лас-вегасский тип откачал из той сибирской компании жуликов?