Единственный выживший - Кунц Дин Рей - Страница 103

Впрочем, девочке он скорее всего не сможет причинить вреда. Она сумеет защититься при помощи своих собственных паранормальных способностей, поэтому мальчик скорее всего воспользуется Джо – и пистолетом в его руке, – чтобы изрешетить девочку пулями.

– Вот здорово! – сказал Луис Такер, у которого огонь спалил все волосы, у которого трещали и дымились уши, а лоб и щеки заблестели от выступившего сала. – Потеха! – сказал Пятьдесят восьмой голосом Лу Такера, явно наслаждаясь своим замечательным приключением, которое он переживал в чужом теле.

Живой факел продолжал загораживать единственный выход на террасу.

Джо отступил еще на шаг и подумал, что в момент величайшей опасности Нина, возможно, и сумеет снова послать себя в голубое безопасное ничто, как она сделала перед тем, как "Боинг" врезался в землю, и тогда выпущенные из пистолета пули пронзят место, где она только что была, не причинив ей никакого вреда, но он не мог быть в этом уверен. Возможно, девочка еще не совсем оправилась и не сможет повторить свой головокружительный подвиг, а если это все же ей удастся, то не исключено, что на этот раз усилие убьет ее.

– Где здесь черный ход? – крикнул Джо. – Беги туда, скорее!

Нина как будто только и ждала этой команды. Сорвавшись с места, она бросилась к двери, ведущей из гостиной в кухню.

Джо, пятясь, последовал за ней. При этом он продолжал держать пылающего человека на мушке, хотя и не собирался пускать оружие в ход.

Они могли надеяться только на то, что Пятьдесят восьмой, увлеченный своим жутким занятием, промедлит и даст им возможность выбраться на открытое место, где, согласно полученным от Розы Такер сведениям, он уже не сможет воспользоваться своими способностями к дальнозрению и управлению чужим мозгом. Но если он сумеет отказаться от потехи и бросить свою игрушку, которая когда-то была Луисом, то одного мгновения будет для него вполне достаточно, чтобы проникнуть в мозг Джо.

Отбросив в сторону бутановую зажигалку, горящее существо развело руки широко в стороны, любуясь тем, как языки пламени разбегаются по рукавам рубашки и спускаются все ниже по животу.

– Ух ты-ы! – сказало чудовище и затопало следом за беглецами.

Джо едва не упал, вспомнив ледяную иглу, которая только прикоснулась к его позвоночнику в доме Дельманов. Мысль о том, что он может снова почувствовать, как чужая энергия вторгается в его тело, страшила его гораздо больше, чем перспектива попасть в объятия горящих рук ковыляющего следом за ним огненного призрака.

Отступив в кухню, Джо машинально захлопнул за собой дверь, хотя и понимал, что никакая физическая преграда – ни каменная стена, ни даже толстая стальная дверь противорадиационного бункера – не сможет остановить Пятьдесят восьмого, если он оставит Луиса и превратится в бестелесное нечто.

Нина выскользнула наружу через заднюю дверь, и в кухню, скуля и завывая, словно стая голодных волков, ворвался пронзительный ветер.

Прыгая с крыльца в ночную темноту, Джо услышал, как упала в кухне сорванная с петель дверь.

Позади коттеджа оказался неширокий земляной дворик, лишь кое-где покрытый короткой жесткой травой. Ветер гнал по нему тучи сухих листьев, хвойных иголок и мелкого песка. Столик для пикников и несколько сосновых стульев с трудом выдерживали бешеный напор бури. Сразу за столиком начинался лес.

Нина уже бежала к деревьям, отчаянно работая своими маленькими ножками и громко шлепая подошвами теннисных туфель по утоптанной земле. Прорвавшись сквозь густые заросли высоких сорняков на краю двора, она почти сразу затерялась в темноте между елями и пихтами.

Джо боялся потерять девочку почти так же сильно, как боялся преследовавшего его Пятьдесят восьмого. Подняв руку на уровень лица, чтобы какая-нибудь ветка не хлестнула его по глазам, он со всей возможной скоростью ринулся за девочкой, на бегу выкрикивая ее имя. В темноте позади него раздавался голос Луиса Такера. Должно быть, огонь уже довольно сильно изуродовал его губы и язык, потому что речь чудовища можно было разобрать лишь с большим трудом, но Джо сразу узнал сначала ритм, а потом и слова детской считалочки, которую выкрикивал мальчик.

– Пора не пора, я иду со двора. Раз, два, три, четыре, пять – я иду искать; кто не спрятался – я не виноват!

Узкий просвет между несколькими елями пропустил в чащу поток холодных лунных лучей, и Джо разглядел в темноте развевавшиеся на ветру светлые волосы девочки, сиявшие отраженным светом, словно бледный огонь. ЦЦИ-21/21 была впереди и чуть правее его на расстоянии каких-нибудь шести или восьми ярдов, но Джо некстати споткнулся о лежащее на земле подгнившее бревно, поскользнулся на чем-то мягком и с огромным трудом удержал равновесие. Бешено размахивая руками, чтобы не упасть, он едва не запутался в высоких, по грудь, кустах. Не сразу до него дошло, что девочка отыскала удобную оленью тропу. Напрягая все силы, Джо рванулся в ту сторону.

Когда он нагнал Нину, ночной мрак вокруг них внезапно озарился трепещущим оранжевым светом. Огненные саламандры ловко карабкались по стволам пихт и елей, и ветер раздувал, рвал в клочья их горящие хвосты, которые цеплялись за пропитанные горючей смолой ветки.

Обернувшись, Джо увидел в тридцати футах позади себя бредовую, скособоченную фигуру Луиса Такера, который все еще держался на ногах, хотя огонь охватил его уже целиком. Он двигался какими-то странными, судорожными рывками, и в тех местах, куда ступала его нога, сухая хвоя лесной подстилки тут же воспламенялась, и шустрые язычки раздуваемого ветром пламени тут же бежали вперед, от одного пучка травы к другому, от куста к кусту, от дерева к дереву. Вот до него осталось двадцать футов. Пятнадцать. Было видно, что Луис едва жив. Отвратительный залах горелого мяса ударил в ноздри Джо, и тут же он услышал победный, торжествующий вопль мальчишки.

Пистолет дрожал и подпрыгивал в его руках, но Джо все равно выстрелил один, два, три, четыре, пять раз, и по крайней мере три пули поразили пылающее чудовище. Не издав ни звука, оно попятилось, потом опрокинулось навзничь и осталось лежать совершенно неподвижно. Огонь и свинец наконец-то прикончили его.

Луис Такер перестал быть человеком, перестал быть личностью. Он был уже наполовину обуглившимся трупом с необратимо разрушенным мозгом, над которым Пятьдесят восьмой потерял теперь власть и который уже не мог мучить.

Где Нина?

Джо обернулся и почувствовал уже знакомое прикосновение ледяной иглы к шейным позвонком, которая деликатно, но настойчиво искала место, куда бы вонзиться. Сначала она показалась ему не такой острой как тогда, когда чудовище едва не настигло его на пороге дома Дельманов, – возможно, потому, что здесь, на открытом месте, сила Пятьдесят восьмого не была такой сокрушительной, однако инструмент для психических инъекций пока еще не затупился настолько, чтобы быть непригодным к использованию. Игла все еще жалила, и холод тонкой струйкой пролился вдоль позвоночника.

Джо закричал.

И почувствовал на своей руке тонкие пальцы девочки.

Ледяная мгла разжала свои кривые когти и, словно призрачная летучая мышь, понеслась между деревьями прочь.

Покачнувшись, Джо приложил руку к затылку в полной уверенности, что найдет там рваную кровоточащую рану, но физически он не пострадал. Разум его тоже остался свободным.

Прикосновение Нины спасло его от психического рабства.

В следующее мгновение с вершины дерева с пронзительным визгом сорвался крупный ястреб-тетеревятник. Он спикировал прямо на девочку и, с налета ударив ее клювом, вцепился когтями ей в волосы, яростно хлопая широкими крыльями. Нина закричала и закрыла лицо руками, а Джо попытался ударить обезумевшую птицу кулаком. Ястреб тут же взмыл вверх и пропал среди ветвей, но Джо со всей очевидностью понимал, что это была не обычная птица и что не ветер и не огонь, жадно облизывавший дерево за деревом позади них, заставили ее повести себя столь странным, противоестественным образом.