100 великих украинцев - Коллектив авторов - Страница 195

В годы студенчества из-под пера Р. Глиэра выходит и первое произведение, принесшее ему признание как композитору — Струнный секстет с-moll. В этой композиции отчетливо проступили главные черты, присущие всему последующему творчеству Глиэра: сочетание лирической проникновенности, задушевности и эпического размаха (финал Секстета написан в «богатырских» традициях русских композиторов); в стилистике — удивительная преданность позднему романтизму с его широкими переливами мелодий, цельности звуковой и композиционной ткани произведения.

В 1900 г. Р. Глиэр оканчивает консерваторию с золотой медалью. Его дипломной работой была одноактная оратория «Земля и небо» на стихи Дж. Байрона.

Со студенческих лет композитор начал пробовать себя и на педагогическом поприще, а с 1901 г. он — преподаватель гармонии в Музыкальной школе сестер Гнесиных (ныне — Музыкально-педагогический институт имени Гнесиных). В 1904 г. он вступает в брак со своей ученицей Марией Робертовной Ренквист (шведкой по происхождению), от которой впоследствии имел пятерых детей.

Знаменательным событием в жизни музыканта стали и его занятия с юным Сережей Прокофьевым в имении Сонцовка в Украине (в 1902–1903 годах), где отец юного гения служил управляющим имения. Вероятно, Прокофьев был первым земляком Глиэра, ставшим знаменитым, которого он сознательно «вывел в люди». Впоследствии Глиэр будет считать это своим глубоко осознанным долгом.

После окончания консерватории начинается «золотое десятилетие» творческого взлета Глиэра-композитора. Одно за другим приходят известия об исполнении его произведений как на родине, так и за рубежом (включая США). Произведения композитора везде охотно издают («Юргенсон печатает все, что бы я ни написал»), они звучат на престижных «Беляевских пятницах» и «Рубинштейновских обедах». Глиэру присуждают целых три (!) Глинкинских премии — в 1903-м, 1912-м и 1914-м годах, присуждавшихся тогда за лучшие новые произведения русской музыки. А премьера его третьей симфонии «Илья Муромец», состоявшаяся в 1912 г. в Большом зале Московской консерватории, стала одной из музыкальных сенсаций того времени.

«Я страстно спешу, так как боюсь, что скоро начнется (кончится?) весна моей жизни, а я буду говорить в своей музыке вовсе не то, что делается в душе», — писал в то время Глиэр.

Не обрывались и связи с Киевом, где в 1903 г. решил «тряхнуть стариной» былой квартет во главе со специально приехавшим Глиэром. Невзирая на явное неудовольствие руководства киевского отделения РМО, за спиной которого которого был организован концерт, успех был немалый. О нем сохранился восторженный отзыв киевского музыкального критика В. Чечотта в одной из киевских газет. В июле 1909 г. родной город стал свидетелем рождения Глиэра как дирижера: на эстраде Городского сада под его руководством прозвучала его 1-я симфония. А в 1912 году, прибыв на гастроли в Одессу, Глиэр увидел в витринах магазинов… собственные портреты!..

В 1913 г. в Киеве открывается первая в Украине консерватория. И Глиэр с удовольствием принимает предложение стать ее профессором. Еще через год 40-летний мэтр русской музыки становится директором консерватории. За последующие шесть лет директорства Глиэр развернул свою организаторскую деятельность с такой завидной мощью, что даже сегодня, при нынешних технических и информационных возможностях диву даешься, как ему удалось столько успеть. К тому же время директорства Глиэра пришлось на эпоху, однажды справедливо названную «ломкой государственного хребта» — две войны, две революции, дьявольский калейдоскоп смены властей, всеобщие нищета и разбой. Стоило ему принять директорский пост, как было объявлено о вовлечении России в войну и всеобщей мобилизации мужского населения. Несмотря ни на что, учебный год начался вовремя. В августе 1915 г. получен приказ об эвакуации Киевской консерватории в Ростов-на-Дону. Несмотря на это, учебный процесс идет, «как часы». В 1918 г. — штурм Киева войсками генерала Муравьева, по разрушительным последствием сравнимый разве что со штурмом древнего Рима вандалами. «В наш дом каменный попало несколько снарядов, и три квартиры на 4-м и 3-м этажах все выворочены, причем одна женщина убита… В консерватории в семи классах окна совершенно выбиты, а в зал попал снаряд и совершенно разрушил стенку». Несмотря ни на что, консерватория продолжает работу…

Глиэр — прежде всего человек искусства и живущий во имя искусства. Он, как и многие интеллигенты его времени, убежден, что достаточно только дать обществу необходимый запас знаний и культуры, привить чувство красоты и добра, как оно непременно преобразится. Этой задаче он и подчинил свою деятельность.

По инициативе Глиэра в консерватории формируется Художественный совет, фактически управляющий ее научно-методической деятельностью. Разрабатывается собственная программа обучения, в основе своей опирающаяся на лучшие достижения петербургской и московской консерваторий. Вводятся новые дисциплины, в частности, создается оркестровый класс и класс камерного ансамбля. Расширяется класс сольного пения — Глиэр убежден, что специфика Украины прежде всего «певческая», следовательно, киевская консерватория призвана стать «фабрикой» оперных голосов. Открывается оперная студия, создается студенческий симфонический оркестр (возглавляемый самим Глиэром). Благодаря обаянию и энергии директора, профессорско-преподавательский состав консерватории пополняется музыкантами всероссийской и мировой известности — пианистами Г. Г. Нейгаузом и Ф. М. Блуменфельдом, скрипачем М. Г. Эрденко, виолончелистом С. М. Козолуповым, музыковедом Б. Л. Яворским. Кроме деятелей русской культуры, к преподаванию в консерватории привлечены и поляки — пианист Юзеф Турчиньски (уроженец Житомира) и скрипач Павел Коханьски. Глиэр вел также переговоры с получившим к тому времени широкую известность польским композитором Каролем Шимановским (уроженцем Украины), но, к немалому огорчению Глиэра, сотрудничать так и не пришлось.

В 1916 г. Глиэр учреждает в Киевской консерватории стипендию имени Скрябина для поддержки лучших студентов композиторского класса. С этой целью он объявляет общественный сбор пожертвований, дает благотворительный авторский концерт в Москве (с участием С. Кусевицкого и А. Неждановой).

Отдельно следует сказать и о киевских учениках Глиэра. Сам композитор нередко сетовал на то, что директорская и педагогическая деятельность оказались настолько изнурительными, что едва не приостановили деятельность творческую. Однако, с почти столетней временной дистанции, можно смело утверждать, что лучшими произведениями Глиэра этой поры являются не его музыка, а сама Киевская консерватория и его ученики по классу композиции — будущие классики украинской национальной музыки Лев Николаевич Ревуцкий и Борис Николаевич Лятошинский. «Безо всякого преувеличения можно сказать, что разносторонняя и неутомимая деятельность Глиэра в консерватории сыграла громадную роль в музыкальной жизни страны. Он завоевал огромный авторитет в Украине как композитор, дирижер, педагог и общественный деятель, как талантливый, чуткий музыкант, советами которого впоследствии пользовались многие», — напишет позже Б. Н. Лятошинский.

Впрочем, консерватория была не единственным полем деятельности Глиэра в Киеве. Его «вторым фронтом» была организация концертов по линии РМО, членом Дирекции которого он стал сразу после своего «повышения» в консерватории. Положение музыкальной жизни города к моменту приезда Глиэра не вызывало оптимизма. Осенью 1912 года музыкальный Киев потрясли две, последовавшие друг за другом, утраты — кончина Николая Витальевича Лысенко и популярного в Киеве дирижера Александра Николаевича Виноградского. Достойно принять их эстафету смог только Р. М. Глиэр. Сам композитор, невзирая ни на какие обстоятельства, регулярно принимал участие в ежевоскресных камерных утренниках в Большом зале Купеческого собрания (ныне Колонный зал имени Н. В. Лысенко). А среди гастролеров, выступивших в Киеве, благодаря авторитету Глиэра, такие имена, что дух захватывает, — композиторы С. Рахманинов, А. Глазунов, С. Прокофьев и А. Гречанинов, дирижеры С. Кусевицкий и Э. Купер, скрипачи Л. Ауэр и Я. Хейфец…