Нежное прикосновение - Крэн Бетина - Страница 39

— Ты такая красивая, — проговорил он, опуская взгляд.

— Прошу тебя, Беар…

Он вновь поднял голову и увидел в ее глазах тревогу.

— Не смотри, — прошептала она.

— Но здесь нет ничего такого…

— Пожалуйста… — Она приложила пальцы к его губам. — Не надо.

Он нахмурился, но кивнул и отпустил девушку. Она схватила его руку и опять направила ее к своей теплой упругой груди. Ресницы ее трепетали. Сомкнув пальцы на соске, он услышал и почувствовал, как у нее перехватило дыхание.

Ее пальцы точно так же исследовали его грудь, и он переживал такое же сильное, пьянящее блаженство. Больше ему ничего и не требовалось. Он нащупал завязки на ее ночной рубашке, и вскоре легкое облачко шелка окружило ее талию.

Она подняла его рубашку к плечам, а потом спустила ее по рукам, копируя его действия и прикосновения. Они обнялись — торс к торсу, — прижав чувствительные соски к чувствительной груди… Беар нагнул голову и скользнул губами по ее губам.

Эти легчайшие поцелуи разожгли пламя в глубине естества девушки. Ее глаза потемнели от страсти. Беар продолжал дразнить ее губы, наслаждаясь предвкушением. Его руки скользнули по ее бедрам к талии, следуя плавным изгибам тела. Ее руки скользнули по его спине и ниже.

Беар ощупывал руками каждый дюйм ее кожи и постигал безупречные формы и прохладную кожу. В одних местах она была чистым шелком, в других — густыми сливками. Он вдыхал аромат ее волос и тихо постанывал, чувствуя, как эти запахи дурманят, обволакивают.

Она обвила руками его шею и приникла поцелуем к его губам. Он прижал к себе ее прекрасное тело, дав волю долго обуздываемой страсти. Их закружило в чувственном вихре наслаждений. Они откинулись на диванные подушки. Беар приподнялся и усадил девушку на колени. Потом он поднял ее на руки и понес к кровати. Ее сорочка упала на пол. Вскоре туда же последовали его брюки, и он опустился на кровать, в ее жадные объятия.

Поцелуи Беара начали спускаться ниже. Она напомнила ему о своей просьбе, закрыв его глаза кончиками пальцев. Вся дрожа, она чувствовала его губы на своей груди. Он ласкал ее плоть медленными, легкими поглаживаниями языка. Казалось, что его поцелуи растворяют ее кожу, обнажая нервы. Она невольно застонала, ощутив вес его тела на своих бедрах.

Глядя только в глаза Даймонд, Беар склонился к ней и толкнулся своей мужской плотью в ее чувствительное лоно. Сердце ее остановилось, а плоть отдалась Беару. Боль быстро прошла, растаяв в восхитительном пожаре и чувстве наполненности. Даймонд и не подозревала о том, какой пустой она была раньше. Они лежали, слившись друг с другом, и она с восторгом сознавала себя и Беара единым целым.

Он начал ритмично двигаться, сначала медленно и осторожно. Когда она немного свыклась с его присутствием в себе, его толчки углубились и усилились… Она словно взмывала в какое-то бесконечное царство блаженства. Он тоже был там, вместе с ней, был частью ее самой. Спустя несколько мгновений он рухнул на девушку и, тяжело дыша, уткнулся носом в ее нежную грудь. Кожа его была влажной от пота, а лицо пылало.

Горячий туман у нее в голове начал постепенно рассеиваться. Она поняла, что между ними произошло «то самое». Акт совокупления, супружеская любовь. Она исполнила свой «долг». И это было так чудесно! Даймонд взглянула на Беара, увидела на его лице блаженство и уснула с улыбкой на устах, отдавшись во власть приятному изнеможению.

Проснувшись какое-то время спустя, она почувствовала рядом его тепло и открыла глаза. Беар лежал, опершись на локоть, и смотрел на нее. Этот исполненный нежности взгляд согрел ее всю, с головы до пят.

— Ох! — Она вскочила на постели и потянулась к простыне, чтобы прикрыться, но он удержал ее.

— Я уже видел все, что только можно увидеть, милая. Так сказать, произвел инвентаризацию. — Посмеиваясь, он преодолел сопротивление девушки и опять уложил ее в свои объятия. — И должен сказать, что мне крупно повезло.

Она покраснела до самых корней волос.

— Послушай, Макквайд…

— Беар. — Он усмехнулся над ее отчаянными попытка ми соблюсти приличия.

— Послушай, Беар, я не совсем привыкла…

— Лежать с мужчиной в чем мать родила после бурного акта любви? Надо думать. — В его глазах цвета меди вновь зажглись огоньки страсти. — Полагаю, ты еще меньше привыкла к тому, чтобы мужчина покусывал твое тело… — он продемонстрировал это на ее шее, пропустив мимо ушей потрясенный вздох девушки, — ласкал твою грудь, — он сделал и это, — и обхватывал тебя ногами.

— П-пожа-алуйста… — Она остановила его руку.

— Пожалуйста что? Продолжать? Остановиться? — В глазах его вспыхнули озорные искорки. — Это просто, милая. Если хочешь, чтобы я прекратил, скажи только одно слово.

— Какое?

— «Нет». — Он нагнулся к ней. — Ну же, скажи: «Не-е-ет».

Даймонд упрямо молчала и смотрела на него в упор.

— Я не умею отвечать на грубую силу.

— А на что ты умеешь отвечать? — Беар отпустил ее. — Ах да, вспомнил! — Он нагнул голову и принялся покусывать и дразнить языком ее сосок, заставив его затвердеть и подняться. — Просто скажи «нет».

— Какой же ты зверь! — проговорила она, гоня прочь смущенную улыбку.

— Голодный зверь, — усмехнулся он, — зверь, который знает только одно слово. Таких слов, как «не надо», «прекрати», я не знаю. — Беар снова прикусил ее сосок.

— Что ты… о-оу…

— Такие восхитительные изгибы!

Она смотрела, как вольно он обращается с ее обнаженным телом, и млела от удовольствия.

— Какие бедра! А ноги… длинные и прохладные. Точеные коленки, — бормотал он, целуя, щекоча девушку.

— О-о-о, Беар…

— Просто скажи «нет», — засмеялся он. — Сильные, гладкие икры. Тонкие лодыжки. Симпатичные маленькие ступни.

— У меня вовсе не маленькие ступни, — возразила она и покрутила пальцами ног, желая избавиться от его восторженных ласк. Каждый нерв ее тела трепетал от желания.

— Но ты еще не научилась говорить «нет». — Усмехнувшись, он откинул назад волосы Даймонд и принялся целовать ее лицо.

— Если ты действительно хочешь научить меня этому проклятому слову, тогда попробуй сделать то, что мне не понравится.

Беар перевернулся на спину, увлекая ее за собой, и Даймонд обнаружила, что лежит у него между ног и изучает его тело — точно так же, как до этого он изучал ее. Освоившись с длинными ногами, плоским животом и мускулистыми плечами, девушка села на него верхом, чтобы рассмотреть темные волосы, загорелую кожу и глаза цвета расплавленной меди.

— Люби меня, Беар, — прошептала она. Он опрокинул ее на спину.

— Хорошо, — прошептал он ей в волосы, — я уже это делаю.

В считанные секунды его мужская плоть скользнула в соблазнительный клинышек у нее между ног. Несколько ласковых поглаживаний — и он погрузился в девушку, которая охотно приняла его в себя.

И снова она почувствовала, как растут и ширятся ее ощущения и ожидания. В этот момент для нее не существовало никаких законов, преград и рамок. Они слились в едином порыве восторга… подчинились только своим желаниям… и понеслись все выше и выше на гребне страсти.

Даймонд опять очутилась у теперь уже знакомого, но еще не пройденного предела. Время остановилось, а мир расширился до бесконечности. Какое-то мгновение она парила, не помня себя от счастья, и наконец прорвалась через хрупкий чувственный барьер, закружилась в вихре блаженства.

На другой день утром Беар сидел на одеяле, опершись спиной о толстый ствол дерева, и любовался живописными рощами Грейсмонта. Воздух был еще напоен сладкими ароматами яблоневого цвета, а льняная скатерть у него в ногах ломилась от остатков обильного завтрака. Даймонд лежала рядом, теплая и счастливая в пестром солнечном свете, сочившемся сквозь ветки деревьев. Глядя на ее очаровательное нежное личико, он чувствовал, как грудь его наполняется знакомым томлением.

Это началось вчера вечером, когда он вошел в спальню и увидел ее на скамейке перед зеркалом. Она сидела с огромными растерянными глазами, сжимая у горла ворот своей ночной рубашки. А потом была пламенная ночь и прохладный рассвет… Беар с удовольствием наблюдал за тем, как она встает с постели, одевается и делит с ним милые житейские заботы. Он еще никогда не видел, как женщина причесывается, как она выбирает себе платье на день, натягивает чулки на стройные ножки. А еще он никогда не видел, как такая красивая женщина, как Даймонд, идет нагая по комнате ему навстречу… раскрыв жадные объятия и сияя от радости.