Держи меня крепче (СИ) - "Душка Sucre" - Страница 143

– Да, это мой любимый дядя, – мальчик удачно извернулся, сделав нажим на слове «любимый» (чтобы Шер оценил), и перекинул камеру своему другу Роллу, так как следующее обращение могло вызвать неконтролируемый приступ ярости у парня: – Шерри…

«Любимый дядя» побагровел, сжав сильнее хиленькое тельце племянника, а десантник глубоко задумался, переваривая полученную информацию.

Если изначально он точно знал кому вломит в бубен, то сейчас в его черепную коробку стали закрадываться сомнения. Напрягать мозг ему не понравилось, так что он решил испросить совета у своей родной кровинушки:

– Дочурка, вроде никого не убивают?

Девчонка продолжала жаться к ноге, но уже не всхлипывала, к тому же Сенька ей улыбнулся и подмигнул, отчего она зарделась и спрятала милое личико в папино бедро, легонько кивнув. Отец ответом дочери удовлетворился и, стянув с бритой головы берет, надел его девочке на голову, а парням протранслировал свой железный кулак с выбитым на костяшках пальцев именем «ВОВА» и на внешней стороне ладони – рассветным солнцем с надписью жизненного кредо всех его коллег: «ВДВ – СИЛА!« и пробасил:

– Так, чтоб больше не чудили, мелкота. А ты, Шерри, – он смерил парня оценивающим взглядом и решил, что он годен, – в армию дуй.

– Ага, – легко согласился Артем, уже давно имеющий военник с нужными записями, и решил немного съязвить: – с осенним призывом первым делом сажусь на поезд и дую служить.

Сарказма в словах «вроде неплохого парня», как он его мысленно нарек, серьезный ВДВшник, не привыкший шутить, не идентифицировал, так что, протянул к его плечу свою широкую длань, заставив сердце Шеридана ёкнуть от надвигающейся опасности, похлопал его, треснув со всей дури (Тёма еле на ногах удержался), и по доброте своей душевной посоветовал:

– Ты к нам, в десантники иди. Нам такие нужны.

Шер прикинул, что «да, конечно, нужны, надо же кого-то колотить дедушкам», но сам кивнул и даже руку к голове приложил, напрочь забыв о том, что бейсболка осталась в машине:

– Есть, товарищ майор!

Вокруг них, оказывается к тому моменту уже набежала малышняковая толпа, которая по примеру Артемки тоже начала прикладывать руки к головам, пародируя его и вообразив в этом приятном на внешность и, в общем-то, харизматичном парне, пришедшего в яркой одежде, героя своих мечтаний.

Но на эту клоунаду троица внимания не обращала.

Военнослужащий добродушно ухмыльнулся, отметив, что Шерри прекрасно разбирается в званиях, но посчитал своим долгом пристыдить его, указав на явный недочет:

– К пустой голове руку не прикладывают, – а затем еще и блеснул специфичным юмором: – Иначе драить тебе толчок за толчком все время службы, – и гаденько так обнажил клыки.

В толпе прошелся детский шепоток:

– А че такое «толчок»?

– Ну, это… Когда толкают.

– Куда толкают?

– Куда не знаю, но толкают все время…

– Ага, особенно, когда голова пустая.

– Это как?..

– Ну, ясно же – берут пустую голову и толкают вперед.

– Дуг-гачки вы, это когда с пустой головой в футбол играют, – сделала единственно верный вывод девчонка, слегка смахивающая на Пеппи-длинный-чулок, дочка известного футболиста страны, который оставив ее развлекаться, сам спасался от детских забав в кафетерии на третьем этаже.

Заверение девочки прозвучало авторитетно, даже немногочисленные родители прислушались, а одна из мамаш в возрасте (даже скорее бабуля, но отчаянно молодящаяся), будучи женщиной средневековых моральных устоев родом из СССР, услыхав разговор, раскраснелась, разъярилась и кинулась меж двух бугаев (один чуть крупнее, другой средних размеров, это если оценивать их габариты по среднестатистической шкале «шкафоподобности»), призывая к их совести:

– Мужчины! Да как вы смеете при детях выражаться?!

Бессовестные мужчины недоуменно переглянулись и синхронно пришли к выводу, что выражаться они еще даже не начинали.

– Бабуль, – не стал мелочиться на комплименты, а также на обыкновенное уважение десантник, без каких-либо намеков угадав ее возраст. А вот тётку накрыло – она чуть в обморок не грохнулась, но слабочувствительный к чужим настроениям мужчина продолжил: – Ты, давай, батон на нас не кроши.

Она только рот открывала, как рыба, выброшенная на берег. Уже давно подпирающие стену охранники давились от смеха. Сгруппировавшиеся в кучку папаши с раскрасневшимися рожами респектовали ВДВшнику, в то время как что-то в их кучке подозрительно булькало. Мамаши же какими-то неведомыми силами придя к единому решению стали затыкать своим деткам уши, но рук все равно не хватало, так что детям наказывали затыкать уши самостоятельно. Дети противились, убегали от мам, мамы бегали за ними и кричали на пап, папы со скоростью света прятали в глубокий внутренний карман одного из них бутылку с чуть мутноватой жидкостью домашнего производства и начинали преследовать жен, а отчаявшись нагнать их, обращались к ошалевшим охранникам, которые такой бедлам видели впервые. Они, в «сердечных приступах» привалились к стене и пытались собрать глаза в кучку. Получалось с трудом.

За довольно объемным по конструкции аттракционом «Космический андроид», который удивительнейшим образом пустовал, хотя обычно к нему чуть ли не километровая очередь выстраивалась, пряталась, отчаянно шифруясь, вся компания фанки-манов, тихо ухохатываясь над тем, как их закадычный друг «разбодяжил» ситуацию.

– Вот, блин, шпион… Все внимание на себя собрал, дурачье… – рецензировал партизанские способности друга Малик, который не взял с собой «на дело» Эльмиру, и теперь скучал по ней.

– Спалил контору, считай, – кивнул Илья.

– Деберлиоз, – сконструировал новое слово Владимир, начитавшись Булгакова. Он всегда по утрам рано вставал и читал, а потом весь день крутил в голове моменты из прочитанного, вспоминал героев, их имена и прочее. Например, сегодняшним дождливым утром его дерзко оторвали от любимой книги, на том самом моменте, когда беднягу Берлиоза трамвай разлучил с головой.

На поэтично-прозаичного друга Малик взглянул с презрением и покачал головой, как бы подчеркивая этим, что его дружище не от мира сего.

Ванильный с Джавой на своих не смотрели, они следили за Шером и компанией, а потом синхронно переглянулись и покачали в такт головами:

– Надо спасать!

– Реально… – отозвался Фотограф, – там же Королева Весны с Оливером, они сейчас войдут. А этот идиот палится. Где он свой мозг посеял? На каком кладбище?

– Думаю, если на кладбище, то уместнее было употребить слово «похоронил», нежели «посеял», – педантично поправил безграмотного братана, по своему обыкновению, Владимир.

– А еще можно сказать «похерил», дружище, – хлопнул его по плечу Джава aka Сергей.

– Нельзя.

– Можно.

– Нельзя!

Парни чуть не сорвались на крик, когда им закрыли рты более наделенные мозгами члены «Funk Jazzy Band»:

– Заткнитесь, идиоты. Вы ща сами не круче нашего лучника Шервудского леса.

– Ну-ну. Дебилы.

– Совсем крышу сорвало что ль? – стали наперебой читать им нравоучения ребята.

Владимир с Сергеем свои ошибки осознали и смутились. Вернее, смутился второй, а первый лишь сделал вид, так что как только их отпустили, он вновь набычился и холодно возвестил, глядя Джаве прямо в глаза:

– Мне претит твое общество.

– Чего? – не сразу въехал тот.

– Претит. Значит бесит. Не нравится. Ты меня раздражаешь своим интеллектом, пардон, его отсутствием, – услужливо объяснил Степлер.

– Бесит, значит? Не нравится меня видеть, значит? – слишком спокойно поинтересовался Сергей. – Ну, хорошо. Я избавлю тебя от своего губительного общества. – затем он почти вылез из-за баррикады и заорал достаточно громко, чтобы его услышал сам Владимир, но недостаточно, чтобы услышали те, кому он свой крик адресовал (ведь их перепалка, в общем-то, носила личный характер, это неким образом была обычная их игра для разряжения дурного настроения): – Охрана! Здесь террорист! Он выглядит крайне опасно!