Эмигрант с Анзоры - Завацкая Яна - Страница 102

– Считаю до трех! – крикнул я, – и взрываю. Раз!

– Не взрывай, – послышался голос из коридора. Какой-то бедолага вышел на лестничную площадку, автомат бросил на пол. Я потянулся за наручниками.

– Выходите остальные!

– Никого нет, один я, – сказал парень. Да, дружок, так я тебе и поверил… Ладно, что же делать. Я осторожно выглянул из-за угла, сказал «дай сюда руки», и замкнув силовые наручники, прицепил лервенца к перилам. Автомат я аннигилировал, не таскаться же с ним, но и оставлять врагу не стоит. Коридор, вроде бы, пуст. Очень удобные выступы перед каждой дверью. Я пробежал от выступа до выступа, переждал, полоснул лучом по пустому коридору. Еще пробежал. Заглянул в дверь – никого. Проверил таким же образом еще две двери. В следующей меня ожидал сюрприз – только я начал открывать дверь, хлестнула очередь, но я снова успел отскочить, и даже дверь не открыл толком. Просто запустил контактный аннигилятор, стоя сбоку, чтобы в меня не попали. Потом метнул в помещение спикулу. Снова сообщил засевшим в комнате, что дело их швах, и что пора сдаваться. Через минуту примерно ребята приняли решение и вышли, побросав свои стрелялки. Их было трое. Наручников не хватало. Я поправил наушник.

– Чен, как слышишь?

– Ланс, слышу хорошо.

– Как дела?

– Нормально, заканчиваем.

– Пришли мне наручники, пожалуйста.

– Есть.

Пока я держал троих пленных под прицелом. В коридор проскользнула бесшумная стелющаяся тень, в зубах Горм держал пару наручников. Я заковал всех троих и сопроводил к лестнице, где уже скучал их приятель. Горм побежал вниз, к хозяину. Теперь другая сторона коридора. Первая дверь была заперта. Я вынул универсальный ключ, держа ствол в направлении коридора, левой рукой расковырял замок. Выстрелов отсюда ожидать не приходилось, но на всякий случай я встал рядом с дверью к стене и крикнул.

– Выходите! Оружие на пол, руки за голову.

Не могли же запереть пустую комнату. Молчание. Потом, через некоторое время, слабый голос. На линкосе. НА ЛИНКОСЕ.

– Я не могу выйти, товарищ.

Я заглянул в комнату. Замер.

Обстановка здесь была вполне жилая, вроде камеры. Железные кровати, тумбочки. На одной из кроватей, прикованный цепочкой за ногу, сидел Леско Рин. «О Господи!» – прошептал я. Старик улыбнулся.

– Ара…

– Ара, – сказал я тихо. – Леско, вы помните меня?

Я подошел и пережег лучом цепочку. Цепкие серые глаза внимательно смотрели на меня, и в них постепенно стало проблескивать узнавание – и удивление.

– Ты… тот мальчик… Ландзо… Господи!

– Вы встать можете? Вы не ранены?

– Нет, все хорошо. – Леско встал, покачнулся, взялся рукой за спинку кровати. Видно, не так уж хорошо.

– А где Нилле? – спросил я.

– Нилле в безопасности, слава Богу. Меня ведь уже расстрелять хотели, Ландзо. Я думал, все… Какой ты стал! Ведь не узнать совсем.

– Пойдемте, – я поддержал его под руку, – здесь опасно… Я сейчас вызову машину, мы все равно пленных взяли.

– Да, да… – Леско слегка прихрамывал. Я отвел его на лестницу и посадил на ступеньку.

– Я проверю остальные комнаты.

– По-моему, там больше никого нет. Но проверь, конечно. Так ты теперь работаешь, значит?

– Я ско.

– Ландзо… вот ведь чудеса какие бывают. Теперь ты меня спас. Слушай, когда все закончится, нам надо с тобой встретиться, поговорить.

– Конечно… когда все закончится.

Я побежал проверять этаж и вызывать машину.

Ничего этого еще не случилось, и я сидел у костра, искры летели в небо, почти закрывая звезды. Я сидел, ощущая тепло Чена рядом – он потом погибнет на Анзоре, и жар костра, почти обжигающий лицо, но все же приятный…

С другой стороны от меня сидел Арнис Кендо, Ильгет сзади прислонилась к его плечу. Ильгет тоже не квиринка, она с Ярны, вроде бы. Ярна тоже была захвачена сагонами, и тоже неявно, как и Анзора – хотя несколько иначе. Сагоны, как правило, редко повторяют один и тот же сценарий. Теперь Ярна свободна, там сагонов нет – и квиринцев тоже, ни одного. Может, и были бы у Квирина завоевательные устремления, да слишком уж сил мало, захватить можно любую планету, любую территорию, а вот удерживать куда труднее. Да и противоречило бы это всему духу, создавшему этот удивительный мир…

Мир, в котором сагоны бессильны.

Рэйли пел негромко странную, красивую песню. Временами Ильгет и Мира подпевали ему, мы все уже знали эту песню наизусть.

Мы еще не знали, что услышим эту песню, выйдя в последний раз перед вылетом из «Синей вороны». В общем-то принято собираться всем экипажем – в данном случае, всем отрядом – перед дальней дорогой. Но в этот раз мы собрались прямо перед тем, как идти в космопорт. С вещами, благо их немного. Оружие погрузили на корабль заранее. «Синяя ворона» – ресторан демократический, никто не будет удивляться, если вы завалитесь туда в броневом бикре и с оружием. И даже если в таком виде будет целая компания. Так уж у нас получилось, просто накануне было совершенно некогда идти в ресторан. Все семьи были с нами, а со мной вместе пришел Валтэн. Мы ведь договорились провожать и встречать друг друга.

И через двести двадцать четыре дня, когда я пересеку карантинную зону, сдам оружие на проверку и вещи на таможню, выйду в зал ожидания – Валтэн будет ждать меня там. Он молча и крепко обнимет меня, мы заберем оружие и багаж и двинемся по кипарисовой аллее к городу.

И вот, когда мы вышли из «Синей вороны», притихшие, молчаливые – только дети трещали без умолку – небольшая группа у самого края Набережной, там, где набережная переходит уже в обычный берег, привлекла наше внимание. Двое пареньков играли на гитаре и флейте и пели ту самую странную мелодию.

До старта оставалось еще шесть часов. И мы двинулись пешком до космопорта – ну что же, четыре километра – это совсем не много. Мы шли по кипарисовой аллее и почти не разговаривали. Лишь вбирали в себя последние запахи, звуки, тени вечерней осенней Коринты… Смотрели на взлетающие в небо льдистые шпили Церкви Святого Квиринуса, слева от аллеи.

Но пока ничего этого не случилось. И мы сидели вокруг костра, огонь озарял лица, делая их совсем особенными, глубокими, глаза – горящими, делая всех – красивыми. И даже я, еще совсем не умеющий петь, тихонько подпевал Рэйли.