Скандальный брак - Максвелл Кэти - Страница 23

Оглядевшись по сторонам, он ответил:

— Что ж, тебе это удалось. Ты постаралась на славу.

У Ли так дрожали ноги, что ей пришлось сесть на стул. Она уже сотни раз размышляла над тем, что с ней случилось, но… почему эти воспоминания сейчас причиняют ей такую боль?

Потому что сейчас она особенно ясно поняла, чего она лишилась, когда сделала выбор между своими обязательствами перед семьей и любовью Девона.

— Я наделала много ошибок, о которых сейчас сожалею, — тихо сказала она, — но я никогда не пожалею о том, что родила сына. Я не считаю его своей ошибкой.

— Но что же случилось? Как он мог появиться на свет? Ты ведь не позволяла мне ничего. Мы с тобой только целовались, — сказал он. В его голосе больше не было злости. На смену ей пришло разочарование.

Ли глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь.

— После того как ты уехал из Лондона, я подумала: «Будь что будет, мне уже все равно». И все же я так и не смогла тебя забыть. Я очень скучала по тебе. Мои родители, конечно же, злились на меня. Джулиан постоянно принимал опий, потому что у него сильно болела рука. Он вообще очень изменился — стал каким-то другим человеком, что ли. Уильям все время пил, играл в карты и больше ни о чем не думал. Девон, я очень старалась делать все так, как они хотели. Я пыталась забыть тебя. Однако с каждым днем мне становилось все хуже и хуже. Я стала злой, эгоистичной, высокомерной. Господи, теперь мне кажется, что все это происходило сто лет тому назад. Я чувствую себя сейчас глубокой старухой. Тогда же ябыла просто до безумия наивной девочкой. Лорд Редгрейв очень заинтересовался мною, и я подумала, что должна себя вести так, чтобы он обязательно сделал мне предложение. Но мама решила, что он недостаточно богат.

Ли не смела взглянуть в глаза Девону, поэтому, рассказывая свою историю, она все время смотрела на огонь в очаге.

— Дрейкатт был кавалерийским офицером со светлыми волосами и роскошными усами. Словом, он был полной твоей противоположностью. А еще нам не нужно было прятаться. Мы могли встречаться на людях, могли танцевать на всех балах. Мама же давила на меня все сильнее и сильнее. Она уговорила меня вести себя с этим джентльменом как можно любезнее.

Ли замолчала и посмотрела на Девона.

— А знаешь ли ты, что ты был первым мужчиной, которого я поцеловала?

В ответ он молча пожал плечами.

— Что ж, все меняется, — сказала она. — Я собиралась назначить самую высокую цену, и нашлись те, кого заинтересовал, так сказать, предлагаемый товар. Когда в моей жизни появился Дэвид, у которого не было ни денег, ни связей (того, в чем так нуждались мои родители), я была глупой, своенравной девчонкой.

— Значит, вы стали… — он замолчал, но, сделав над собой усилие, все-таки закончил фразу, — любовниками.

— Нет, — ответила Ли. Она снова смотрела на огонь. — Это произошло после того, как семья лорда Тайболда сделала официальное предложение моим родителям. Лорд Тайболд — шотландский аристократ, живущий где-то на задворках географии. В свете ходили слухи о том, что у него не все в порядке с головой. Его богатые родственники хотели, чтобы он произвел на свет наследника, — сказала Ли. — О нем рассказывали просто леденящие душу истории.

Девон молча слушал ее, не подтверждая и не опровергая ее страхов и сомнений. Но теперь ей самой все ее прошлые переживания казались глупыми и ничтожными. Она была тогда юной и капризной, а за последние несколько месяцев значительно поумнела. Жизнь преподала ей суровый урок.

— Сестра лорда Тайболда прямо заявила о том, что его невеста должна быть девственницей, — продолжала Ли свой рассказ. — Она даже привела своего собственного врача для того, чтобы он осмотрел меня. Дело касалось прав на наследство, и поэтому она строго придерживалась протокола. Мне же все это казалось крайне унизительным. Разозлившись, я сказала маме, что не хочу выходить замуж за Тайболда. Я боялась, что мои дети тоже будут сумасшедшими, — сказала Ли и, наклонившись, поцеловала маленькую головку сына. — От мысли о том, что он будет трогать меня руками, меня просто в дрожь бросало.

— Однако твоя мать стояла на своем.

— Она смеялась над всеми моими страхами, — посмотрев на Девона, сказала Ли. — Я тогда подумала, что если лишусь девственности, то родители уже не смогут заставить меня выйти замуж за Тайболда. — Она печально вздохнула. — Мне очень хотелось, чтобы кто-нибудь любил меня, хотелось убедиться в том, что япоступила правильно, отвергнув тебя.

Помолчав немного, он сказал:

— И ты отдалась Дрейкатту.

— Да, — ответила Ли, отвернувшись от него. Ей было стыдно смотреть ему в глаза. Того, что было между ними, уже не вернешь, но все же в его присутствии она могла свободно говорить обо всех своих ошибках и прегрешениях.

— Я тогда и представить себе не могла, что… что забеременею. Я была не единственной любовницей Дрейкатта. Мне страстно хотелось, чтобы кто-нибудь любил меня, и я верила всему, что он мне говорил. По правде говоря, среди его любовниц были даже замужние женщины. Все закончилось тем, что какой-то разгневанный муж вызвал его на дуэль. Он был серьезно ранен и вскоре после этого умер.

— Ты оплакивала его смерть?

Его вопрос удивил Ли. Она даже разозлилась на Девона за то, что он заставил ее признаться в этом.

— Я действительно очень огорчилась, однако эта утрата не разбила мне сердце. Я рассказала маме о том, что лишилась девственности. Она пришла в бешенство. После этого я еще несколько недель уговаривала родителей, чтобы они отказали тому сумасшедшему лорду. Я сказала, что найду себе более выгодную партию, ведь может так случиться, что на меня обратит внимание какой-нибудь герцог.

— Или маркиз, — тихо сказал он, намекая на то, что в один прекрасный день он станет богатым и могущественным маркизом Керкби.

Ли почувствовала, как ее лицо залила краска.

— Ты же знаешь, — резко сказала она, не сдержав своего раздражения, — что мои родители никогда не согласились бы на наш брак. Никогда.

— О да, конечно, — угрюмо сказал он. — Когда же они заметили, что ты беременна?

— Первой это заметила моя горничная Меи. Меня почти сразу начало тошнить по утрам. Она рассказала об этом маме, и та решила, что, поскольку меня уже осмотрел врач лорда Тайболда, подтвердив мою невинность, то я могу выйти за него замуж, а пока будут идти приготовления к свадьбе, я избавлюсь от ребенка.

Ли замолчала. Ей было больно и неприятно говорить об этом. Посмотрев на своего сына, она еще крепче прижала его к себе.

— О Девон, неужели она не понимала, что я не могу выйти за Тайболда? Неужели она меня совсем не любила? Я не могла допустить, чтобы они что-нибудь сделали с моим ребенком. Он ведь ни в чем не виноват. Он должен жить. Я боялась, что его смерть будет на совести моих родителей.

Девон крепко сжал кулаки. Сейчас ему очень хотелось обнять ее. Но вместо этого он еще дальше отошел от нее. Казалось, что он просто испугался ее близости. Его лицо стало непроницаемым.

— И тогда я сбежала из дома, — призналась Ли. — Я не хотела, чтобы они убили моего ребенка. Как-то раз ты сказал мне, что нужно идти на риск и не бояться перемен. Я не знала, куда я пойду и чем буду заниматься. Однако я точно знала, что не хочу потерять этого ребенка. Как-то раз вечером мой брат Уильям пришел домой пьяный и веселый. Ему впервые удалось выиграть в карты солидную сумму. Я подождала, пока он заснет, и украла у него кошелек. С первым же дилижансом я покинула Лондон.

— Что было потом?

— Потом мне пришлось познать, какой суровой может быть жизнь, — сказала она. Чувствовалось, что это были не просто красивые слова. Ей действительно пришлось хлебнуть немало горя. — Сначала у меня обманом выманили все деньги. Потом, чтобы не умереть с голоду, мне пришлось продать одежду, которую язахватила с собой из дома. Словом, я узнала, что жизнь не очень-то милостива к изнеженным и капризным дебютанткам.

— Ты могла бы прийти ко мне, — спокойно сказал он.