Мародер - аль Атоми Беркем - Страница 71

— Перекусить, может, тебе?

— Нет. Дай че-нибудь, к сукиному сыну схожу подымусь.

— Парням, может, тоже захватишь по куску?

— Сменятся, пожрут.

Поднялся, плюхнулся в кресло. Кавказа не видно. Странно, обычно только подымешься, тут же приходит.

— Кябир!

Ни ответа, ни привета. Какой-то частью себя Ахмет почувствовал — собака просекла «официально» им еще не принятое решение. …Значит, типа умный?… — с неожиданной злобой подумал Ахмет о самом близком еще вчера существе. — …Ну и хер с тобой! Ишь ты! Значит, проживешь, если умный… Бросил кусок пирога в миску, не попал, наклонился было вставать — но остался в кресле. …А молодец пес. Правильно подсказал — как бы мне перед своими не засветиться. Если че почуют — разорвут, без базара. Так, значит, надо держаться повеселее. Но сборов не скроешь, по любому. Как тогда быть? Ну-ка, подумаем…

Замкомандира отдельного отряда Savage Иванов откинул сетку командирской палатки, едва не столкнувшись с выходящим командиром, раскуривающим толстую робусту.

— Ну, че там узкоглазые наши, неужели добили?

— Все, я уже взводным флешки раздал. Сидят уже, отрабатывают. Командир, извини, что опять эту тему завожу… уверен, что именно второй взвод на поликлинику кинем? Там, как узкоглазые говорят, самое жирное ихнее гнездо. А вдруг че у косых не заладится? Или картинка опять крякнет… Пожжем пацанов, второй-то взвод почти целиком из наших.

— Ты че, будешь мне рассказывать, из кого мои взвода? И за косых не бзди, у них нормально все будет. Я с этими работал уже, иногда наложение с местностью один-в-один совпадает. Идешь — все как на ладони. Со скрытыми объемами иной раз наебутся, ну тебе там не обои клеить — гранату кинул, проверил, и дальше иди… Жалко, АДС[175] у нас маленький, если кто из этих за металлом сховается — придется персонально выковыривать.

— Ладно, хоть такой. Вообще, смотрю, с техникой здесь порядок, не то что… Я когда в Динкорпе служил, у них контракт с Юнилевером был, Нижний зачищали — вообще без ничего. Ни АДСов, ни ПЕПов,[176] ни дживиэс-дженерейторов,[177] ни хуя, понял? Я уж про наложение[178] молчу — ладно, хоть зарплата вовремя.

— Так, капрал, тут как раз не понял. Что мне еще за «ни хуя», что за «понял»? Я с тебя «сэра» каждый день не прошу, но ты не охуевай тут! В атаке охуевать будешь!

— Прошу извинить, сэр!

— Вот так уже лучше. Тут тебе не Динкорп, Иванов, отвыкай от партизанщины…

На поясе командира заверещал коммуникатор.

— Все, иди давай, отрабатывай со взводными. Чтоб от зубов отскакивало!.. Сэведж-фёст, сэр. Сэнк ю, сэр. Нормально, по плану все. Да, сэр, закончили, личный состав тренируется. Нет, все в пределах сметы, никаких там… Даже экономия просматривается… Да пошел этот Перельман, вы же видели отчеты!.. Да, сэр, прошу извинить… А как я их спишу, ведь с… Понял. Понял, сэр… Да. Благодарю вас, сэр. Есть. До связи. Твою мать, пидор, может тебе отсосать еще… Эй! Лифанов, блядь, как тебя там! Ко мне бегом! Техников и взводных ко мне! Я у себя. Иванов! Вертайся. Пошли, побеседуем.

Командир вернулся в палатку, ввел код и принялся что-то разглядывать на ожившем мониторе, шевеля губами от напряжения. Зам, стараясь не обнаружить на лице презрительной ненависти, притих в уголке с планшетом. Скопом ввалились взводные — двое русских, цыганистый захиденец[179] и мелкий абхаз, смахивающий на волосатый арбуз. Техники брезгливо вошли за взводными, сохраняя дистанцию и морщась от солдатского духа — дешевый одеколон абхаза, перегар от русских. Абхаз, торопясь опередить всех, бойко выкрикнул:

— Сэведж — сэконд, сэр!

— Сэ… — начали было докладывать прибывшие, но были прерваны:

— Все, без позывных и по-русски. Садитесь, некогда. Все на канале? Общую открываем.

Защелкали титановые кнопки коммуникаторов, на экранах тактических планшетов появилась цветная карта Тридцатки, какие-то таблицы, колонки цифр.

— Первыми техники. Готовность доложить.

— Эй-Ди-Си готов, сэр. Ни минуты простоя, гарантирую. Перестраиваемся за десять секунд, не успеют даже головы поднять. Резервный генератор подготовлен, заправлен, все окей.

— Надеюсь. Дальше. Связь, докладывай.

— Все окна подтверждены, система оттестирована, отказов нет. Да, командир, хорошая новость — на нас будет отрабатывать еще один транспондер на сате, база сегодня коды сбросила. Ни одна вонючка не скроется. Беспилотники готовы, проблем нет, сэр.

— Если картинки не будет больше одного раза — я тебя парням отдам, понял? Еще раз проверь все, чтоб мне без этих там! Если система хоть на секунду рухнет, я тебе этот, блядь, как его, трансбондер в жопу забью, по самые жабры!

У всех старичков еще свежи были воспоминания о том, как посреди зачистки у двух взводов пропала картинка. Это было что-то — посреди зачищаемого Златоуста шестьдесят бойцов были вынуждены ориентироваться визуально. Ни ЗD-наложения, ни перемещения целей, ни команд — воюй, как хочешь. Ситуацию усугубляло то, что из-за высокой плотности железобетонной застройки ADS-поле было неровным, гады кое-где оказались прижаты вполсилы, некоторые даже бегали. Ну, бегать — это ладно, далеко не убежишь. Хуже всего, когда гадов не прижало как следует, но они уже догадались и притворяются наплющенными. Заходишь в подвал, вроде нормально — лежат, глазенки пучат, а только одному ствол наставишь, как другой из-под тряпья — дуплетом! Да картечью! Потеряли тогда едва ли не треть состава, ладно — кураторы разобрались и одних техников натянули. Ну, это повезло просто — менеджеры по Златоусту еще греки были, не поляки и не англичане…

— Командир, все нормально будет!

— Молись, если не будет. Так, слушаю снабжение.

— Боеприпас распакован и скомплектован. Погрузку начну завтра, в три пи-эм. Готовность восемь пи-эм. К рассчетной добавил двадцать процентов по стрелковке и пять по гранатам и спецсредствам.

— Выведи.

Высокий эстонец ткнул в клавиатуру, выводя спецификацию на командирский экран. Командир изучил расклад, посмотрел на сумму внизу. Скривился:

— Стрелковку режь. Плюс к рассчетной — пять, мало ли че; гранаты… гранаты оставь по рассчетке. Спецуры добавь. Взводные! Поняли? Кто не понял, довожу — химией работать! Ее жопой жри, и стоит она ноль-ноль да хер вдоль! Если боец входит, и видит, что мясо лежит штатно — нехуй стрелять! Окна проверил, целые — спецуру под койку, и плотненько прикрыл за собой! Через пять минут зашел — синенькие? Синенькие! Зафиксировал! И пошел себе дальше! Всем ясно? Томас, внес? А ну, выведи… О, другое дело. Так, с техниками все. Свободны.

— Так, приказ я вам вчера довел, теперь поговорим доверительно. По стрелковке до всех дошло? Значит, морально готовы. К чему, спрашиваешь? А к тому, что перерасход пойдет за ваш счет, сэры взводные командиры! Иванов, тебя тоже касается. И это была хорошая новость… — командир, беззаботно улыбаясь, обвел своих взводных ласковым взором василиска.

— Теперь плохая. Я только что говорил с заместителем директора Юрал Дивижен нашей славной конторы. Да, с Коэном. Вы все знаете, что мой контракт в этом году заканчивается. Продлевать его я не намерен, ваши рожи заебали мне дальше некуда. Кое-кто из вас дождался, наконец… Теперь я поясню, почему эта новость плохая. Как вы все, наверняка, знаете, я писал рапорт о гражданстве. Так вот: мне его дадут… Спасибо за неискренние поздравления, джын-тыль-мены… Что? Да, Евросоюза. Я могу продолжить? Спасибо. Как вы все хорошо знаете, в нашем подразделении служат граждане Евросоюза…

Взводные, тут же забыв о дисциплине и субординации, наперебой заголосили — иметь во взводе «этих ебаных чухонцев» было сущим наказанием. Эти ублюдки чуть-что — тут же вытаскивали контракт, в котором черным по белому были прописаны их права. Права, а также обязанности вышестоящих сотрудников по отношению к личному составу «ыврапейцы» знали назубок. Заставить их служить нормально не получалось ни у кого, больше пяти этих гадов на взвод быстро развращали остальных.