Другая сторона правды (СИ) - Садов Михаил Валерьевич - Страница 33

Зато оружие сделали все, заказав у лучших мастеров, которых знали. Благо Торвальд не жалел денег на подготовку. Тролль сделал себе секиру и боевые топорики поменьше, чтобы их еще и метать можно было. Ксенобайт заказал себе две сабли на эльфийский манер, а также кучу метательный ножей. Я, заразившись его примером, тоже решил завести себе второй меч. Наш же спонсор не стал мудрить с вооружением, а приобрёл себе точную копию своего ролевого вооружения — прямой длинный меч и пара кинжалов.

Надо отметить, что Торвальд смог достать для всего этого какую-то военную сталь, которая была прочнее обычной. Как это ему удалось, я так и не смог узнать — он сразу же уводил разговор в сторону. Ну, да я не стал настаивать, понимая, что в нашей стране, если иметь деньги, то можно достать всё что угодно.

С одеждой было намного проще. Для этого просто расспросили Леону о моде её мира и отправили заказы портным.

Чем меньше оставалось времени до отправки, тем больше все начинали волноваться. Кроме, разве что Леоны — она наоборот повеселела.

Перед отбытием к пещере мы устроили грандиозную прощальную вечеринку. Собрались все, кто оказался в курсе происходящих событий. В том числе и мои старые друзья. Для этой цели была оккупирована дача Торвальда.

Гуляли долго. Всё-таки мы навсегда расставались. Никто не мог сказать, что нас ждёт в чужом мире. Ну, кроме Леоны, что и понятно, она-то домой возвращалась. В общем, было о-очень весело. Особенно утром.

Проснулся я от того, что у меня жутко болела голова и пересохло горло. Сколько раз говорю себе, что надо бросать пить. Моя жалкая попытка встать, дабы добраться до кухни и найти что-нибудь, чем можно было бы опохмелиться, не увенчалась успехом. И всё из-за того, что на груди что-то лежало. Я скосил глаза, чтобы посмотреть на неожиданный груз и обомлел. Три тысячи чертей! Я был не просто удивлен, я был сражен наповал, потому как на моей груди располагалась женская голова. Но самое главное — она принадлежала Леоне! А если ещё учесть то, что мы оба были голыми, в чём я сразу убедился, заглянув под одеяло, то и ёжику понятно, что здесь произошло ночью. А главное и самое обидное, что я ничего не помню.

Неожиданно она застонала, видимо тоже от головной боли, и открыла глаза. Сначала мы смотрели друг другу в глаза: она с удивлением, я с любопытством.

Когда до неё дошло, то она вскочила с возмущённым криком:

— Ты?!

— Я, — еле выдавил я из себя ответ. На большее не был способен, потому что в такой позе одеяло совсем не прикрывало её наготу. Видимо, она это тоже поняла, так как покраснела и, отобрав его у меня, завернулась в него. Мне же пришлось спешно прикрываться подушкой.

— Что здесь произошло?

— Ну-у, а ты как думаешь? — она с удивлением посмотрела на меня, а потом на себя. На потрепанную кровать и в конце на разбросанную по комнате одежду. Что меня удивило, так то, что среди современной одежды я увидел и ту, что появляется на мне после того, как я возвращаюсь в человеческий вид. Мысли, откуда она тут могла появиться, я постарался загнать как можно глубже. К счастью Леона её не заметила. Она с отрешённым видом сидела на кровати, пытаясь хоть что-то сообразить. Что явно у неё не очень получалось из-за жуткого опохмела.

— Так, мы что же, это…того? — с пораженным видом наконец-то сделала она вывод.

— Угу, — если честно, я не ожидал такой спокойной реакции. Хотя ещё неизвестно, что будет, если она увидит ту одежду. Поэтому я поспешил встать, прикрываясь подушкой, и собрал все свои вещи, пока она ещё мало чего соображает. А потом выскользнул из комнаты в коридор, где и столкнулся с мутным взглядом Торвальда. Он провёл им по мне и уткнулся в охапку одежды, которой теперь я прикрывался, точнее на свешивающийся оттуда лифчик. Он улыбнулся своим мыслям и, ничего не сказав, пошёл дальше.

Я же вздохнул и, не заглядывая в комнату, закинул туда лифчик. С той стороны в дверь что-то прилетело и я решил слинять отсюда в поисках кухни.

Пока искал, оделся, а нашёл, то обнаружил там всю компанию тех, кто собрался идти со мной.

— А где остальные? — мне что-то не понравилось, то, как они на меня посмотрели.

— Кто-то ещё спит, а кто-то уже уехал домой, — нет определённо, они как-то странно на меня все смотрят. Я прямо таки кожей чувствовал эти взгляды.

Стараясь не обращать на это внимание, я проследовал к холодильнику и, покопавшись там, нашёл бутылку пива, чему был несказанно рад. Мой организм уже справлялся с опьянением, но всё равно хотелось пивка. Хотя, лучше бы расольчику.

— И как? — не удержался Тролль.

— Что? — я непонимающе посмотрел на него.

— А ты ничего не помнишь? — с не меньшим любопытством спросил Торальд.

— А что я должен помнить? — если честно я, и правда, не помню вчерашний вечер и ночь. Начиная с того момента, как на спор решил выпить сколько-то там бутылок водки. Понимаете ли, всем стало интересно, когда я смогу опьянеть. Судя по утрешнему пробуждению, алкоголь всё-таки на меня подействовал.

— Ясно, Тролль я победил, — тот кивнул и грустно протянул ему свою бутылку пива.

— Э-э, а что произошло? — с опаской поинтересовался я.

Все так на меня посмотрели, что я даже напугался. Нет, не их, а то, что я мог натворить пьяным.

— Как думаешь, стоит рассказывать ему? — спросил Торвальд у Ксенобайта.

— Ну-у, не знаю, — тот с задумчивым видом почесал затылок.

— Я хоть никого не съел? — с надеждой в голосе, попытался я хоть что-то узнать.

— А? Да нет, что ты. Травм нет, ну кроме как моральных, — Торвальд, этот зараза, всё больше начинал улыбаться. Явно приготовил мне какую-то гадость.

— А что тогда? Да не тяните вы, у меня же сердце не каменное.

— Да расскажи ты ему, — всё-таки сдался первым ухмыляющийся Тролль, — А то я уже терпеть не могу.

— Ладно. Вот скажи ты мне, о, мой юный друг! Ты где учился стриптиз показывать?

— Что?! — меня как обухом топора ударило. — Какой стриптиз?

— Ну-у, судя по впечатлениям девчонок и тому, что ты под конец вечеринки ушёл с Леоной, а так же по твоему утреннему виду, то довольно успешный.

— Ой-ё, — я от отчаяния схватился за голову и сел за стол. — Надеюсь, это всё?

— Ну-у, как тебе сказать…

— Не тяни резину и так жутко.

— Ещё ты провёл неполною трансформацию головы и залез на крышу дома, где выл на Луну.

Я опять застонал, представив эту картину.

— Мы всей толпой убеждали тебя слезть, — поддержал его Тролль. — Удалось только после того, как у тебя кончилась бутылка водки, которую ты прихватил с собой. И вообще, ты почти один выдул большую часть запасов спиртного!

— Всё? — я уже и не надеялся, что на этом закончатся мои мучения. Как же мне было стыдно.

— Нет, — Ксенобайт сказал, как отрубил все мои надежды. — Когда выяснилось, что водка кончилась, ты, так и не вернув голову в нормальное состояние, умчался в ближайший посёлок за добавкой.

— Угу, как ты тогда сказал, «я пошёл за Клинским», — подтвердил Торвальд. — И притащил с собой в придачу вместе с водкой какого-то мужика. Он в зале сейчас отсыпается. Кстати, у него, и правда, фамилия Клинский.

Тут на кухню вошёл мрачный Лёшка Казанцев. Он проследовал к холодильнику и сначала долго там искал пиво. Не нашёл, поэтому с ещё мрачным видом закрыл его и посмотрел вокруг. Его взгляд остановился на моей бутылке, после чего его лицо перешло в радостное состояние, и он отобрал её у меня. Я не противился, так как до сих пор находился в культурном шоке. Когда он уже поправил своё состояние и глаза приняли осмысленное выражение, заметил меня. Сначала он подавился последним глотком, а потом, захохотав, выскочил из комнаты.

— Что с ним? — спросил я грустным голосом.

Торвальд пожал плечами:

— Может, вспомнил твой стриптиз. А может то, как ты песни пел.

— Какие песни?

— Да я уже не помню точно, сам уже был почти никакой. Кажется «Голубая луна».

— Какая-какая? — у меня в горле пересохло.