Полночные узы - Эдриан Лара - Страница 43

— Меня волнует только Кэмден. Из-за него я пришел к вам.

— Сукин сын, ты обманул нас! — прошипел Данте.

Чейз посмотрел в его яростно горящие глаза:

— Разве Орден согласился бы помочь мне, если бы я попросил найти одного-единственного пропавшего юношу?

Данте тихо и зло выругался.

— Как знать.

Чейз и сам уже не был так уверен в этом. Он успел убедиться, что, несмотря на жестокость воинов, превратившую их в таинственную и страшную силу, они не были лишены чести. Воины могли действовать как безжалостные убийцы, если того требовали обстоятельства, но Чейз подозревал, что в глубине души каждый из них был достойнее его самого во много крат.

Данте резко убрал malebranche, развернулся и направился к «ренджроверу». Тиган отпустил Элизу и пристальным, неморгающим взглядом наблюдал, как она, испуганно отпрянув, растирала талию и плечи после его железной хватки.

— Садись в машину, Гарвард, — приказал Данте, кивнув на открытую заднюю дверцу. Его взгляд ясно давал понять, что этот приказ не обсуждается. — Ты едешь в бункер. Возможно, ты сумеешь убедить Лукана, что заслуживаешь права остаться в живых.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Холодный пот струился по спине Бена, когда он завершил воссоздание формулы «малины». Он не обманывал, когда говорил, что не помнит формулу целиком. Бен старался изо всех сил, чтобы восстановить ее в такое нереально короткое время. За полчаса до назначенного срока он получил небольшую порцию красного вещества. Его действие нужно было испытать на парне в испачканных джинсах и толстовке с эмблемой Гарвардского университета. Он сидел привязанный к офисному креслу на колесах, голова свисала на грудь.

Когда Бен приблизился к нему, дверь, по обеим сторонам которой дежурили телохранители, открылась и в импровизированную лабораторию вошел Хозяин.

— У меня не было возможности отделить жидкость, — сказал Бен, извиняясь за получившуюся у него вместо порошка густую пасту. Он отчаянно надеялся, что восстановил формулу без ошибок. — Парень, кажется, не в форме. Он проглотить-то сможет?

Ему никто не ответил, повисла леденящая кровь пауза.

Бен нервно выдохнул и встал на колени перед креслом. Парень приподнял тяжелые веки, посмотрел на него безразличным взглядом из-под свисавших на лоб волос и снова закрыл глаза. Бен вгляделся в болезненно искаженное лицо некогда, вероятно, симпатичного парня…

О черт.

Бен знал его. Встречал в клубах… Это был один из его постоянных покупателей. Улыбающееся лицо этого парня он видел на фотографии вчера ночью. Как там его — Кэмерон? Кэмден? Кажется, Кэмден. Его приказал найти тот психопат с клыками, иначе грозился убить. Но та угроза не шла ни в какое сравнений с опасностью, нависшей над Беном сейчас.

— Не будем затягивать дело, мистер Салливан.

Бен поднес чайную ложку с красной кашицей ко рту парня. Как только ложка коснулась его губ, он жадно проглотил все, что в ней было. На мгновение показалось, что Кэмден ожил. Он ноздрями втянул воздух в предвкушении новой дозы. Бену стало не по себе, он неожиданно почувствовал вину.

Он ждал, когда «малина» подействует.

Но ничего не происходило.

Бен дал парню вторую ложку кашицы, затем третью — никакого эффекта. Черт! Он допустил ошибку в формуле.

— Мне нужно еще время, — пробормотал Бен, когда парень со стоном уронил голову на грудь. — Кое-что надо перепроверить.

Бен выпрямился, повернулся и обнаружил, что Хозяин стоит прямо перед ним. Бен даже не услышал его шагов и теперь наткнулся на собственное отражение в темных линзах его очков. Вид жалкий: загнанный зверек, трясущийся перед хищником.

— Никаких результатов, мистер Салливан. Мое терпение закончилось.

— Вы сказали — два часа, — попробовал возразить Бен. — У меня в запасе есть еще тридцать минут…

— Не надо со мной торговаться. — Губы Хозяина растянулись в презрительной усмешке, обнажая острые кончики клыков. — Твое время вышло.

— О господи!

Бен в ужасе отскочил и налетел на кресло, в котором сидел парень. Откатившись вместе с ним назад, Бен кое-как поднялся на четвереньки, и тут чьи-то сильные и грубые руки подхватили его, словно он был невесомым, и отшвырнули к стене. Бен ударился затылком, так что искры из глаз посыпались и мешком рухнул на пол. Коснувшись головы, он почувствовал липкую кровь.

Бен затуманенным взглядом окинул комнату, и сердце сжалось от дурного предчувствия. Телохранители смотрели на него янтарно-огненными глазами, рассеченными узкими полосами зрачков. Один из них зашипел, обнажая огромные клыки.

Даже Кэмден, по-прежнему сидевший привязанным к креслу, оживился. Его глаза сверкали сквозь свисавшие на лицо волосы, из-под верхней губы выглядывали острые клыки.

Но все эти монстры не пугали Бена так, как тот, кто заправлял здесь всем. Неторопливым шагом он приблизился к Бену. Начищенные до блеска черные ботинки бесшумно ступали по бетонному полу. Хозяин поднял руку, и Бен оторвался от пола и оказался стоящим на ногах, словно он был жалкой марионеткой, которую потянули за ниточки.

— Пожалуйста, — выдохнул Бен, — не знаю, что вы задумали, но прошу вас, не надо. Я отдам вам формулу «малины». Клянусь, я сделаю все, что вы хотите!

— Конечно, мистер Салливан, вы сделаете.

Движение было молниеносным. Бен ощутил, как острые клыки впились ему в горло. В нос ударил запах собственной крови, послышалось чмоканье. Бен задергался, пытаясь вырваться. Но силы покидали его с каждым зловещим глотком. Он обмяк, чувствуя, как вместе с кровью из него уходит жизнь, сознание затуманивалось, воля медленно угасала. Он умирал, проваливаясь во тьму.

— Вперед, Гарвард, прости, не знаю твоего настоящего имени.

Тесс с терьером на поводке переходила улицу. Закрыв клинику в шесть вечера, она решила отправиться в Южный Бостон, где жил Бен, — последняя попытка найти его, прежде чем заявлять в полицию. Если Бен вновь взялся за торговлю наркотиками, то он заслуживал, чтобы его арестовали. Но Тесс искренне о нем беспокоилась и хотела поговорить с ним, пока дело не зашло слишком далеко.

Район Бена не особенно подходил для прогулок, тем более в вечернее время. Но Тесс не боялась: здесь жили большинство ее клиентов, все они хорошие, работящие люди. По иронии судьбы единственный человек, которого стоило опасаться в закоулках среди двухквартирных домов и обшарпанных трехэтажек, был торговец наркотиками, занимавший квартиру 3-В, в доме, перед подъездом которого стояла Тесс.

Из окна на первом этаже, где работал телевизор, на тротуар ложился размытый четырехугольник бледно-голубого света. Тесс подняла голову и посмотрела на окна Бена в надежде увидеть там какие-либо признаки присутствия хозяина. Опущенные жалюзи плотно закрывали балконную дверь и окно спальни. Никакого проблеска света, ни малейшего движения.

Или нет? Что это?..

Тесс показалось, что жалюзи на окне закачались будто их невзначай задели, проходя мимо.

Бен? Если он дома, то наверняка никого не хочет видеть, включая ее. Он не ответил ни на ее звонки ни на электронное письмо.

А если его нет дома? Вдруг к нему в квартиру проник посторонний? Например, кто-то из его опасных компаньонов. Что, если они все перевернули вверх дном в поисках флэшки, которая сейчас лежит у Тесс в кармане куртки?

Тесс попятилась, неприятный холодок пробежал по спине. Она намотала на руку поводок, молча оттягивая Гарварда от засохших кустов, тянущихся вдоль тротуара.

И снова уже явственно Тесс увидела, что жалюзи зашевелились. Створка балконной двери на третьем этаже начала открываться. Кто-то выходил, но это был не Бен, а высокий широкоплечий незнакомец.

— О черт! — прошептала Тесс, наклонившись и взяв Гарварда на руки. Нужно было немедленно уходить отсюда.

Побежав по тротуару, Тесс робко оглянулась. Незнакомец стоял на балконе и смотрел в темноту. Его глаза были невероятно яркими, они словно горели огнем…