Полночные узы - Эдриан Лара - Страница 28

Как только зажегся зеленый, Бен нажал на газ и помчался вперед. «Порше» остановился напротив подъезда Тесс. Припарковавшись поодаль, Бен выключил фары. С медленно закипавшей яростью он наблюдал, как парень повернулся к Тесс, наклонился и страстно поцеловал.

Сукин сын.

Они долго не размыкали объятий. «Чертовски долго», — думал Бен, сгорая от гнева. Он завел мотор и не спеша поехал по улице; поравнявшись с «порше», он даже не повернул головы.

Данте возвращался в бункер в таком смятении, что, выезжая из Норт-Энда, свернул не там, где надо, и был вынужден проехать несколько лишних кварталов. Аромат и вкус Тесс продолжали дурманить голову, он до сих пор ощущал каждое ее движение, и это сводило с ума.

Черт!

Данте не планировал секса с Тесс, и то, что он так увлекся, — непростительная глупость. Нельзя сказать, что он сожалел о том, как провел эту ночь. Никогда еще женщина так его не заводила, а уж ему-то было с кем сравнивать. Данте не нравилось, что Тесс носила метку Подруги по Крови и по случайному стечению обстоятельств ее кровь текла в его жилах. Но даже это было не самым ужасным.

Эта женщина как будто сделала с ним что-то. Что именно, он не мог объяснить, но и отрицать этого не смел. После того как она спасла его от видения, все, чего он хотел, — раствориться полностью в том колдовском тумане, которым она его окутала. Хотел чувствовать ее обнаженное тело, ее страстные объятия. Данте провел с ней несколько часов, но продолжал отчаянно желать ее снова.

Однако визит в клинику все-таки принес ему кое-какую полезную информацию. Въехав в ворота поместья, Данте достал из кармана мятый стикер и прилепил его к гладкой поверхности приборной панели. В тусклом свете он прочитал текст, написанный от руки. Листок Данте оторвал от ежедневника Тесс, который лежал на ее столе в кабинете:

«Звонил Бен, выставка в музее завтра, в 19.00. Не забудь!»

Бен. Имя словно обожгло его. С этим парнем Тесс была в музее. Подонок, торгующий «малиной», возможно, под руководством Отверженных.

На стикере был номер телефона, телефонная станция Южного Бостона. Этой информации было вполне достаточно, чтобы мгновенно вычислить парня через Интернет или городской справочник.

Данте въехал в гараж, выключил мотор, оторвал стикер от панели и, помедлив, достал из ножен malebranche.

В его руке холодное, опасно загнутое лезвие не знало пощады — именно таким оно будет, когда встретится с глоткой старины Бена. Надо набраться терпения и дождаться, когда вновь зайдет солнце. Пора нанести парню официальный визит.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Впервые за последнюю неделю Тесс спала отлично, несмотря на то что ее мысли полностью занимал Данте. Он снился ей всю ночь и был первым, о ком она подумала, проснувшись до того, как зазвонил будильник, заведенный, как всегда, на шесть утра.

Данте.

Ее кожа все еще хранила его запах, хотя Тесс двадцать минут простояла под горячим душем. Приятная боль между ног мысленно возвращала ее в объятия Данте. Тесс до сих пор чувствовала поцелуи, которыми он покрывал ее тело, ощущала его ласки.

Быстро одевшись, она выбежала из квартиры, стремясь успеть на поезд в пять двадцать. Тесс очень спешила, остановившись лишь на минуту, чтобы купить стакан кофе в «Старбакс».

В клинику она приехала первой, Нора появится не раньше половины восьмого.

Тесс вошла через черный ход и закрыла за собой дверь на ключ — прием посетителей начнется только через два часа. Заглянув в бокс для собак, она по тяжелому, свистящему дыханию, доносившемуся из одной из клеток, поняла, что у пациента очень серьезные проблемы, которыми срочно нужно заняться.

Оставив на тумбочке рядом с раковиной сумку, ключи от клиники и полупустой бумажный стаканчик, Тесс поспешила к терьеру, которого вчера вечером принес Данте. Гарварду за ночь стало хуже. Он лежал на боку, грудная клетка едва вздымалась, темно-карие глаза закатились, из приоткрытой пасти вывалился и безвольно свисал язык, покрытый неприятным серым налетом. Дыхание было прерывистым. Отправлять анализы в лабораторию уже не имело смысла — Гарвард не доживет до получения результатов.

— Бедняжка, — с жалостью произнесла Тесс, открывая клетку и осторожно гладя собаку. Она ощущала, насколько Гарвард слаб. Похоже, его дни были сочтены задолго до того, как Данте принес пса в клинику.

От сострадания у Тесс сжалось сердце. Она может ему помочь. Она знает способ…

Тесс сцепила руки. Она обещала себе, что больше никогда не станет этого делать.

Но ведь перед ней беспомощное животное, а не человек. Не гнусный подонок из ее прошлого, который не заслуживал ни жалости, ни помощи.

Какой будет вред от того, что она спасет собаку?

Разве она может стоять и смотреть, как умирает животное, зная, что обладает способностью вернуть его к жизни?

Конечно же нет.

— Все хорошо, — сказала Тесс.

Она осторожно вытащила Гарварда и, одной рукой прижимая его легкое тельце к себе, другую положила на впалый живот. Тесс сосредоточилась на его дыхании, на слабом, но ровном сердцебиении. Она явственно чувствовала его слабость, несколько органов были поражены, по всей вероятности, болезни уже несколько месяцев по капле высасывали из него жизнь.

Но было и еще что-то. Тесс почувствовала покалывание в пальцах и горьковатый привкус в горле — такие ощущения вызывал у нее рак. Опухоль была не большой, но смертельной. Внутренним зрением Тесс отчетливо видела ее: паутина метастаз опутывала желудок собаки, образовывая безобразный, синюшного цвета клубок, отнимающий жизнь.

Пульсация крови в кончиках пальцев усилилась. Сконцентрировавшись, Тесс видела, как опухоль начала светиться изнутри, а затем распалась. Тесс продолжала держать руку, наблюдая и ожидая момента, когда клубок полностью растворится.

Ее способности вернулись к ней без усилия.

«Мое проклятие», — подумала Тесс, хотя, возможно, она была не права, потому что живое существо, лежавшее у нее на руках, зашевелилось, издало слабый писк и в знак благодарности лизнуло ей руку.

Тесс была настолько поглощена процессом лечения, что не сразу услышала звук, доносившийся из пустой смотровой комнаты. Звук повторился — неприятный металлический скрежет.

Тесс резко подняла голову, волосы на затылке зашевелились. Раздались тяжелые шаркающие шаги. Тесс бросила взгляд на часы — для Норы слишком рано.

Убеждая себя, что ей нечего бояться, Тесс направилась к смотровой, и вдруг странная вспышка высветила в памяти картину: тускло освещенный склад, израненный, окровавленный незнакомец на полу. Картина мгновенно возникла и так же мгновенно исчезла, но Тесс была настолько поражена, что на несколько секунд замерла на месте.

— Эй? — негромко выкрикнула она, стараясь не потревожить Гарварда. — Кто здесь?

В смотровой кто-то сквозь зубы выругался.

— Бен? Это ты?

В коридоре появился Бен с электрической отверткой в руках.

— Тесс, господи, как ты меня напугала. Что ты здесь делаешь в такую рань?

— Ну, вообще-то, я здесь работаю, — ответила Тесс и нахмурилась — ей не понравилось раскрасневшееся лицо Бена с темными кругами под глазами. — А ты что здесь делаешь?

— Я? Э-э… — Бен неопределенно махнул отверткой в сторону смотровой. — Ну, я уже давно заметил, что у стола гидравлический подъемник заклинило. А тут проезжал мимо и подумал, что, раз уж у меня есть ключи, надо зайти починить.

Подъемник действительно нужно было отрегулировать, но что-то в облике Бена насторожило Тесс, он выглядел взволнованным. Ласково поглаживая забеспокоившегося Гарварда, Тесс подошла к Бену.

— Разве нельзя было подождать, пока мы откроемся?

Бен провел рукой по растрепанным волосам, еще сильнее взъерошив их.

— Я же сказал, проезжал мимо. Просто я стараюсь помогать тебе, насколько могу. Как зовут твоего нового друга?

— Гарвард.

— Симпатичный пес, только вот маленький какой-то. Новый пациент?