Меч Лун (СИ) - Сыромятникова Ирина Владимировна "tinatoga" - Страница 52

Свет, пробивающийся в камеры через маленькие отдушины, начал меркнуть.

Доносившиеся со двора звуки, итак еле слышные, совсем смолкли. Охранники разнесли ужин и зажгли последние вечерние факелы.

Я вяло побултыхал изгрызенной ложкой в миске с бурым варевом, называемым «каша» и сунул это свиное пойло Жаку. Не нашедшее за день выхода возбуждение сменилось тупым безразличием. Факелы, один за одним, с шипением гасли. Приглушенные голоса и шорох соломы раздавались все реже — тюрьма погружалась в сон.

Жак, как водится, заснул мгновенно, а я провалился в беспокойную дрему, не приносящую никакого облегчения истерзанному сознанию. Я почти жаждал, чтобы мои дурные предчувствия, наконец, сбылись и прекратили терзать меня неизвестностью.

В глухой полуночный час странные звуки вырвали меня из тяжелого забытья. Весь день я подспудно ждал чего-то, и теперь замер, чутко прислушиваясь. Звук не повторился.

Зато явственно заскрипела, открываясь, окованная железом тюремная дверь. Я резко сел, Страж, мгновенно проснувшись, ухватил меня за локоть. Мы вместе вслушивались в шорохи и дыхание спящих, потом в темноте раздался посторонний звук, похожий на осторожное шлепанье по камню босых ступней.

Звук приближался. В маленькие отдушины со двора проникал слабый свет, то ли от фонарей, то ли от луны. Привыкшими к темноте глазами я разглядел приближающуюся по коридору сгорбленную фигуру. Неизвестный остановился напротив нашей камеры и тихонько засопел, из мрака на нас уставились жуткие зеленые глаза.

Пришла моя очередь хватать Жака за локоть. Дело в том, что пришелец не внушал мне страха, кто бы он ни был, угрозу мне нес не он.

Стараясь не шуметь, я подполз к решетке и заглянул в светящиеся зрачки. Что-то там было знакомое. Я быстро перебрал варианты.

— Натан? — шепнул я на удачу.

Оборотень хмыкнул в темноте и сунул через прутья длинный сверток. Еще не коснувшись ладонью рукояти, я узнал могучую волну Силы, исходящую от Меча.

Знаки луны и руны на лезвии засияли белым пламенем, я дал Натану знак отойти в сторону и бережно опустил Меч на замок. Зачарованный клинок прошел сквозь металл, как сквозь масло, почти без сопротивления.

Мы с Жаком бесшумно выбрались из камеры и двинулись по коридору между решетчатых стен. Дверь в караульное помещение была приоткрыта.

Натан вошел последним и закрыл на засов тяжелую дверь с маленьким окошком. Я тоже не хотел бы, чтобы те парни разбежались. На полу комнаты распростерлись трое спящих охранников, дородный капрал басовито храпел под столом, рядом с ним покоилась большая оплетенная бутыль. Натан пожал плечами и громко прошептал:

— Моя кормилица была в своей деревне знахаркой, здорово в травах разбиралась, а тут по болотам такая сон-трава растет, какая у нас морковка не бывает. Я днем прошел в крепость и прикинулся хорошей собачкой, — он пожал плечами. — Охранники любят держать рядом собак. Главное было пробраться в караулку, а подсунуть в пиво корешок — плевое дело. Но я здорово испугался, когда не нашел у охраны ключей — должно быть, их уносят в другое место.

Страж согласно кивнул. От избытка чувств, я шлепнул Натана по плечу:

— Ты не представляешь, что ты для меня сделал! Я думал — мне хана!

— Не преувеличивайте, сэр, — насупился Жак. — Я слышал, маги не придали нам большого значения и собирались отпустить.

— К черту «сэр»! Мы едва не опоздали. Бежим отсюда!

Жак громко кашлянул, проследив его взгляд, я только сейчас сообразил, что Натан совершенно голый. Шаренский дворянин залился густым румянцем. Страж решительно вытянул из-под капрала плащ и отхватил добрую половину весящего на стене кнута для подпояски. В такой обновке оборотень выглядел диковато, но мы не на крестины собрались.

— Что, идем?

Натан замялся:

— Тут есть проблема — остальных увезли вчера днем, всех. Я не был готов что-либо предпринять.

— Не расстраивайся, — ободрил его Жак. — Мы их выручим!

Я взял руководство на себя и решительно повел всех в сторону крепостных ворот — если нас не засекут раньше времени, прорубиться сквозь них труда не составит.

Чувство направления меня не обмануло — через пару минут, благополучно миновав немногочисленных бодрствующих ункертцев, мы выскочили из боковой двери почти напротив ворот и немедленно укрылись в тени каких-то деревяшек. Перед нами было локтей сорок открытого пространства, освещенного луной и тусклыми фонарями.

Страж пристально оглядел гребень внешней стены и окна внутренних построек.

— Я могу стать волком и отвлечь внимание, — предложил Натан.

— Не стоит, все тихо.

Я не спешил покинуть укрытие, присматривался и прислушивался. У меня все еще было неспокойно на душе, рукоятка Меча тревожно покалывала ладони. Я повел лезвием по сторонам. Это был не Натан, точно. Магия указывала на ворота.

— Там… — начал я и осекся.

Ночь сотряс громогласный рев, в пол неба полыхнуло над крепостью синее пламя. Мы замерли в нашем укрытии, а в следующее мгновение двор стал наполняться людьми.

Из дверей караулки кубарем выкатывались стражники и опрометью мчались к лестницам, ведущим на стены. По всей крепости зажигали огни, слышался тревожный сигнал.

Рев не прекращался, в ворота крепости колотилось что-то большое и тяжелое, и я горячо пожелал защитникам удачи. От синих всполохов в небе стало светло, как днем.

Во двор выбежал маг в распахнутом ночном халате, розовых подштанниках, но с посохом и Амулетом в руках, за ним невозмутимо следовали два полностью вооруженных Стража. Со стороны это выглядело очень забавно, однако я бы предпочел, чтобы магов было больше.

Паники не было, гарнизон отреагировал на нападение идеально — солдаты появлялись во дворе уже при оружии и терпеливо ждали приказаний. Еще шестеро Стражей возникли из темноты и начали организовывать людей: большинство отправлялись на стены, но лучники и все тяжеловооруженные пехотинцы оставались во дворе — ункертцы явно готовились к ближнему бою.

Хотелось бы знать — с кем. Судя по тяжести ударов, в крепость ломился явно не Дваждырожденный. Я судорожно сжал рукоять Меча. Хоть бы маг его не заметил!

— Лучше нам не высовываться, — пробормотал Жак.

Я хорошо понимал его мысль — возбужденные люди прикончат чужаков не задумываясь.

Но вот вопрос: смогут ли они сами совладать с тем, что явилось сюда по мою душу?

Они могут погибнуть все до единого там, где для Меча Лун достаточно одного удара, а в том, что монстр ищет именно меня, я не сомневался.

Стражи разместили людей в укрытиях, к счастью, нашей кучей хлама они пренебрегли.

Одна группа воинов замерла шагах в пяти от нас, в каменной нише, образованной лестницей и широкими подоконниками первого этажа. Перед воротами остались трое — поющий заклинание маг и два Стража с обнаженными мечами.

Всполохи света в небе оглашали крепость громким треском, насколько я вообще понимал в магии, это был скверный знак. Маг быстро отбежал от ворот в глубь двора, он остановился почти напротив нас и я прекрасно разглядел его лицо, побледневшее под густым южным загаром. С кем бы он ни сражался, противник явно оказался сильнее. И что могут сделать с ним вооруженные железяками люди?

В небе над крепостью расцвела ослепительно-синяя молния, громовой раскат заставил камни содрогнуться. Ворота рухнули и вой стих.

Воцарилась тишина и темнота.

После буйства магических огней, слюдяные фонари на стенах казались особенно тусклыми, но притом потрясающе материальными, казалось, их ровный желтый свет можно пить.

В угольно-черном проеме ворот что-то зашевелилось и тихонько заскреблось, рядом с нами забормотал молитву какой-то укнкертский солдат.

Низко пригибаясь под каменным сводом высотою в два человеческих роста, во двор протиснулась тварь, о существовании которой мне слышать еще не доводилось. Вздох ужаса пронесся между людьми, как шорох ветра.

Тварь выпрямила мощные задние лапы и встала почти прямо, насколько позволял ей это гибкий членистый хвост с тяжелым булавовидным оконечником. Черные панцирные пластины, покрывающие тело монстра, напоминали скорее хитин насекомого, чем чешую рептилии и топорщились многочисленными шипами, крючками и гранями.