Штучки-дрючки в Провансе - Куликова Галина Михайловна - Страница 31

К Тане мгновенно вернулся весь ее скепсис. «Неужто эти двое целенаправленно обрабатывают русских туристов? – подумала она. – Или это русские туристы так падки на пророчества?» Прежде чем решить, обращаться ей к Мирману или все-таки не обращаться, Таня захотела послушать, о чем пойдет речь. Если тетке будут откровенно вешать на уши лапшу, она сразу же это усечет! Одно дело, когда речь идет о твоей собственной судьбе – тут ты можешь разволноваться и что-нибудь прошляпить. И совершенно другое дело, когда пророчества предназначены не тебе, а совершенно незнакомому человеку. Тут волноваться нечего, можно спокойно проанализировать сказанное.

К счастью, Мирман и его мамочка устроились на диванчике спиной к входу. Так что Тане удалось подобраться к ним незамеченной. Она заняла соседний столик, понадеявшись, что Элен не станет вертеться и проверять, что там у нее сзади. Но на всякий пожарный Таня все же постаралась спрятаться за ухоженным и на диво мощным фикусом, чтобы сразу не попасться в глаза. Что касается Тоби, то ему вряд ли свойственно было озираться по сторонам – величественность не терпит суеты.

В голосе женщины, которую в настоящий момент обрабатывал Мирман, тревога мешалась с благоговением и откровенным страхом.

– Вы говорили: если я стану сомневаться, меня охватит огонь, – сказала она, продолжая, по всей видимости, прерванный ранее разговор.

– Да, тебя будет сопровождать огонь, – низким тягучим голосом заявил Мирман.

– Ах, боже мой! Я теперь по ночам не сплю – боюсь пожара. Никак не могу с собой совладать. Вот вы мне растолкуйте, что это значит – меня будет сопровождать огонь? Как-то это все ненатурально звучит. Вроде бы я во все это не верю... А спать ложусь, начинаю переживать. И вроде бы уже верю!

– Я не учитель физики, – ответил Тоби укоризненно. – У меня нет в запасе готовых уравнений.

– Формул, – поправила Элен.

– Готовых формул, – согласился колдун. – Я говорю то, что вижу внутренним взором. Ваши сомнения будят стихию огня. Я понимаю это и считаю своим долгом предупредить вас. Не надо сомневаться, и все успокоится.

– Но как же можно не сомневаться? – не унималась дама. – Я же не Буратино какая бесчувственная!

Таня против воли фыркнула. Подслушивать иногда бывает страшно забавно.

– Бура-тино? – Тоби повернулся к матери с вопросительным выражением лица.

– Пиноккио, – подсказала та. – Деревянная кукла.

– Может быть, вы мне что-нибудь поконкретнее напророчите? – жалобно попросила дама и молитвенно сложила руки на груди. – Я ж до возвращения должна разобраться – бросить мне Колю или остаться с ним навсегда. Чтобы рожу его пьяную обихаживать до конца моих дней... Вот вы говорите – надо бросить. А я все-таки не уверена...

– Стихия огня, – напомнил противный Тоби.

Он был ужасно упертым типом. Раз уж что предсказал – смерть мухам и старухам! – будет стоять на своем до победного конца. Таня усмехнулась.

– Ой, да не пугайте вы меня! – воскликнула дама. – Мне еще на автобусе до России-матушки ехать. Вдруг у него мотор загорится?

– Огонь, который я вижу, не есть автобус, – ледяным тоном заявил Тоби.

– Огонь не имеет никакого отношения к вашему автобусу, – «перевела» Элен. – Тобик говорит о вещах невероятных, сверхъестественных, кармических, а вы все сводите к бытовым неудобствам.

– Ох, мне, кажется, надо немного проветриться. Разрешите, я отойду освежиться, – разволновалась нервная клиентка и обмахнулась бумажным платочком.

– Подождите! – велел Мирман. – Я сказал еще не все.

– Дослушайте же его, – потребовала Элен. – Пять минут ничего не решают.

По голосу было ясно, что дама ее сильно раздражает. Еще бы! Она не доверяла ее сыночку. Вероятно, чтобы не сказать какой-нибудь резкости, Элен встала и, пробормотав, что скоро вернется, направилась мимо стойки регистрации в глубину помещения. Подчинившись инстинкту, Таня решила пойти за ней. Она двигалась неторопливо и немного помедлила, прежде чем последовать за Элен в неширокий коридор, который, если верить указателю, привинченному к стене, вел к туалетам.

Как только Таня завернула за угол, она увидела, что Элен остановилась и склонилась над сухими цветами, стоявшими в вазах вдоль стены. Сначала она повозилась с одним пучком сухостоя, потом перешла к другому. В воздухе едва уловимо запахло бензином, и в следующую секунду Таня заметила в руках мамаши Мирмана зажигалку.

– Ради бога, не делайте глупостей! – воскликнула Таня, бросилась вперед и схватила Элен за руку. А потом нелюбезно притиснула мамашу колдуна к стене. – Узнаете меня?

Они оказались нос к носу и смотрели друг на друга в упор.

– Вы из поезда! – пискнула наконец потенциальная поджигательница и дрыгнула туловищем, пытаясь освободиться.

Не тут-то было. Таня надавила сильнее, помогая себе коленкой, словно хотела приклеить Элен к обоям, украшенным мелкими цветочками.

– Значит, говорите, огонь не имеет никакого отношения к бытовым неудобствам? Хотели дождаться, когда эта дуся из Питера пойдет в туалет, и устроить пожар в гостинице, только бы она поверила пророчествам Тоби, а? Вижу, вас дико волнует репутация сыночка. Готовы рискнуть жизнью пары сотен человек, лишь бы доказать его правоту?

– Да здесь же куча огнетушителей, – запричитала Элен, решив не отрицать очевидное.

– Главное, Тобику ничего не угрожает – он сидит в непосредственной близости от выхода, верно? Вы помешанная мамаша, которая ради счастья сыночка готова на все.

– И что в этом такого-то? – У Элен был оскорбленный вид.

– А теперь признавайтесь, – Таня не обратила внимания на двух мужчин, которые прошли мимо них, недоуменно оглядываясь, – это вы выпихнули моего друга из поезда?!

– А! Так вы – девушка из вагона-ресторана! – воскликнула Элен. Таня была уверена, что этот радостный вопль – всего лишь попытка потянуть время. Наверняка американка узнала ее сразу – ведь с момента их первой встречи прошло не так уж много времени.

– Ваш Тобик сказал в тот вечер, что мне угрожает опасность. И что виной всему – мой друг. И лучше бы его не было со мной рядом.

– Я уже и не помню, что конкретно Тобик тогда говорил...

– Зато я отлично помню, – перебила ее Таня. – Думаю, произошло вот что. Вы прекрасно поняли, что я не желаю слушать вашего сына! Что я ему не верю! И придумали какую-то пакость, лишь бы доказать его правоту.

Таня изо всех сил встряхнула Элен, которую она нелюбезно взяла за грудки – благо бело-розовое одеяние было для этого достаточно пышным. Та громко квакнула и тут же запричитала:

– Я ничего такого не делала!

– А «не такого»? – продолжала напирать Таня. – Говорите, куда вы дели моего приятеля? Что вы с ним сотворили?!

– Это не я! – пискнула Элен. – Я тут ни при чем!

В этот момент в коридоре появилась целая группа женщин, и Таня вынуждена была ослабить хватку. Отпустив свою жертву, она, однако, продолжала удерживать ее на месте, не давая той отлепиться от стены.

– Значит, вы тут ни при чем? А кто при чем? – требовательно спросила она, ощутив сильное волнение и даже азарт.

– Я видела его с какой-то брюнеткой. Была небольшая остановка, и она вывела вашего друга на перрон. Сначала он улыбался, а потом брюнетка ткнула его чем-то в шею, и он сразу обмяк... Ноги его подломились, и он осел на лавочку.

Таня, не ожидавшая ничего подобного, окончательно выпустила Элен из своих рук и теперь ошеломленно смотрела на нее.

– Вы видели, как на моего друга напала какая-то женщина, и не подняли шум? Не пришли ему на помощь? Не сорвали стоп-кран?

– Говорю же вам: он улыбался и явно ее обхаживал. Чего это я буду со стоп-краном баловаться?

– Вы же говорите – он обмяк?!

– С мужчинами иногда такое случается... От избытка чувств.

– Только не с Пожидаевым, – покачала головой Таня. – Обмякнуть он может только от наркоза. Ну-ка, рассказывайте, как выглядела эта брюнетка?

– Красотка, каких поискать. На вас совершенно не похожа. И туфли у нее на высоченных каблуках. Не как у вас. И вообще... Вся она такая загорелая, ладная... Не как вы!