Любовница - Кренц Джейн Энн - Страница 64

В семь часов вечера, сидя за своим рабочим столом в лаборатории, Маркус бился над вопросом, как сделать любовницу женой.

«Вот уж не думал, что придется столкнуться с такой задачей! Создание часовых механизмов, телескопов и гидравлических ручек было в тысячу раз проще…»

Отодвинув тетрадь в кожаном переплете, раскрытую им несколько минут назад, Маркус откинулся на спинку кресла, положил ноги на заваленный бумагами стол и мрачно воззрился на механического дворецкого, которого собрал в прошлом году.

Тот стоял, спокойный и молчаливый, держа в руке серебряный поднос. По прихоти своего создателя автомат был одет в нарисованный черный фрак и белую сорочку. Пытаясь придать своему изобретению максимальное сходство с аристократически надменным Ловеласом, Маркус наделил его холодным взглядом и строго поджатыми, неулыбчивыми губами.

Господи, до чего же проста и понятна была жизнь, пока Ифигиния не вторглась в его столь продуманно устроенный мир! Она явилась внезапно и озарила его небосклон, как мятежная падающая звезда, мчащаяся сквозь ночную тьму. Если он сумеет поймать и удержать ее, она или взорвется ослепительным дождем ярких брызг, или же с ужасным глухим стуком рухнет на землю…

Стук в дверь лаборатории вывел его из глубокой задумчивости.

— Войдите!

— Маркус? — В дверь заглянул Беннет. — Я был уверен, что ты здесь. Работаешь?

— Уже нет. Входи.

Беннет вошел в комнату своей новой походкой смертельно уставшего от жизни человека, закрыл дверь и приблизился к рабочему столу брата. Маркус поморщился: Беннет опять изображал из себя мятежного поэта с пламенно горящим взором. Темные волосы заботливо уложены так, чтобы являть вдохновенный беспорядок. Сорочка свободно распахнута у ворота. Естественно, никаких галстука и жилета.

— Поверь мне, необходимо повязывать галстук перед выходом из дома, — заметил Маркус. — Тебя не пустят ни на один прием, если ты явишься туда, как будто только что вылез из постели!

— Я еще не одевался для вечера. — Беннет подошел к окну и намеренно ссутулился. Данная поза, очевидно, должна была олицетворять скуку. Его неподвижный взгляд, устремленный в сад, был полон уныния.

— Тебе что-нибудь нужно? — наконец подсказал ему Маркус.

Брат исподлобья взглянул на него:

— Я пришел сюда, чтобы сообщить о принятом мною важном решении.

— Собираешься в путешествие на континент? — безо всякой надежды спросил Маркус.

— Я собираюсь просить у Дорчестера руки его дочери Юлианы.

— Черт возьми!

— Маркус, я должен сделать это немедленно! Ради всего святого, неужели ты не понимаешь?! Если я буду ждать до возвращения с континента, Дорчестер сосватает ее другому!

— Только если тебе чертовски повезет.

— Разрази тебя гром! — Беннет стремительно обернулся, лицо его горело воодушевлением. — Я знаю, ты не любишь Дорчестеров, но как можно на этом основании выносить приговор их дочери?! Она совершенно другая!

— Ты так считаешь?

— Она настоящая леди. Непорочная, прелестная, с душою возвышенной и чистой, как… как…

— Как первый снег, полагаю?

— Предупреждаю тебя, Маркус, я не потерплю твоих жалких насмешек над ней! — сжал кулаки Беннет. — Я твердо намерен просить ее руки, ясно?

— Боже нас упаси!

— Знаешь, в чем твоя беда, брат?

— Не сомневаюсь, именно в том, что ты мне сейчас поведаешь, в чем же ей еще быть!

— Ты чертовски циничен! Уже одно то, что ты развлекаешься с распутными маленькими авантюристками вроде твоей миссис Брайт, лишает тебя права судить невиннейшее существо!

Прежде чем Беннет успел что-либо сообразить, Маркус сорвался с кресла, выскочил из-за стола и в два огромных прыжка пересек комнату. Схватив младшего брата за плечо, с силой развернул и притиснул его к стене:

— Не смей называть ее авантюристкой!

— Какого черта?! — в неподдельном изумлении распахнул глаза Беннет. — Она ведь всего-навсего твоя очередная любовница! Это всем известно!

— Она мой очень близкий друг, — поправил его Маркус. — Оскорблять ее — значит оскорблять меня. Ты понял мою мысль?

— Да, черт возьми! — Беннет с опаской посмотрел на старшего брата. — Да, конечно, понял. Я не знал, что тебя это заденет за живое.

Маркус несколько мгновений подержал Беннета прижатым к стене, потом резко отпустил:

— Пожалуй, тебе лучше уйти. Я должен работать, да и у тебя, без сомнения, найдутся дела.

Беннет расправил помятые лацканы, одернул рукава фрака.

— Я приношу свои извинения за оскорбление.

— Извинения приняты. Теперь убирайся.

— Ты не должен винить меня в этом недоразумении. Твои чувства к миссис Брайт неожиданно оказались гораздо сильнее, чем те, что ты обычно испытывал к своим любовницам, — протянул Беннет.

— Тебе лучше поскорее исчезнуть, пока я окончательно не потерял терпение.

Беннет Клауд гордо вздернул подбородок:

— Я все равно не отступлюсь, так и знай! Я попрошу руки мисс Дорчестер.

Маркус пожал плечами:

— Ты уже дал мне понять, что не намерен прислушиваться к моим советам.

— Значит, пожелаешь мне счастья? — закинул удочку Беннет.

— Очень сожалею, но я не смогу сделать этого. — Маркус перевел взгляд на механического дворецкого. — Вряд ли ты будешь счастлив с Юлианой Дорчестер.

— Что ты можешь знать о счастье с женщиной?! — вдруг резко спросил брат. — Ведь ты связал себя столькими идиотскими правилами, лишаясь всех радостей жизни!

— Оставь меня, Беннет.

— С превеликим удовольствием. Обойдусь и без твоих благих пожеланий! — Беннет повернулся к двери. Уже взявшись за ручку, он внезапно остановился:

— Хочешь знать одну вещь, брат? Мне искренне жаль тебя.

— Побереги свою жалость. Она тебе очень пригодится самому, если действительно решишь жениться на Юлиане Дорчестер.

Не говоря ни слова, Беннет вылетел из лаборатории и с такой силой захлопнул за собой дверь, что механический дворецкий зашатался на подставке.

Маркус подошел к своему детищу и щелкнул включателем, приводящим в движение пружины. Механизм заработал, лязгнули и зажужжали шестеренки. Механический человек слепо шагнул вперед, протягивая серебряный поднос. Маркус молча смотрел, как его бездушное создание передвигается по лаборатории.