Кофе с перцем - Красавина Екатерина - Страница 11

— Хорошо, подъезжай ко мне на работу. У нас будет краткое рандеву. Если тебя это устроит — приезжай! Все равно я сегодня приду домой поздно.

— Ты мне пропуск выпишешь?

— Конечно! Не забудь паспорт.

Контора Надин располагалась на Октябрьской. В хорошем двухэтажном особняке. Пару раз Паша был на работе у Надин, поэтому здание он нашел довольно быстро. Но когда Паша миновал охранника, запищал мобильник. Звонила Надин.

— Лучше встретимся в буфете. Я уже спускаюсь туда.

— Идет!

Надин сидела за столиком. Увидев Пашу, она помахала ему рукой.

— Привет, — сказал Паша, подходя к ней.

— Привет!

Бессонная ночь не прошла для Надин даром. Сквозь безупречный макияж просвечивала измотанность и усталость. Ей очень шел темно-синий брючный костюм и ослепительно белая блузка, открывавшая красивый изгиб шеи, но все равно было видно, что Надин не в лучшей форме.

— Хорошо выглядишь!

— Паша, не льсти понапрасну. Как говорил монах Окаяма: «Не умножай сущности без надобности». Я прекрасно знаю, что вид у меня чуть покрасивее крокодила.

— Я искренне, — попробовал возмутиться Паша. Но Надин оборвала его:

— Не растрачивай себя попусту.

— Что будем есть?

— Я ничего не хочу. Зеленого чая здесь нет. Поэтому я буду кофе. Если хочешь, заказывай. Кормят тут отлично. Так что можешь пообедать.

— Да я тоже только что пое… — Паша вдруг подумал, что, растянув процесс поглощения пищи, он может подольше поговорить с Надин. А это как раз и входило в его планы. — Пожалуй, я пообедаю. Аппетит проснулся.

— Вот и хорошо! — с легкой иронией сказала Надин.

Когда Паша через пять минут вырос у столика Надин, в руках он держал поднос, на котором стояла большая тарелка борща, салат «Оливье», куриная котлета «по-киевски» и компот с большой булкой сердечком.

— Я смотрю, ты всерьез проголодался в Турции, — заметила она.

— Точно. Кормили паршиво.

Надин подняла брови, но ничего не сказала.

— Я не вижу моего кофе.

— Ах да! Прости старого идиота. Тебе какой?

— Эспрессо.

Пышная пена покрывала кофе, как снежная шапка — горный пик. Надин пила кофе и время от времени задумчиво посматривала на Пашу, сосредоточенно поглощавшего борщ.

— Ну как? Нашли подходящую кандидатуру на главную роль? — спросил он.

— О чем ты! Это еще предварительные поиски. Надо отобрать не меньше четырех-пяти кандидатур. А потом уже будут отбирать из них. Затем должны сказать свое слово партнеры. Словом, вся тягомотина еще впереди. И все это надо сделать в кратчайшие сроки.

— Но работа над проектом идет давно? — закинул удочку Паша.

— Три месяца.

— А не раньше?

— Что ты имеешь в виду? — чуть нахмурившись, спросила Надин.

— Ты, по-моему, говорила, что он начался больше года назад.

— Разве? Я не могла этого сказать!

— Извини, я не так понял, — сказал Паша и снова уткнулся в свою тарелку.

— Надюша! Расслабляешься? — Около их столика остановился молодой человек лет двадцати с небольшим. С русыми кудрявыми волосами. В глаза бросался яркий желто-зеленый платочек, обвивший его шею, как экзотическая змея.

— А… Денис. Мой шеф. Познакомьтесь. Денис, главный консультант по кастингу. Паша, мой друг.

— Друзья Надюши — мои друзья. Можно присесть? — и, не дожидаясь ответа, Денис плюхнулся на стул около Надин. — Не помешаю? — спросил он, оборачиваясь к Паше.

— Нисколько, — как можно суше сказал он.

— Ну и отлично! Я хотел с тобой поговорить, — он уже повернулся всем корпусом к Надин. Паша явно и бесповоротно выпадал из их компании. — Ты знаешь, Васин как взбесился! Говорит, что контракт под угрозой. И он увольняет нас всех к чертовой матери!

Надин беспечно отмахнулась.

— Такие разговоры ведутся чуть ли не каждый день. Поорет, и успокоится.

— На этот раз, кажется, все серьезно.

— Не думаю.

— Кстати, сколько у нас сейчас кандидатур на очереди? — спросил Денис.

Надин отодвинула чашку кофе. Паша весь превратился в слух и внимание.

— На сегодня? — переспросила девушка. Денис утвердительно качнул головой.

— Три. Вероника Полетаева, Милена Симонова и Вера Барышева, — сказала Надин.

— Мало!

— Немного, — согласилась Надин.

— На следующей неделе приезжают американцы.

— Это уже окончательная информация?

— Да. Последняя и окончательная. Только что в дирекцию пришел факс. Я оттуда. Сама понимаешь, что это значит?

— Понимаю. Денис, ты пришел ко мне как официальное лицо? И просишь меня удвоить, утроить мои старания? Или пришел просто поделиться информацией, которой владеешь?

Паша в который раз восхитился умению Надин ставить точки над «и».

— Надюш, как можно! — поднял вверх руки Денис. — Я просвещаю, как у нас на сегодня обстоят дела. Обстановка накалена, и главный мечет икру, он боится, что в любой момент проект сорвется.

— Ясно. Сигареты есть?

Денис похлопал себя по карманам светло-желтой рубахи.

— Есть. Даже зажигалка имеется.

Надин взяла сигарету и закурила. Паша подумал, что она стала слишком часто курить.

— Я все поняла. Можешь не беспокоиться, — сказала она.

— Я знаю, что ты у нас девочка умная, — хохотнул Денис.

Паше захотелось взять его за шкирку и дать пинка под зад или удавить шейным платочком. «У меня уже развивается творческое мышление, — с иронией подумал Паша. — Я продумываю различные комбинации поведения в отношении хама: задушить, избить, зарезать».

Надин никак не отреагировала на эту реплику.

Денис обвел глазами буфетный зал.

— Не буду вам мешать, — сказал он, поднимаясь со стула. — Приятного аппетита. Пока, — кивнул он Надин.

— Пока, — процедила она сквозь зубы. — Приспособленец и подхалим, — сказала Надин, когда Денис отошел на приличное расстояние.

— Но ты же сама говорила, что только такие и выживают в наше время.

— Естественно! Кроме того, он хороший профессионал. И работает не только с Васиным. Он и у Других режиссеров нарасхват.

— Так на что же ты жалуешься?

— Я? Жалуюсь? — Надин рассмеялась тихим смехом. — Я просто констатирую факт. И все. Это он изящно намекнул, чтобы я вовсю старалась. Иначе меня ждет выволочка. Васин не хочет впрямую ни с кем портить отношения, вот и посылает своих эмиссаров.

— Ты же сама говорила, что Васин — небожитель, а тут он, получается, снисходит до тебя.

— Да, он — небожитель, но он также и диктатор. Жесткий умный человек, а такие во всем держат руку на пульсе. Он во все вникает, и ему до всего есть дело. Иначе он не смог бы руководить студией. И Союзом кинематографистов. Стоит кому-то передоверить дело, как оно молниеносно развалится. Эту истину знает каждый уважающий себя руководитель.

— Как у вас все тонко! — поддел ее Паша. Но Надин не восприняла его шутливого тона.

— Мне пора! — заявила она.

— Как, уже все?

— Все. Это был мой маленький технический перерыв.

— Жаль!

— Еще встретимся на неделе.

— Обязательно.

— Я позвоню.

Паша встал и чмокнул Надин в щечку. Она улыбнулась краешками губ.

— Пока. Дай свой пропуск отметить. — Надин посмотрела на наручные часы. — Сейчас четыре часа. — Она поставила подпись и передала пропуск Паше. — Все. Ты свободен.

Надин ушла легкой, стремительной походкой, оставив после себя слабый запах цветочных духов.

Паша сидел, съежившись над тарелкой, и грустно размышлял. Сыщик из него — никакой. Он не смог расспросить Надин о Марголиной, узнать о ней какие-нибудь нужные и полезные ему факты. Просто тюфяк какой-то и мямля! В свое оправдание он решил, что в разгар его беседы с Надин приперся Денис и нарушил их общение. Не задавать же вопросы о Марголиной при Денисе. Это был бы верх глупости. Так что не так уж он и виноват. Если бы не назойливый Денис, то, может, он и выудил бы у Надин нужную ему информацию.

С отвращением посмотрев на сдобную плюшку, Паша почувствовал, что наелся до отвала. И не может проглотить больше ни кусочка. Паша встал из-за стола и с тоской подумал, что эта запутанная история требует, очевидно, других мозгов и сноровки. Не его, не Пашиных.