Соблазненная - Холденс Шарон - Страница 22

— А чем она сейчас занимается?

— Детишек воспитывает… Ты любишь детей? — полюбопытствовал он, поднимаясь по мраморным ступенькам.

— В жареном виде или в вареном? — уточнила Уинни.

— Я серьезно, — сказал англичанин.

— Как говорится, дети — цветы жизни… лишь бы цвели не на твоем подоконнике, — помедлив, ответила Уинни.

— Я тоже раньше так рассуждал, — понимающе кивнул Джаред. — А в один прекрасный день ты вдруг понимаешь, что неплохо было бы обзавестись собственным «букетом».

Уинни изумленно захлопала глазами. Нежданное признание застало ее врасплох.

— У меня никогда не будет детей, — заявила она.

— Почему ты так уверена? — усмехнулся ее спутник.

— Знаю доподлинно.

Уинни не сочла нужным вдаваться в объяснения. Она сказала то, что сказала. И довольно. А если Джаред ей не поверил — что ж, это его проблемы.

7

Секунду-другую Джаред пристально вглядывался в лицо собеседницы. Затем надавил на кнопку звонка.

Дверь открыла женщина чуть старше Уинни, в модном сарафане и в переднике. Пышные рыжие волосы рассыпались по плечам. Вздернутый носик украшали золотистые веснушки. Она казалась слегка усталой, но при виде Джареда лицо ее просияло радостью.

— Ну наконец-то! — Она порывисто обняла гостя и чмокнула его в щеку, а потом обернулась к Уинни. — А вы, должно быть, новый младший редактор «Коринны», так? Приятно с вами познакомиться. Заходите скорее, только об игрушки не споткнитесь.

Хозяйка ввела гостей в просторную прихожую, где по всем углам валялись детали игрушечной железной дороги, и громко воскликнула:

— Эгей, мальчики, дядя Джаред приехал!

В следующее мгновение по лестнице кубарем скатились два совершенно одинаковых, одетых в пижамы малыша. Джаред, нагнувшись, подхватил обоих на руки. Те завизжали от удовольствия.

— Чур, мы играем в поезд! — закричал один.

— Нет, строим палатку! — потребовал второй.

— Подушками кидаемся! — добавил первый.

— Покатаемся на «тарзанке»! — не отставал второй.

Близнецы взахлеб перечисляли возможности, открывшиеся с приездом «дяди Джареда». Но тут в ликующий дуэт вклинился решительный голос матери:

— Хватит, мальчики, прекратите! Дядя Джаред идет ужинать. А вы марш в постель!

— У-у-у! — разочарованно протянули малыши, разом помрачнев.

— Слышали, что мама сказала? — погрозил пальцем гость, опуская близнецов на пол. — Но если вы окажетесь в постелях раньше, чем я досчитаю до пяти, то я расскажу вам страшную историю про старушку, которая однажды возвращалась домой через кладбище…

— Честно-честно?

— А привидения там есть?

Две пары голубых глаз округлились от любопытства.

— Раз… два… — медленно начал Джаред. Близнецы опрометью взлетели по лестнице — так быстро, как только позволяли их коротенькие ножки.

— Зря ты их балуешь, — смущенно улыбнулась Джудит.

— Да мне самому в удовольствие. — Джаред вопросительно взглянул на Уинни. — Ты не возражаешь?

Та покачала головой. Хозяйка дома казалась на удивление приветливой и милой.

— Мы тут пока девичник устроим, — лукаво подмигнула Джудит. — Потолкуем по душам.

— Насчет журнала, надеюсь? — уточнил Джаред.

— О чем же еще? — Однако в голубых, в точности как у близнецов, глазах Джудит так и плясали бесенята.

На верхней ступени лестницы вновь появилась одетая в пижаму фигурка.

— А пять уже было?

— Шшш, малышку разбудите, — предупредила мать.

— Иду, Ронни, иду. — И, перепрыгивая через две ступеньки, Джаред направился в детскую.

— В толк взять не могу, как это у него получается! — Джудит проводила гостя восхищенным взглядом. — Джаред никогда их не путает. При том что различить близняшек не в силах даже родная бабушка!

Уинни вполне понимала старушку. На ее неискушенный взгляд, мальчики походили друг на друга как горошины в стручке.

— А Джаред с ними часто видится?

— Старается как может. — Джудит смешно наморщила нос. — Но у бедняги такой напряженный график… Мальчишки его просто обожают. Джаред их крестный.

— Ах, вот как! — Наверное, поэтому они зовут его дядей.

— Послушайте, может, нам перебраться в кухню? — предложила Джудит. — Я бы как раз ужином занялась.

— Вам помочь? — охотно откликнулась Уинни. — Кухарка из меня никудышная. Но почистить картошку я могу.

— Спасибо, не нужно, — благодарно улыбнулась Джудит. — Все уже сделано. Нужно лишь приглядеть за кастрюлями и сковородками. Нынче у нас курица по-провансальски, надеюсь, вам понравится.

— Звучит ужасно соблазнительно, — облизнулась Уинни. — Верх моего кулинарного искусства — это кусок пиццы, разогретый в духовке, и сандвичи с сыром.

— О, да вы просто героиня! — рассмеялась Джудит. — Сама я в старые добрые журналистско-незамужние времена питалась исключительно чипсами и хот-догами. Мне казалось, жизнь и так коротка — не хватает провести лучшую ее часть у плиты!

— Точно! — заговорщицки подмигнула ей гостья.

— Что за ирония судьбы, — задумчиво продолжала Джудит. — Днем я писала статьи про изыски восточной кухни, а вечером возвращалась в замусоренную до потолка комнатушку и ужинала купленным по дороге гамбургером!

Рассмеявшись, Уинни обвела взглядом кухню — просторную, светлую, отделанную буком и оснащенную всеми чудесами современной техники.

— Зато сейчас у вас просто очаровательно! — похвалила она.

— Все дело в средствах, — кивнула Джудит, помешивая в кастрюльке. — У семьи моего мужа денег куры не клюют. А вы, я так понимаю, только-только вступаете в гнусный мир интриг и заговоров, иначе называемый «редакция дамского журнала»?

— Ну, посвящение я уже прошла.

Непроизвольно поморщившись, Уинни вкратце описала свое знакомство с редакционной коллегией. Джудит сочувственно вздохнула. Похоже, в журналистских кругах стервозность Розмари Ферьер стала притчей во языцех.

В свою очередь Джудит рассказала гостье о своей работе в штате журнала, очень похожего на «Коринну». Понятно, что за один вечер она не сумела бы обучить коллегу специфике дамского журнала: здесь требовался и многолетний опыт, и врожденная склонность. Однако для того, чтобы произвести нужное впечатление и «выдержать» роль в течение нескольких дней, Уинни узнала достаточно.

— Вы отлично справитесь! — ободрила гостью Джудит. — А если вам понадобится совет-другой, так я всегда в вашем распоряжении, если только подгузник не меняю. — В голосе молодой женщины отчетливо прозвучала нотка грусти.

— А давно ли вы бросили работу? — не удержалась от вопроса Уинни.

— Близнецам как раз пошел третий год… — Джудит на минуту призадумалась. — Когда же это было? Получается, больше двух лет назад. Я усиленно совмещала семью и карьеру, считая, что могу все, пока в один прекрасный день не осознала, что не получаю ровным счетом ничего, кроме ежеминутных огорчений и стрессов.

— Похоже, такова современная тенденция. Женщины заново переосмысливают, чего же на самом деле хотят от жизни, — сочувственно кивнула Уинни. — Сама я обожаю работу, но думаю, что в вашем положении тоже оказалась бы перед выбором. И дом, и семью, и карьеру я просто не вытяну.

— Какое-то время справляешься, — сказала Джудит. — А потом энергия иссякает, голосистые младенцы словно по волшебству превращаются в разговорчивых двухлеток, вполне способных рассказать, как им плохо, когда мамочка уходит на работу. Няня ни с того ни с сего выскакивает замуж прямо вот завтра, без предупреждения, а сама ты мечтаешь еще об одном ребенке, хотя и с первыми двумя едва справляешься. Вот и оказываешься у черты… Мне еще повезло: перед нами хоть денежный вопрос не стоит.

— И все-таки по работе вы скучаете, — понимающе вздохнула гостья.

— Иногда, — призналась Джудит, подливая масла на сковородку. — Когда близнецы устраивают кавардак, а малышка все плачет и плачет и не засыпает, потому что простужена…

— А тут еще чужих к ужину приводят, да? — сокрушенно предположила Уинни.