Государство страха - Крайтон Майкл - Страница 103

– Можете снять пломбы с самолета.

Те растерянно переглянулись.

– Мистер Ловенштейн?..

– Минутку, черт побери. Одну минуту! – пробормотал Ловенштейн и зашагал к офисному зданию, прижимая к уху мобильник.

– Открыть самолет! – приказал Кеннер. Достал бумажник и продемонстрировал охранникам жетон.

– Слушаюсь, сэр, – хором ответили охранники. Тут подъехала еще одна машина, из нее вышли Сара и Энн Гарнер.

– Из-за чего шум, а драки не видно? – шутливо спросила Энн.

– Так, маленькое недоразумение, – ответил Кеннер. И представился даме.

– А я знаю, кто вы. – На этот раз в голосе миссис Гарнер звучала плохо скрываемая враждебность.

– Так я и думал, что знаете, – улыбнулся ей Кеннер.

– И должна сказать, – продолжила неугомонная дамочка, – что именно люди, подобные вам, хитрые, беспринципные и абсолютно аморальные, загрязняют нашу планету. И уже превратили ее в мусорную свалку! Я человек прямой, всегда говорю то, что думаю. И вы не нравитесь мне, мистер Кеннер. Не нравитесь лично вы, то, чем вы занимаетесь на этой земле, то, за что вы стоите.

– Любопытно, – протянул Кеннер в ответ. – Знаете, возможно, нам с вами стоит встретиться еще раз и подробно и спокойно выяснить, что именно не так с нашей окружающей средой, а также кто именно ответственен за ее загрязнение.

– Когда вам будет угодно, – сердито ответила она.

– Значит, договорились. У вас юридическое образование?

– Нет.

– Тогда, наверное, вы ученый?

– Нет.

– Чем же в таком случае вы занимаетесь, позвольте спросить?

– Раньше работала продюсером в документальном кино. Затем работу пришлось отставить и посвятить все время семье.

– Ага…

– Но я очень предана делу защиты окружающей среды, была такой всю свою жизнь, – сказала Энн Гарнер. – Читаю все подряд. Читаю раздел «Наука» в «Нью-Йорк Тайме» каждый вторник от корки до корки. Ну и «Нью-Йоркер», разумеется, и «Нью-Йорк Ривью». Я прекрасно обо всем информирована.

– Что ж, – заметил Кеннер, – в таком случае с особым нетерпением буду ждать нашей беседы.

К воротам подъехали пилоты; ждали, когда им откроют.

– Думаю, через несколько минут мы можем вылететь, – сказал Кеннер. И обернулся к Эвансу:

– Не мешало бы сходить и посмотреть, как там обстоят дела у мистера Ловенштейна.

– Хорошо, – кивнул Эванс. И направился к офисному зданию.

– Думаю, вы уже поняли, что мы летим с вами, – сказала Кеннеру Энн. – Я и Тед.

– Буду просто счастлив, – ответил тот.

Эванс нашел Ловенштейна в небольшой комнате отдыха для летчиков, он сидел за телефоном.

– Но я ведь уже объяснил вам, этот тип хочет видеть документацию! – почти кричал Ловенштейн в трубку. Затем после паузы добавил:

– Послушай, Ник, мне вовсе не хочется терять из-за этого лицензию. У парня диплом юриста из Гарварда.

Эванс демонстративно постучал в дверь.

– Ну, все в порядке? Мы можем вылетать?

– Минутку, – сказал в трубку Ловенштейн и прикрыл ее ладонью. – Вы собираетесь вылететь прямо сейчас?

– Да, именно. Ну разве что помешают те документы, о которых шла речь…

– Там произошла небольшая путаница. Относительно статуса имущества Мортона…

– Тогда мы летим, Херб.

– Ладно, ладно.

Он вновь заговорил по телефону.

– Они улетают, Ник, – бросил он в трубку. – И если хочешь их остановить, делай это сам.

Все уже заняли места в салоне. Вошел Кеннер, раздал каждому по листку бумаги.

– Что это? – спросил Брэдли и покосился на Энн.

– Письменное предупреждение, – ответил Кеннер.

Энн стала читать вслух:

– «…не несет ответственности в случае смерти, серьезных телесных повреждений, потери трудоспособности, расчленения…». Расчленения?

– Да, именно, – кивнул Кеннер. – Это чтоб вы поняли, в какое опасное место мы отправляемся. А потому искренне советую вам обоим отказаться от этой затеи. Но если вы склонны проигнорировать мой добрый совет и по-прежнему настаиваете, то должны подписать эту бумагу.

– А куда мы летим? – осторожно спросил Брэдли.

– Этого сказать не могу. До тех пор, пока самолет не окажется в воздухе.

– Но почему там опасно?

– У вас что, проблемы с подписанием? – спросил Кеннер.

– Черт… Нет, конечно, – пробормотал Брэдли. И нацарапал свою подпись в нижней части листа.

– Энн?

Та явно колебалась. Потом закусила нижнюю губку и тоже черкнула свою подпись.

Пилот закрыл двери. Взревели моторы, и самолет вырулил на взлетную полосу. Стюардесса спросила, не желают ли они выпить.

– Мне, пожалуйста, «Пулиньи-Монтраше», – сказал Эванс.

– Куда мы летим? – нервно осведомилась Энн.

– На один островок у берегов Новой Гвинеи.

– С какой целью?

– Там у нас возникла одна проблема, – ответил Кеннер. – И мы должны ее решить.

– Нельзя ли поподробней?

– Не сейчас.

Самолет набрал уже достаточную высоту, пробил толщу облаков над Лос-Анджелесом и, взяв курс на запад, полетел над Тихим океаном.

В ПУТИ

Сара ощутила облегчение, когда Дженифер Хейнс поднялась и прошла в переднюю часть салона передохнуть, где тут же крепко уснула. Но Сару продолжало беспокоить присутствие на борту этой парочки, Теда и Энн. Разговоры постепенно прекратились, Кеннер вообще всегда был немногословен. Брэдли мною пил. Потом наклонился к Энн и прошептал:

– Надеюсь, ты уже поняла, что мистер Кеннер не верит в то, во что верят все нормальные люди. Даже в глобальное потепление не верит. И в Киотский протокол.

– Ну, ясное дело, что он не верит в Киотский протокол! – сказала Энн. – Ведь он защищает интересы крупных промышленников. Нефтяных и угольных компаний.

Кеннер спорить не стал. Молча протянул ей свою визитку.

– «Институт анализа рисков», – прочла вслух Энн. – Это что-то новенькое. Что ж, добавлю к списку всех этих крайне правых фронтов и организаций.

Кеннер снова промолчал.

– Потому что все это – чистой воды дезинформация, – сказала Энн. – Все эти исследования, пресс-релизы, плакаты, веб-сайты, организованные кампании. За всем этим стоят большие деньги. И еще позвольте донести до вашего сведения следующее: промышленники были потрясены, когда США не подписали Киотский протокол.

Кеннер лишь потер подбородок и опять промолчал.

– Наша страна больше других загрязняет среду, а правительству на это плевать.

Кеннер невозмутимо улыбался.

– И вот теперь Соединенные Штаты стали международной парией, изолировались от всего остального мира. И заслуженно презираемы за то, что отказались подписать Киотский протокол, отказавшись тем самым от решения проблемы глобального, мирового масштаба.

Она еще довольно долго продолжала в том же духе, обвиняя Кеннера и ему подобных во всех мыслимых и немыслимых грехах. И в конце концов это ему надоело.

– Расскажите-ка мне об этом Киотском протоколе, Энн. Почему мы должны были его подписать?

– Почему? Да потому, что у нас есть моральные обязательства присоединиться ко всему остальному миру в борьбе с выбросами в атмосферу углекислого газа. С целью довести их до уровня 1990 года и даже ниже.

– Ну и что толку было бы от подписания этого договора?

– Весь мир сразу бы почувствовал это. Это помогло бы снизить глобальные температуры в 2000 году.

– На сколько?

– Не понимаю, о чем это вы?

– Не понимаете? А ведь цифры эти хорошо известны. Соблюдение условий протокола позволило бы снизить средние глобальные температуры на 0,04 градуса Цельсия к 2100 году. На четыре сотых градуса. Стоит ли того обедня? Станете ли вы оспаривать это утверждение?

– Конечно, стану! Сколько, вы сказали? Сотые доли градуса? Это просто смешно!

– Так вы убеждены, что соблюдение условий Киотского протокола даст куда более значимые результаты?