Клановое проклятие - Ковальчук Игорь - Страница 64

– Поеду. А рассказать… Ну представь себе, что у меня начались проблемы с конкурентами.

– А, у тебя проблемы с бизнесом.

– Вроде того.

– Ну, раз проблемы с бизнесом, то можно поехать отдыхать в деревню. Это совсем дешево.

Мэрлот не выдержал и рассмеялся. Напряжение, владевшее им уже не один день, отпустило, и патриарх почувствовал, что теперь, когда все уже запущено и изменить ничего нельзя, остается только расслабиться. Что бы ни было – пусть будет, лишь бы поскорее. И непринужденность, улыбчивость, некоторое показное легкомыслие помогут убедить окружающих, в честности законников, что ничего тут не намечается, что они могут быть совершенно спокойны.

Метрополия Даймен располагалась на каменистом берегу северного моря, где вечно, даже зимой, шумели волны и били в огромные темно-серые валуны и неприступные скалы. У самого побережья проходило теплое течение, которое не позволяло морю замерзать даже в самые суровые морозы. По мнению Илвара Варлэйра, здесь и летом-то было слишком холодно – когда он вышел из портала, в первую же минуту ему больше всего захотелось во что-нибудь закутаться. Пронзительный ветер прохватил его до костей. Он тут же покосился на спутницу, одетую еще легче, чем он, и, вздрогнув всем телом, все-таки попытался закутать ее в свою куртку поплотнее.

Но Рейн Шени решительно отстранила его руку. Она скинула куртку и вернула ее хозяину, осталась в одном тонком пеньюаре, который не то, что от ветра – от солнца бы не защитил. Тонкий шелк взлетал под каждым порывом ветра, но холод, казалось, вовсе не тревожил девушку. Она спокойно посмотрела на Илвара и пригласила его посетить метрополию. Впрочем, молодой Дракон Ночи и не собирался сбегать отсюда, ему было очень интересно.

Перед ними, в полутысяче метров, тянулась высоченная серая каменная ограда, сложенная из больших булыжников, у подножия которой земля была заткана стволиками и ветвями северного вечнозеленого хвойного растения, которое, похоже, предпочитало расти лежа. Сейчас, по теплому времени, стволики приподнялись, но и теперь было заметно, что к небу оно не тянется, а предпочитает льнуть к земле. По камням ползли моховые пятна, но высоко не забирались, и, похоже, зимой укрывались под снегом, как и это странное хвойное растение.

В каменной стене имелись ворота, высокие и гордые, отделанные резными фигурками рыб. Рейн заторопилась к ним, Илвар пошел за нею. Он не выдержал, все-таки надел куртку, потому что терпеть холод не привык. Ворота были распахнуты. Да и вряд ли в защите метрополии играло какую-то роль это витое украшение, наверняка на нем имелась и какая-то сильная магия, при необходимости создающая настоящую броню. Изысканная ковка, почему-то нисколько не страдающая от влажности и соленого морского ветра, казалось, вырастала прямо из травы. Единственным признаком настоящей цивилизации в пределах досягаемости человеческого взгляда была только мощенная камнем дорога, ведущая от крыльца огромного здания метрополии сквозь ворота и прочь, в ложбину между двумя скалами, да пара автомобилей у ступеней метрополии.

Вокруг царила тишина, почти полное безлюдье, только две женщины возились в цветнике, чудесным образом разбитом на скалах. Удивительная красота полярного сада, окружающего метрополию Даймен, поразила Илвара. Монументальное здание с пятью этажами в главном корпусе и с четырьмя – в боковых крыльях, буквально утопало в зелени, правда, низкорослой. Что тут только ни росло – странные цветы, кустарники и деревья, по высоте сильно уступающие кустарникам, и сотни разновидностей мхов, как цветных, так и зеленых, как способных цвести, так и больше похожих на густой покров плотно растущих бок к боку карликовых кипарисов.

А если дополнить, что красоту эту разнообразили валуны самых разных размеров и форм, ручейки, пока еще не скованные холодом, озерца и даже каскады, то зрелище получалось поистине чарующее. Дракон Ночи настолько увлекся садом, что Рейн пришлось за руку втащить его на ступени метрополии, а потом и внутрь.

В здании оказалось прохладно, но уже терпимо. Своеобразное оформление помещений немного напоминало природные пещеры, только по капризу природы созданные правильными. Из круглой залы, для пущей схожести украшенной настоящими сталактитами (впрочем, эти соляные столпы нисколько не мешали двигаться), самые обычные двери вели в самые обычные офисные анфилады, снабженные всем, что только может пожелать сердце офисного работника. Любая метрополия служила в первую очередь административным целям, и лишь во вторую очередь – жилым, ведь представители клана большую часть времени жили в собственных домах и квартирах.

Здесь, в метрополии клана, можно было обсудить любой вопрос, подать прошение или жалобу, оставить свои предложения или же получить пояснения – как связаться с тем или иным представителем клана, где тот находится. Разумеется, именно здесь можно было встретиться и с патриархом клана. Метрополии, как правило, были оснащены всем необходимым для обороны, содержали лаборатории и служебные помещения, а также офисы всех компаний, так или иначе принадлежащих клану.

А уж проблему жилья для представителей клана на землях метрополии каждый Дом решал по-своему. Чаще всего жилища строились в строгом соответствии с традициями, к примеру, Накамура обитали в небольших, легких одноэтажных домах, где ширм было гораздо больше, чем стен, Айрдана строили массивные деревянные строения, где два этажа жилых комнат кольцом окружали главную залу, и непременно с каменным очагом, и так далее. Илвар пылал от нетерпения посмотреть, как же именно живут Даймены.

Рейн оставила его в зале со сталактитами ненадолго. Казалось, она исчезла лишь на миг, и снова выглянула из красивой деревянной двери, прячущейся между двумя высокими, но узкими глыбами горного хрусталя, наполовину вделанными в стену. Махнула было спутнику рукой, мол, иди сюда, но тут, обогнув ее, в зал влетела высокая крепкая женщина с густыми русыми волосами, с длинном зеленоватом одеянии с золотым поясом. Решительная и властная, она держалась здесь хозяйкой, и только поэтому Илвар сумел догадаться, что имеет дело с матриархом. Поэтому, да еще оттого, что вспомнил, как говорили: леди Рун Мэйх единственная из женщин клана Даймен, кто красит волосы. На самом-то деле от природы она обладала темно-синими волосами, но почему-то стеснялась этого цвета.

– Это вы – Илвар? – спросила Рун Мэйх. – Да-да, Рейн мне все рассказала. Вы похитили ее из метрополии законников. Скажите, это – какой-то акт вашего клана? Драконы Ночи собираются нести за это ответственность?

– Уверяю вас, Эндо даже не знает, что я предпринимал подобное, – поспешил Илвар. – Наш клан тут ни при чем. Я сам…

– Это большой риск, молодой человек.

– Я не думаю, что вашему клану в данном случае что-нибудь угрожает.

– Разумеется, нет, – Рун Мэйх всплеснула руками. – Вы думаете, я вас в чем-то обвиняю? Ничуть. С меня довольно, что нашего участия тут нет, и доказать его Блюстители Закона не смогут, – она оглянулась на Рейн Шени. – Идемте ко мне в кабинет. Чаю?

– Не откажусь.

Кабинет матриарха представлял собой целую анфиладу кабинетов, годных для любого случая. Здесь была и комната с компьютером, телефоном и удобным мягким вертящимся креслом у стола, и зал для заседаний, где стояли огромный стол и около двух десятков стульев, и зальца с камином и мягкими креслами вокруг стеклянного столика – для более приватного разговора. Именно сюда она привела Илвара, да еще мигнула слуге, и через пару минут на столике был сервирован вполне приличный чай и кое-что к нему.

Дракон Ночи с любопытством присматривался к Рун Мэйх. Матриархов в Асгердане вообще-то было немного, всего три, да еще три матриарха в клане Спектральной Аркады, которые все-таки не считались настоящими матриархами, потому что глав в этом клане было девять, и ни один из девяти не нес на себе полную ответственность. Даже в Совете Дом Спектральной Аркады имел только одно место и один голос. Еще Рун Мэйх была замечательна тем, что возилась с огромным, в полторы тысячи человек, семейством, где ни один представитель не являлся ее прямым потомком. Родственная связь имелась, конечно, все это были отпрыски ее брата, неведомо где бродившего (в Центре его почти никто не знал).