Шалун в ее постели - Джеффрис Сабрина - Страница 7

— Дело не в качестве пива. Оно-то у вас и впрямь отменное, — проговорил Джаррет со снисходительной улыбкой, так хорошо ей знакомой после общения с пивоварами-мужчинами из Бертона.

Аннабел с вызовом вскинула подбородок.

— Значит, дело в том, что я — женщина? Вы это хотите сказать?

— Нет, все дело в том, что вы — пивовар. А пивовары дальше своего носа не видят. Создай превосходное пиво, они считают, что этого вполне достаточно. Но есть еще другие факторы, кроме качества эля. Уверен, что ваш брат это понимает, поэтому и не пришел ко мне сам.

— Он не пришел, потому что болен! — воскликнула Аннабел.

— Но почему же тогда он не написал мне рекомендательное письмо, в котором мог бы представить вас как своего компаньона?

Аннабел невольно вздохнула. Конечно же, Хью этого не сделал. Он думал, что они с Сисси отправились в Лондон, чтобы присмотреть школу для Джорди.

— Мой брат слишком тяжело болен, — сказала она. — Он не мог даже написать.

При этих ее словах лорд Джаррет взглянул на нее с некоторым удивлением.

— Неужели настолько болен?

Весьма раздосадованная недоверием собеседника, Аннабел решила сменить тактику.

— Как человек, много играющий в карты, вы, очевидно опасаетесь делать серьезные вложения, не так ли?

Лорд Джаррет поморщился и проворчал:

— Похоже, о моей репутации знает вся Англия.

— Я вовсе не считаю, что у вас такая уж дурная репутация, сэр, — заявила Аннабел. — Я совсем о другом… Очевидно, вы и за карточным столом не способны на риск — вот что я хотела сказать.

К ее удивлению Джаррет расплылся в улыбке, явившей две очаровательные ямочки на щеках.

— Ах, моя дорогая мисс Лейк, поверьте, подобная тактика способна повлиять на вашего незадачливого брата, но не на меня. Ведь у меня есть еще две сестры, поэтому я не могу пускаться во всякого рода авантюры. Слишком велика ответственность, понимаете?

— Полагаю, ваша бабушка усмотрела бы выгоду в моем плане, — заметила Аннабел. — Да-да, ваша бабушка все прекрасно поняла бы.

При этих ее словах улыбка Джаррета тотчас погасла. Он приблизился к ней почти вплотную и отчетливо проговорил:

— Моя бабушка в данный момент не управляет компанией. Но я сомневаюсь, что она и в другой ситуации одобрила бы ваш план.

Аннабел фыркнула и пробурчала:

— А почему вам не спросить ее об этом?

— Мне нет нужды ее спрашивать! — отрезал Джаррет.

— Но вы же сами сказали, что находитесь здесь всего неделю и все еще знакомитесь с положением дел. Возможно, вы ошибаетесь. Поэтому мне хотелось бы узнать мнение вашей бабушки. Она сама могла бы сказать, что пивоваренная компания Пламтри не заинтересована в моем предложении, и тогда я уехала бы домой. Так вы спросите ее?

Лорд Джаррет вздохнул, потом решительно заявил:

— Нет-нет, это невозможно. В данный момент она…

— Да, уже знаю, — перебила Аннабел. — В данный момент она недоступна. Очень удобное выражение. Но имейте в виду, сэр, вы упускаете прекрасную возможность хорошо заработать. Упускаете только потому, что не желаете себя утруждать. Интересно, что бы сказала ваша бабушка, если бы узнала об этом?

— Угрозами меня тоже не пронять, мисс Лейк. А теперь, если позволите…

Он направился к двери, и Аннабел в панике воскликнула:

— Ах, подождите, милорд! — Судорожно сглотнув, она продолжала: — Видите ли, милорд, «Лейк эль» находится в весьма затруднительном положении, и все, о чем я прошу… Не могли бы вы ознакомить с моим предложением свою бабушку? Ну неужели это так трудно? Ведь если «Лейк эль» разорится, то человек сорок потеряют работу. Конечно, и моя семья пострадает, так что я…

Он обернулся к ней и спросил:

— Вас удовлетворит, если я сообщу бабушке о вашем предложении?

Аннабел энергично закивала:

— Да-да, милорд, разумеется. Хотя, возможно, было бы лучше, если бы я…

— Нет-нет, никаких «лучше». — Он покачал головой. — Однако я сообщу бабушке о вашем предложении сегодня же вечером. Только имейте в виду: если она откажется в этом участвовать, — в чем у меня нет ни малейших сомнений, — то вы примете ее ответ как окончательный. Это понятно?

После короткого раздумья Аннабел утвердительно кивнула. А что ей оставалось делать? Ведь у нее не было выбора.

Джаррет тут же отворил перед ней дверь и на прощание проговорил:

— Приходите завтра утром, и я передам вам ее заключение. Всего хорошего, мисс Лейк.

Аннабел прикусила губу, чтобы не возмутиться в ответ на столь поспешное и даже грубое выпроваживание. Хотя, с другой стороны, на большее она и не могла бы рассчитывать… Так что оставалось лишь надеяться, что этот человек сдержит слово и выполнит свое обещание.

Но уже через минуту, спускаясь по лестнице, она тихонько пробормотала:

— Наверное, можно и не дожидаться ответа. Ведь и так все ясно…

Аннабел нисколько не сомневалась: этот человек был решительно настроен против ее плана. И в этом не было ничего удивительного — ведь он даже не слышал о бедственном положении Ходжсона! Возможно, он подумал, что она все сильно преувеличивала, пытаясь добиться своей цели.

Но если он всё-таки поговорит со своей бабушкой, то тогда узнает…

Аннабел тяжко вздохнула. Это «если», в сущности, ничего ей не сулило.

Неподалеку от пивоварни она увидела ожидавших ее Сисси и Джорди. Сисси тотчас же подбежала к ней и, задыхаясь от волнения, выпалила:

— Ну как, что она сказала?! Говори же, не молчи! Что сказала тебе миссис Пламтри?!

Аннабел невольно отвела глаза.

— Не знаю, что она сказала бы. Я разговаривала не с ней, а с ее внуком.

— Ты встретилась с одним из них?.. С одним из Шалунов-Шарпов из Холстед-Холла? — Сисси еще больше оживилась. — Дорогая, говори же, рассказывай! С которым из них?!

— С лордом Джарретом… — Аннабел снова вздохнула.

— О, значит, с Игроком?! — Глава Сисси сверкали от возбуждения. — А он и вправду так хорош, как о нем говорят? И действительно ли производит впечатление… столь легкомысленного?

Аннабел пожала плечами:

— Если поразмыслить, то нет, пожалуй. — И это было довольно странно, если учесть многочисленные скандальные истории, которые о нем рассказывали (как он, например, играл однажды двое суток подряд, без сна или же как за час проиграл тысячу фунтов: и как постоянно менял женщин — точно перчатки). Ну… что касается женщин то ничeгo удивительного: с его-то глазами и обворожительной улыбкой можно повергнуть в трепет любую женщину. Но только не ее, разумеется. Еще чего не хватало! — У лорда, Джаррета вид мошенника, — заявила Аннабел и тут же отвела глаза.

— Но тогда почему же его бабушка поручила ему управление своей пивоварней? — удивилась Сисси..

— Ну… наверное, потому, что он мужчина. — Аннабел презрительно фыркнула. — И знаешь, он сказал, что едва ли бабушка заинтересуется моим предложением. Но он сказал, что поговорит с ней на эту тему. Обещал, во всяком случае.

— Думаешь, действительно поговорит?

— Не знаю. Он ужасно противный и высокомерный. Сомневаюсь, что ему можно хоть в чем-то доверять. А вел себя так… как будто я навязывалась.

— Это все потому, тетя Аннабел, что ты не должна была рассказывать ему, что он должен делать, — подал голос Джорди. — Отец всегда говорит, что женщинам….

— Да-да, знаю, что твердит твой отец! — проговорила Аннабел в раздражении. — Он заявляет, что женщинам не место на пивоварне. И что я… — Она умолкла и перевела дыхание. Ее братец говорил, что если она не прекратит таскаться на пивоварню, то скорее всего никто не женится на ней.

Аннабел очень хотелось, чтобы Хью не говорил подобных вещей в присутствии Джорди, — ведь брат прекрасно знал, почему она не выходила замуж. Потому что не хотела оставлять Джорди. Да и как могла она его оставить? Ведь он был ее сыном.

Джорди, разумеется, этого не знал. Не знал, что его отцом был Руперт, жених Аннабел, и что Аннабел родила его вскоре после того, как Руперт погиб в бою. Джорди рос, считая ее своей теткой. И она ничего не могла с этим поделать, если не хотела, чтобы к нему прилипло клеймо незаконнорожденного. Зато могла сделать так, чтобы он рос в любви и заботе, — пусть даже она не была той женщиной, которую он называл матерью. При мысли об этом у нее перехватило горло, и Аннабел с трудом удержалась от слез.