Шалун в ее постели - Джеффрис Сабрина - Страница 27

Аннабел направилась к лестнице, затем, обернувшись, сказала:

— Да, забыла предупредить… Джорди во сне лягается.

— Тогда и мне придется лягаться в отместку, — заметил Джаррет. Мальчик взглянул на него с удивлением, и он со смехом добавил: — Я шучу, парень! Как-нибудь переживу.

И все же он понимал, что ночь у него будет не очень-то спокойная.

Глава 10

Следующие двадцать четыре часа Аннабел провела словно в тумане; едва держась на ногах от усталости, она то выносила ночной горшок, то вытирала полотенцем влажный от пота лоб Сисси. К концу второго дня их пребывания в гостинице она задремала, на стуле рядом с кроватью. А несколько часов спустя проснулась от какого-то скрипа. Оказалось, что Сисси, встав с постели, открывала окно.

— Что ты делаешь?! — воскликнула Аннабел. Она вскочила со стула и направилась к невестке.

— Здесь ужасно душно, — ответила Сисси. — Нам нужен свежий воздух.

Аннабел дотронулась до ее лба и с облегчением вздохнула.

— Слава Богу, дорогая, жар у тебя прошел. Так что все в порядке!

— Только пот все еще льет градом, — пробормотала Сисси. Вернувшись в постель, она натянула на себя одеяло до самого подбородка и похлопала по кровати рядом с собой. — Иди ко мне. Тебе тоже нужно поспать, — Внезапно приподнявшись, Сисси окинула взглядом комнату, затем спросила: — А где Джорди? Все еще в комнате его светлости?

— Да, у него, — ответила Аннабел. — Когда я его в последний раз видела, он казался ужасно усталым, бедняга.

(Джаррет снова заставил ее поесть. И каждый раз, когда она спускалась вниз, чтобы сообщить о состоянии Сисси, он проявлял внимание — даже позаботился о том, чтобы слуги приносили ей чай в номер.)

— А ты не боишься, что Джорди проболтается, расскажет про Хью? — спросила Сисси.

— Конечно, боюсь. — Аннабел вздохнула, укладываясь на кровать. — Но у нас нет выхода, понимаешь? К тому же они уже много часов вместе. И если Джорди собирался что-то выложить, то скорее всего уже выложил. — Она легла на спину и уставилась в потолок. — Возможно, Джаррет все-таки прав… Наверное, Джорди уже достаточно взрослый, так что ему можно было бы кое в чем доверять…

— Джаррет? — переспросила Сисси, многозначительно взглянув на невестку. — Ты сказала «Джаррет»?

На щеках Аннабел вспыхнул румянец.

— Мы с ним… То есть он… В общем, он сказал, что нам не следует держаться столь официально друг с другом. При сложившихся обстоятельствах…

— Правда? — удивилась Сисси.

— Но это совершенно ничего не значит, — поспешно добавила Аннабел. — Да-да, поверь мне. Так что не нужно ничего придумывать на наш счет.

— Почему бы и нет? Тебе давно пора замуж.

— Ты говоришь совсем как Хью, — проворчала Аннабел. — Хотя ты прекрасно знаешь, почему я не выхожу замуж.

— Да, знаю. Но достойный мужчина не отвернется от тебя из-за Джорди и возьмет тебя вместе с ним.

— А ты не будешь скучать по нему? — спросила Аннабел.

— Конечно, буду. Но ему ты такая же мать, как и я. К тому же он сможет навещать нас так часто, как захочет. И если честно… Я всегда считала его твоим.

— Но он-то сам считает тебя своей матерью, — со вздохом пробормотала Аннабел. — Что же касается «достойного мужчины»… Для начала такого человека нужно встретить, не так ли? А его светлость таковым не является — это точно. Чтобы сын маркиза принял побочного ребенка женщины-пивовара?.. К тому же сомневаюсь, что он вообще когда-либо жениться.

Джаррет, по ее мнению, относился к типу соблазнителей. И — о ужас! — она то и дело ловила себя на мысли о том, что ей очень хотелось бы узнать, так ли: он хорош в постели, как в моменты объятий и поцелуев. Да-да, она не могла не признать, что в объятиях этого мужчины, столь восхитительно ласкавшего ее, прямо-таки сгорала от желания. И Джаррет тоже ее желал — она чувствовала это, когда он прижимал ее к себе. Более того, в те мгновения, в его комнате, она, казалось, готова была отдаться ему прямо там, у стены…

Аннабел мысленно застонала. О Боже, она, наверное, сошла с ума! Но так же удалось ему возбудить в ней такие чувства, если никому и никогда после Руперта это не удавалось? Только сейчас, встретив Джаррета, она поняла, как сильно нуждалась в интимных мужских ласках.

Интересно, Джорди догадался, чем они там занимались? И еще ей очень хотелось узнать, о чем они там говорили после ее ухода. Спросить об этом у Джаррета у нее пока не было возможности, но она непременно спросит.

В любом случае было ясно: этот мужчина чрезвычайно опасен. Он пробуждал в ней неистовое желание, и она просто не в силах была сдерживаться, хотя и понимала, что не имела права поддаваться соблазну. Ведь женщины в отличие от мужчин очень рисковали — уж она-то, родившая внебрачного ребенка, прекрасно это знала.

— С чего ты взяла, что его светлость никогда не захочет жениться? — спросила Сисси.

«Потому что он сделал ставку на ночь со мной в его постели. Потому что каждый раз, когда он смотрит на меня, я ощущаю, как горит моя кожа. Потому что с ним я чувствую то, что ни с одним мужчиной… кроме Руперта, никогда еще не чувствовала».

— Все очень просто, — проговорила Аннабел, откашлявшись. — Видишь ли, его бабушка предъявила ему и другим своим внукам и внучкам ультиматум: если не женятся — то лишатся наследства. Но для Джаррета, как говорит его брат, она потом сделала исключение, сказала, что если в течение года он будет управлять их пивоварней, то может не жениться. Поскольку же он принял условия… В общем, думаю, у него сложилось стойкое отвращение к браку.

Сисси с улыбкой воскликнула:

— Но ведь у всех мужчин стойкое отвращение к браку! Однако же…

— У Руперта не было… — перебила Аннабел. Хотя на самом деле она ничего об этом не знала.

— Руперт был мальчиком, а не мужчиной, — мягко возразила Сисси. — Юноши… они порывистые и импульсивные, понимаешь?

Это было чистейшей правдой. Иначе он не сбежал бы от нее на войну, оставив на произвол судьбы. А вот Джаррет не был ни порывистым, ни импульсивным, кроме тех моментов, когда целовал ее и ласкал…

Проклятие, ну почему она никак не может отделаться от этих мыслей?!

— Как бы то ни было, Джаррет не расположен жениться, — заявила Аннабел.

Сисси лукаво улыбнулась:

— Может, ты раньше этого не замечала, но холостяки обычно не соглашаются присматривать за детьми. А вот он согласился. Чтобы помочь тебе, между прочим.

— Но он и тебе помогает, — в растерянности пробормотала Аннабел.

Сисси весело рассмеялась.

— Он не за мной постоянно наблюдает. И неужели ты не заметила, что он всегда хмурится, когда заходит речь о Руперте? И наконец… Не со мной же он флиртует, верно?

— Ты не в своем уме, — пробормотала Аннабел. Но ее сердце гулко застучало. Ах, если бы только Сисси знала!.. — Видишь ли, дорогая, он из тех мужчин, которые флиртуют со всеми молодыми женщинами. Кроме того, он, наверное, полагает, что мы сможем скорее отправиться в путь, если он поможет нам и присмотрит за Джорди. Ведь ему хочется быстрее приступить к осуществлению нашего общего плана… — Она не очень-то верила в то, что говорила, но пыталась внушать себе, что дела обстоят именно так.

Сисси прикрыла глаза и, зевнув, пробормотала:

— Думай как знаешь. Но я чувствую, что у тебя есть шанс, и ты не должна его упускать. Ты ведь не становишься моложе…

— Спасибо за напоминание, — пробурчала Аннабел.

— Не обижайся, дорогая. — Сисси снова зевнула. — Кто же тебе об этом скажет, если не я? — С этими словами Сисси погрузилась в сон.

Аннабел понимала, что ей тоже следовало поспать — ведь неизвестно, что ждало их на следующий день. Но мысли о поцелуях Джаррета мешали уснуть — она снова и снова об этом вспоминала.

Разозлившись на себя, она мысленно воскликнула: «Какая же я глупая! Веду себя как молоденькая девушка, чья голова забита беспочвенными романтическими мечтаниями. Ведь ясно, что ничего хорошего из этого не получится.