Человек под лестницей - Хермансон Мари - Страница 21

Действительно ли это говорит Квод? Чисто, членораздельно… Но какую чушь он несет!

— Поднимись в дом и оставь здесь эту игрушку. Я ее не возьму, не волнуйся. Просто она очень опасна.

Квод повернулся и бросился бежать, а Фредрик очень пожалел о том, что сказал. Для того чтобы попасть на балкон, Кводу придется пройти через их с Паулой спальню. Сама мысль об этом показалась Фредрику неприятной. Он подождал некоторое время и уже почти уверился, что Квод, вероятно, отправился в свою каморку, и перестал опасаться за спальню. Но в этот миг он услышал в спальне шаги.

— Эй! — воскликнул Фредрик, вглядываясь в спальню через балконную дверь.

Прошло какое-то время, прежде чем его глаза адаптировались к мягкому свету спальни: Когда глаза привыкли к полумраку, он заметил Квода, который стоял возле кровати, у той стороны, где спал Фредрик. Он поднял руку, подержал ее, словно в нерешительности, пару секунд над кроватью, а потом опустил ладонью вниз на белоснежное покрывало. Сама простота этого жеста повергла Фредрика в неописуемый и необъяснимый ужас.

— Какого черты ты это делаешь? — закричал он и хотел было вбежать в спальню и оттащить Квода от кровати, но человечек, внезапно потеряв всякий интерес к супружескому ложу, с такой быстротой сам кинулся на балкон, что они едва не столкнулись в дверях. — Зачем ты это сделал? — спросил Фредрик, но не получил ответа.

Ловкими пальцами человечек быстро извлек дисковидное лезвие из спинки стула, а затем, забравшись на стол, выдернул второй диск из стены. Смертоносные лезвия он небрежно бросил в карман штанов. Как он только отваживается носить их там?

При каждом движении Квода сверток на его бедре болтался из стороны в сторону, Фредрик заметил это еще с балкона. Но только теперь он разглядел, что это было на самом деле. От неожиданности у него округлились глаза.

Это был не свитер, который Квод снял из-за жары. На поясе болтались две белки, связанные хвостами. На том месте, где должны быть головы, Фредрик увидел комья запекшейся черной крови.

Человечек спрыгнул со стола и, с быстротой ветра пробежав через спальню, выскочил на лестницу, а оттуда — в прихожую и к себе в каморку.

Визит полиции

Фредрик до того разволновался, что у него началось сердцебиение. Трясущимися руками он принялся листать телефонный справочник, чтобы найти номер летнего дома семьи Крейц.

Но, подумав, решил не звонить. Паула далеко и все равно ничем не сможет помочь, только расстроится. Важно, чтобы она знала, что Квод вооружен, что он убивает белок и может выстрелить в человека. Но все это он расскажет ей, когда она вернется, а пока не стоит портить ей отдых у родителей.

Вместо Паулы он позвонил Ульфу Шефельдту. Ульф ответил по мобильному телефону — он путешествовал под парусом в гавани Греббестада. Фредрик извинился за то, что нарушил отдых друга, и рассказал ему — насколько мог, кратко и по существу — об истории с ножами. Про белок и про спальню он умолчал, хотя именно эти последние обстоятельства, по непонятной причине, ужаснули его сильнее, чем угроза собственной жизни. Кроме того, он рассказал Ульфу и о том, что Квод его укусил. Нет ли каких-нибудь юридических оснований хоть теперь выселить его из дома?

Ответ Ульфа был четким и недвусмысленным.

— По тому, что ты рассказываешь, речь уже идет не о правах найма и не о социальных правах. Здесь в силу вступает уголовный кодекс. Это статьи о физическом насилии, угрозе насилием, причинении материального вреда и нарушении прав жилищной собственности. Все это в компетенции полиции, Фредрик.

Да, конечно, надо позвонить в полицию. Это единственное, что остается, чтобы избавиться от проклятого человека под лестницей. Он тотчас набрал нужный номер. Как ни старался Фредрик говорить кратко и сухо, он не смог скрыть страх.

— В каморке под лестницей моего дома живет человек. Он утверждает, что живет там давно, и отказывается покинуть помещение. Он укусил меня и метнул в меня нож, — сказал он прерывающимся голосом.

После короткого обсуждения женщина из полицейского участка сказала Фредрику, что сейчас к нему приедут.

Фредрик положил трубку. Он звонил с верхнего этажа, чтобы Квод не слышал его разговоров. Спускаясь по лестнице, он слышал в чулане возню Квода. Стуки и тихое громыхание — человечек возился в куче старого хлама. Фредрик спустился с крыльца и вышел на улицу дожидаться полицию.

Приехали трое полицейских — двое мужчин и одна женщина. Женщина держала на поводке овчарку.

— Спасибо, что так быстро приехали. Он в чулане. Я покажу вам, где это. Если вы будете действовать быстро и тихо, то сумеете задержать его, пока он не уполз в лаз. Там его уже не достанешь.

Полицейские побежали через сад к дому. Фредрик показал им каморку. Один из полицейских распахнул дверь и ступил внутрь:

— Эй! Есть здесь кто-нибудь?

Фредрик хотел предложить ему фонарь, но у того был свой. Другие полицейские между тем осмотрели первый этаж, но Фредрик позвал их назад, в прихожую.

— Это не имеет смысла. Здесь его нет. Он прячется под лестницей. Там есть лаз, куда он протискивается. Я вам его покажу.

Взяв фонарь, он вошел в каморку. Квод устроил там жуткий беспорядок, завалив вход всяким хламом. Разбросав мусор и освободив проход, Фредрик пропустил полицейского вперед.

— Там, под самой нижней ступенькой. Должно быть, он уполз туда, — сказал он, понизив голос почти до шепота.

Полицейский недоуменно посмотрел на Фредрика, пригнувшись, прошел вперед и, наконец, пополз к лазу на четвереньках. Фредрик видел, как он водил лучом фонаря по стенам.

— Видите отверстие? Он там, внизу, — прошептал Фредрик.

— Здесь никто не пролезет, — сказал полицейский.

— Он маленький, не карлик, но очень мал. К тому же он на удивление сильный и гибкий. Я забил отверстие доской, но он выломал ее. Но моя жена сказала, что жестоко загонять людей в ловушку.

Полицейский выполз из угла, осторожно выпрямился и покачал головой:

— Там внизу его не может быть.

Теперь в каморку ворвалась овчарка. Полицейские хотели ее удержать, но собака вдруг пришла в ярость. Она пробежала мимо ног Фредрика и попыталась проскочить мимо полицейского.

— Дай мне, — сказал тот и взял поводок у женщины, которая не могла удержать взбесившегося пса.

Собака с громким лаем устремилась в каморку.

— Вот, смотрите, пес его учуял! — закричал Фредрик. — Для этого даже не надо быть собакой. Этот человек очень сильно пахнет. Ведь я тоже пахну. А вы разве не пахнете?

— В таких каморках и чуланах обычно пахнет не особенно приятно.

— Но собака! Вы только посмотрите, как она реагирует!

Пес словно обезумел. Он сунул нос под последнюю ступеньку лестницы, лаял, рычал и пытался рыть пол когтями. Полицейский с трудом удерживал его.

— Там внизу, несомненно, что-то есть, — признал полицейский. — Может быть, барсук. Они часто подкапываются под фундамент и к тому же очень противно пахнут.

Полицейский вывел собаку из каморки и закрыл дверь.

— И что вы теперь будете делать? — спросил Фредрик.

— Делать нам тут особенно нечего, — ответил полицейский и передал поводок женщине.

— Но не можете же вы просто так взять и уйти? Он снова вылезет оттуда, будьте уверены. Вы не можете подождать? Или, может быть, вы его задержите, когда он вернется в дом после ночной прогулки.

— Для этого у нас просто не хватит людей, — отрезал полицейский. — Но вы можете снова позвонить, если он начнет угрожать.

Собака продолжала грозно рычать, глядя на дверь. Полицейский натянул поводок и прикрикнул на овчарку. Собака неохотно повиновалась и села у ног кинолога. Ноздри пса раздувались, уши стояли торчком. Он не мог оторвать глаз от двери.

— Барсук, конечно же это барсук, — сказал полицейский.

— Или что-то в этом роде, каким кажется, — сказал Фредрик, но они не приняли его слова всерьез.

Пятно

Солнце уже закатилось, но в теплом воздухе все еще стояло розовое свечение. Дети спали. Фредрик и Паула сидели на балконе, празднуя ее возвращение от родителей стаканчиком холодного белого вина.