В погоне за мечтой - Связина Ольга - Страница 96

Однако приставленная к графине дворцовая горничная явно манкировала своими обязанностями: захлопнув створку перед самым королевским носом, я собственноручно сдернула с кровати покрывало и помогла Лаврентию устроить подругу поудобнее.

– Однажды я увидел, как он… она… в одиночку тренируется с мечом на заднем дворе, – задумчиво пробормотал любитель эльфов. – Ни за что бы не подумал, что это – девушка! Он… она… так здорово дерется!

– Да уж, не верь глазам своим. – Судя по дрожанию ресниц, Орлетта давно уже пришла в себя и с истинно женским коварством прислушивалась к разговору. – Кстати, не ожидала вас увидеть при дворе. Кажется, вы собирались проводить принцессу Радославу к батюшке?

– Я ведь знал о предстоящем поединке, – отчего-то смутился каменный вельможа. – Только не знал, с кем… Не хотел пропустить. Был уверен, что он… она… победит!

– Вы настоящий друг… Окажите последнюю любезность – найдите местную горничную. Графиню нужно переодеть, а у меня, боюсь, не хватит ни опыта, ни сил. И еще, отдайте распоряжения насчет особой диеты, чтобы помочь организму скорее восполнить кровопотерю: мясо там, печенка, гранаты, яблоки… Ну, вам виднее, наверняка ведь получали раны. И не только сердечные.

– Хорошо, госпожа чародейка. – Богатырь подобострастно поклонился и с видимым облегчением покинул «приятное дамское общество».

– Не притворяйся. – Как только дверь закрылась, я присела на краешек кровати. – Я вижу, что ты все слышишь и понимаешь! В комнате как будто кроме тебя еще полк солдат ночевал – здесь что, вообще ни разу не прибирались с момента заселения? Что ты сделала с горничной?

– Я ее прогнала. – Рыцарша виновато покосилась на меня из-под полуприкрытых ресниц: – Она работала на моего брата…

– Эти девушки работают на короля!

– Но платят им гости. – Орлетта миллиметр за миллиметром открывала мне глаза, до сих пор, как оказалось, плотно заслоненные розовыми очками. – Одни – за информацию, другие – за то, чтобы эта информация не покидала пределы комнаты. У меня денег нет, и совсем не хочется, чтобы подробности, что я ношу и с кем общаюсь, сразу передавались кому попало.

– Опять свояченица достает? – понимающе кивнула я.

– Она купила мне платье! – фыркнула девушка. – Вон, в углу валяется.

– А она настойчивая!

– Упрямая, как старый черт! – припечатала Орлетта.

Распялив на пальцах платье, ставшее камнем преткновения в родственных спорах, я критически покачала головой:

– Не очень удачный фасон. Плечи будут казаться еще шире… А у тебя есть еще какая-нибудь чистая одежда? – Я с сомнением огляделась по сторонам – не похоже… но уточнить все же стоило. – А то ты вся в крови, как Фредди Крюгер!

К моему удивлению, леди-рыцарь кивнула:

– Да, вон там в углу лежит рубашка, я ее еще ни разу не надевала… И брюки есть… тоже… где-то…

– Ладно, не вставай, сама найду. – Я подняла с полу рубашку, и впрямь кажущуюся почти чистой. – Надевай пока это. А потом я тебе Настасью пришлю. Или Зару. Странно, девочки не говорили ничего про то, что им надо платить за молчание!

– Глупенькая! – отважно сражаясь с рукавами рубашки, глухо пробормотала Орлетта. – Они ведь тебя любят!

Все-таки она потеряла очень много крови и, быстро утомившись, уснула, положив голову мне на колени. Я заправила за ухо вновь упавшую на лицо неуправляемую челку. Удивительное дело – стриглись мы с Орлеттой примерно в одно и то же время, с небольшим интервалом, одинаковым способом – техника «удар мечом». Но у нее получилась такая красивая аккуратная прическа, а на меня теперь без слез не взглянешь… или без чепца. Не имея возможности осветлить отросшие корни, я несколько раз порывалась остричь крашеные концы, но мои девочки стояли насмерть – мол, узнаваемый фирменный стиль… Да уж, ребрендинг полный!

Я пригладила ладонью растрепавшиеся во сне каштановые кудряшки. Может, рыцарша еще раз подровняла их уже после «стрижки»? Я бы тоже не отказалась, хотя бы виски, если уж милый проникся такой симпатией к косой – слева длиннее, справа короче, – челке…

А вдруг он не станет извиняться? Паническая мысль заставила вздрогнуть – будто прижгла пониже спины каленым железом. Решит, что прав… А мне упрямство не позволит первой на мировую пойти. Тем более что в данном случае права я!

Дверь с грохотом распахнулась, и на пороге, с подносом наперевес, возник растрепанный запыхавшийся Лаврентий. В огромной миске с прозрачным бульоном плавали добрых полкурицы, рядом радовали взор три ярко-красных яблочка. Судя по времени отсутствия, он выследил и собственноручно пристрелил несчастную несушку из лука, после чего освежевал… пардон, ощипал тушку, разделал и сварил, пристально следя за огоньком.

– Тс! – Я прижала палец к губам и кивнула в сторону умывального столика, заваленного каким-то тряпьем: – Поставьте!

– А…

– Сбросьте на пол.

Каким-то чудом удерживая поднос одной рукой, Каменный гость аккуратно свернул те самые, условно чистые, но очень мятые запасные брюки, переложил на стул, после чего сгрузил свою ношу на столик и замер, глядя на меня с каким-то странным выражением.

– Ну, что еще?

– Госпожа чародейка, а что это у вас?.. – он жестами изобразил что-то вроде пружин, торчащих из своей головы: – С волосами?

– Пустяки, бандитское лезвие, – отмахнулась я, чувствуя себя до невозможности лихой. – Покушение не удалось, но совсем без потерь, как видите, не обошлось.

– А… Поздравляю!

– Спасибо…

– Сложно было с ним справиться?

– …С кем, бога ради?!

И граф охотно пояснил. По мере его рассказа у меня поднялись дыбом остатки волос не только на макушке, но и над ушами, и даже челка! Об источнике дезинформации гадать не приходилось: придворные быстро поняли, кто в нашей компании «самое слабое звено» и за пряник готов выдать все государственные секреты – если, конечно, не предупредить его заранее, что нельзя.

Так я и поступила, строго-настрого наказав Иану, чтобы он ни под каким предлогом не выдавал, куда, с кем и на какой срок я поехала.

«А что мне тогда говорить, если будут спрашивать?» – удивился он.

«Расскажешь какую-нибудь сказку!» – беспечно отмахнулась я.

И ведь знала, что эльф при всей его одухотворенной внешности начисто лишен воображения! Вернее, музыкальные импровизации он создавал просто гениальные – а вот игра словами никак не удавалась. Может, еще и потому, что русский не был для Иана родным? И почему во время «похода» мне пришло в голову рассказывать «детишкам» на ночь именно эту сказку, а не какую-нибудь народную!

В общем, пока король, «желая отдохнуть от важных и сложных государственных дел», «уехал в монастырь» (из отца Михаила, видно, тоже выдумщик неважный), я, чтобы попусту в комнате юбку не просиживать, отправилась на встречу со злобной Восточной ведьмой – приструнить ее за творимые безобразия. Разговор предполагался на повышенных тонах, так что я оживила и взяла с собой для моральной поддержки пустые рыцарские латы, которые ходили и глухо говорили, точно настоящий человек… с ведром на голове. Чучело увязалось само. Дорогу показывал крупный лесной кот (ну, не смогла я на пальцах объяснить, что такое «лев»)…

Там было все: пчелы, вороны, волки… и летучие собаки. В конце концов добро неизбежно победило – с чем меня и поздравляли встречные доброжелатели. А вовсе не то, о чем я подумала… Хотя скоро и это станет заметно.

Заслушавшись рассказом о собственных приключениях (интересно, придворных не удивило, что оставшийся во дворце эльф так хорошо осведомлен о происходящем за тридевять земель – или мы с ним находились в постоянном телепатическом контакте?), я сама не заметила, как стянула с подноса румяное яблоко и запустила в него зубы. Куриный бульон испускал одуряюще-аппетитные ароматы. Увлекшись, Лаврентий принялся бегать по комнате и размахивать руками, изображая действие в лицах. Громкий голос, дразнящий запах или яблочный хруст над ухом непременно должны были разбудить Орлетту – она не заставила себя долго упрашивать. Потянула носом, открыла глаза – и, кажется, обрадовалась увиденному.