В погоне за мечтой - Связина Ольга - Страница 92

– Наволочка!

– Что? – изумился король, совсем было настроившийся на стриптиз наоборот.

– Наволочка! – Подбежав к кровати, я схватила в руки одну из подушек. – Наволочка!! Да в этом мире и простынками-то никто не пользуется, разве только вместо матраса, а уж наволочками и пододеяльниками!..

– Я пользуюсь. – Похоже, он и сам опешил, оглушенный таким взрывом эмоций. – Это моя бабушка придумала. Оль – да ты же сама видела!

– Ага – больше ничем не занималась, только за тем и приходила, чтобы на королевское постельное белье посмотреть! – Я внимательно огляделась по сторонам, но внезапно уютная, немного устаревшая обстановка комнаты предстала совершенно в ином свете. – Шкаф! Лопни мои глаза – это же шкаф! А я мучаюсь с ширмой, потому что-де местные портные ничего слыхом не слыхивали о такой диковине!

Подбежав к вышеназванному предмету меблировки, я резко рванула на себя украшенные изысканной резьбой дверцы. Даже будь они изнутри укреплены двумя стальными засовами и огромным навесным замком – в тот момент меня не остановила бы и танковая броня. К счастью, королеве и в голову не приходило, что когда-то в ее вещах будут рыться посторонние…

– Плечики! – Это было первым, что бросилось мне в глаза: три пары пустых одежных плечиков. – Плечики!!

– А! Вешалки! – Король приподнялся на локте. – Еще одно изобретение моей бабушки.

– А старушка была не так проста…

Сколько мастеров, работающих с деревом, я обошла в поисках шкафа своей мечты – или хотя бы плохонького! – страшно вспомнить… Столяры, плотники, резчики, сундучники – все лишь качали головами и делали страшные глаза, заслышав о платяном шкафе. Особенно отчего-то всех шокировала фраза «дверца на петлях» (что уж мастера при этом себе представляли – бог им судья). И вот он: стоит, красавец, дверцами кокетливо улыбается… Интересно, что носила бабушка-королева?

– Сарафан!!!

Даже не скажешь, что ему почти сто лет: ткань великолепно сохранилась, а вышивка так и горит золотыми и серебряными нитями. Эту красоту явно носила не простая крестьянка!

Однако у любимого оказалось собственное мнение на этот счет:

– У-у-у, сарафанов уже много лет никто не носит!

– А в моем родном мире женщина, собираясь на отдых, первым делом берет с собой сарафан. И надевает прямо на голое тело!

Сбросив «тогу», я немедленно продемонстрировала современную манеру ношения сарафанов и покружилась перед зеркалом. Великоват – видно, королева Валерия была чуток повыше меня ростом. С туфлями будет в самый раз! Жалко такую красоту обрезать… Я еще раз взмахнула узорчатым подолом: золотые и серебряные цветы, распустившиеся на изумрудном поле, закружились в завораживающем танце.

– Ты моя лесная колдунья! – промурлыкал довольный картинкой муж.

– Пошли, посмотрим другие комнаты! – Босые ноги теперь сами рвались в бой. – Тебе помочь одеться?

– Сам! – надул губы любимый. – Я далеко не такой беспомощный, каким кажусь!

– Ты мой зубробизонище! – Я скользнула губами по заросшей щеке. – Ну ладно, догоняй тогда!

Осмотр оставшихся комнат второго этажа занял совсем немного времени – ничего интереснее комнаты старой королевы мне больше не попалось. После чего я поднялась на третий – правда, тут королевская спальня еще просторнее, и с балкончиком! Никогда не думала, что настолько отвыкла от высоты, но, глядя в сад, внезапно почувствовала приступ головокружения…

– …Стоило пережить два покушения и два похищения, чтобы потом свалиться с балкона! – сурово выговаривал Володя. Буквально в последний момент ему удалось ухватить меня за край подола и втащить обратно в комнату.

– Кому суждено сгореть, тот не утонет, – слабо протестовала я.

– И что ж тебя все время тянет на костер!

– Что поделать – судьба такая…

Это был единственный момент, слегка омрачивший безмятежность наступившего отпуска. Хотя было еще кое-что… На второй день отдыха куда-то таинственным образом пропала моя шкатулка с косметикой. После долгих уговоров король согласился «поискать» хотя бы мыло, и действительно вскоре принес все три куска. Два так и пролежали на туалетной тумбочке, один я использовала для мытья рук перед едой, а парились мы по старинке… И что за душистый пар был в королевской баньке! Только в Володькиных руках я поняла, что наши обычные вялые похлопывания березовыми вениками – жалкая пародия на настоящую парилку. А эти медовые маски, после которых кожа становится такой мягкой, что хочется безостановочно гладить ее и прижиматься щекой… Теперь понятно, отчего первый брачный месяц носит такое сладкое название!

Глава 6

Дни пролетали один за другим – точно яркие радужные бусины, нанизываемые на длинную нитку лета. Яблочный Спас, наполнивший маленькую часовню ароматами разноцветных спелых фруктов, напомнил о приближении осени…

Дворовый мальчик собирал спелую падалицу в большую плетеную корзину. Но то, самое красивое и вкусное яблоко, цепко держалось черенком за ветку, упорно отказываясь падать мне в руки.

– А ну-ка, подсади!

Подросток озадаченно покосился на явно спятившую барыню, которая сперва яростно трясла узловатый ствол, точно трудолюбивый, но беззубый бобер, во что бы то ни стало решивший построить яблочную плотину, а теперь вознамерилась взобраться наверх. Но королевское указание было предельно точным: по возможности не попадаться на глаза, во всем слушаться и не перечить – лучше вообще со мной не разговаривать. Так что я до сих пор не знала имен обслуживающего нас персонала, в случае нужды обращаясь ко всем «Эй!» или «Ты». Сперва было неловко, а потом понемногу привыкла – вот они, барские замашки!

Мальчишка оказался умнее госпожи и подставлять спину, а тем более руки замочком, не стал. Оставив корзину, он убежал и вскоре вернулся с короткой, как раз достающей до нижней толстой ветки, лестницей. Прочно установил под деревом, углубив ножки в землю, и держал, пока я взбиралась вверх, воображая себя медведем коалой или по меньшей мере грациозной пумой.

М-м-м, оно того стоило! Ну, разорвала немного сарафан – но разве я виновата, что он такой узкий? К тому же разошелся как раз по шву – видно, нитки от старости потеряли прочность. Оседлав самую толстую ветку, я с наслаждением впилась зубами в сочный плод – а шаловливый ветерок играл с платьем, то и дело норовя приподнять внезапно превратившийся в фалды подол небесно-голубого сарафана.

– Здравствуй, девочка!

Остановившийся по ту сторону забора всадник явно принял меня за юную отроковицу: голубой сарафанчик скрадывал добрых два года, плюс отсутствие косметики и легкая косыночка, скрывающая отсутствие положенных честной девушке длинных кос. Я честно пыталась носить головной убор замужних женщин, по форме напоминающий расшитый бисером перевернутый горшок для цветов – то ли кокошник, то ли кику, – но с непривычки было неудобно и жарко, точно полиэтиленовый мешок на голову натянула.

– Здравствуйте, дяденька! – тоненьким голоском пропищала я.

Ни дать, ни взять, Крошечка-Хаврошечка: «А которая из вас, девицы, первой мне яблочко сорвет – на той я и женюсь!» Сказочный купец здорово рисковал: а ну как дерево оказалось бы не волшебным, и пришлось всю оставшуюся жизнь мучиться с трехглазым мутантом? Хотя ему, судя по постановке вопроса, было принципиально все равно, кого вести под венец: на самом деле дом приглянулся, хозяйство крепкое, а уж за кем приданое взять – не суть важно. У самого «завидного жениха» небось только и золота, что на конской уздечке, да и то самоварное…

– А что, красавица, не угостишь меня яблочком? – Окинув взглядом терем и сад, незнакомец решил пойти по проторенному пути.

– Не-а! – Я покачала головой и с удвоенным аппетитом захрустела. – У-а-а а-у-а-о-э?

– Что? – удивился тот.

– Куда вам надкусанное? – проглотив, повторила я.

– Так ты другое какое-нибудь сорви!

– Боюсь, упаду – неважно я по деревьям лазаю.

– Я тебя подхвачу!

– Я вам не доверяю!