В погоне за мечтой - Связина Ольга - Страница 91

– Господи, Настя! – Сжав пальцами виски, я покачала головой, от чего новоприобретенная челка упала на лицо, закрыв его до кончика носа. – Я вообще не понимаю, о чем это ты говоришь!

– О мыле! – Дрожащей рукой горничная протянула мне растоптанный кусок.

Так вот на что наступил «кегельный шар»! Хотя, чтобы поскользнуться на сухом мыле, надо очень постараться, не говоря уже о том, чтобы расплющить его в лепешку.

Однако, взяв «улику» в свои руки, я поняла, что это вовсе не мыло. Вернее, не совсем мыло: в тот раз я то ли ливанула лишку, то ли на рынке подсунули некачественные ингредиенты – а может, передержала на плите? – но только партия не удалась. С виду вытряхнутые из форм изделия напоминали настоящее мыло, только ноздреватое на ощупь, мягкое и зловеще хлюпающее при нажатии. Мыться таким я побоялась, но и выбрасывать отчего-то не стала – может, думала, что, полежав в тумбочке, как-нибудь «само дойдет», а потом просто забыла? Но чего я точно никогда не предполагала, так это что «недомыло» однажды сослужит мне службу, сыграв роль банановой кожуры под ногой идейного киллера.

– Успокойся, Настя! – Я порывисто обняла девушку. – Ты ни в чем не виновата! Это само Провидение! Если бы не этот кусок… Да он мне просто жизнь спас! Спасибо!

Момент был трогательный… Именно его и выбрала Орлетта для своего выступления.

– Ваше величество! – Встав напротив короля, она коротко наклонила голову. – Я вызываю вас на дуэль, чтобы защитить честь прекрасной дамы!

– Я принимаю вызов!

Я и пикнуть не успела – да и что можно сказать, когда речь идет о рыцарстве! Но у короля нашлась еще пара слов:

– Как вызванный я могу выбрать оружие, время и место поединка.

– Это ваше право, – легко согласилась девушка. – И все же дуэль нельзя отложить больше, чем на десять лет!

– Столько мне не понадобится. Я вернусь во дворец… примерно через месяц. Тогда и договоримся об условиях более подробно.

Процедура прощания повторилась – с мечтой покинуть город затемно, чтобы никто не заметил, пришлось расстаться. Плотно задернутые шторы на окнах приметной королевской кареты с гербами – та еще конспирация.

– Ну, вот – а говорил, что он не Инквизитор! – Устроившись поудобнее на мягком сиденье, я хихикнула. Затем еще раз… и еще…

– Тихо, тихо. – Король успокаивающе провел ладонью по спине и привлек меня к себе, руками ограждая от всех бед. – Все уже закончилось, все прошло…

И отчего раньше мне казалось, будто карета – неудобный вид транспорта? Королевский экипаж оказался вполне комфортабельным. Даже покачивало его очень мягко, убаюкивающе… Я проспала всю дорогу, как младенец: сказалась или чересчур короткая ночь, или излишне бодрое, насыщенное событиями утро.

– Вот он, наш дом! – с гордостью заметил любимый, открывая дверцу кареты и помогая мне выбраться наружу. Я подняла глаза… И обомлела.

Версаль? Зимний дворец?! И рядом не стояли! Ладный, красивый, точно узорчатый печатный пряник, сложенный из ровных бревен теремок – наверняка без единого гвоздя! – казался сошедшим со страниц книги сказок. Им хотелось любоваться, о нем хотелось слагать детские стихи – здесь хотелось прожить всю оставшуюся жизнь!

– Какая красота! – искренне выдохнула я.

Любимый довольно хохотнул, а затем совершенно неожиданно подхватил на руки.

– Вовка! Что ты делаешь!

– Молодую жену необходимо перенести через порог на руках – примета такая.

– Вот и не верь после этого в приметы. – Я обвила его шею руками. – Вернулась только на полдороге – и пожалуйста, попала в переплет! Страшно подумать, что было бы, дойди я до комнаты…

– Забудь – все неприятности мы оставляем за этой калиткой!

Изнутри терем оказался куда просторнее, чем выглядел снаружи: я обежала его весь, выбирая самую лучшую комнату с видом на сад. Вышколенная дворня вылизала дом к нашему приезду так, что смотреть больно, и теперь старательно не показывалась на глаза. Правда, по старинному обычаю, встречать хозяев к воротам высыпали в полном составе – а народу тут служит прилично, не только кухарка с горничной, как расписывал любимый.

Большое зеркало в массивной оправе подсказало, в какой комнате раньше располагался будуар покойной королевы. Беглый взгляд в темные глубины зазеркалья не прибавлял оптимизма – что и говорить, имидж я поменяла кардинально… Даже чересчур! Прическа «лесенка»… хм-м-м… с лысинкой. Я провела ладонью по затылку – на темени задорно торчал хохолок сантиметра два длиной. Чуть-чуть пониже… По спине пробежал неприятный холодок: не от ужаса – в самом буквальном смысле. Кто-то открыл дверь, породив порыв сквозняка.

– Любуешься?

– Издеваешься? – Я еще раз взъерошила остатки волос – даже хвостик не сделать, сзади слишком коротко. Зато челка богатырская – вот, опять на лицо упала. – На кого я теперь похожа?

– На одну мою самую любимую ведьму!

– На твое любимое чучело…

Глава 5

– …Какая уютная комнатка. – Я повозилась, устраиваясь поудобнее. Какой бы мягкой ни была подушка, женщина всегда предпочтет острый локоть любимого мужчины. – Кто здесь раньше жил – твоя мама?

– Бери выше – бабушка! – Если королю и было неудобно, он не пытался высвободить руку.

– Та самая, с портрета… королева Валерия?

– Угу. – Теперь и свободная рука оказалась в моем распоряжении… Или я в ее, как посмотреть. – После ее исчезновения дедушка запер эту комнату, продолжая надеяться, что когда-нибудь она вернется. Я распорядился ее открыть – дедушка уже давно умер, да и бабушка, если еще жива, вряд ли станет возражать. Ей сейчас, должно быть, лет сто… а мамина там, на третьем этаже.

– Тут есть еще и третий этаж? А с фасада – только два!

– Ага, его не сразу видно – папуля велел пристроить дополнительно крыло специально для нее. Там есть балкон… Хочешь, и я для тебя построю особое крыло? Или флигель?

– Мне и здесь нравится… Кошмар: я – довольная собой осквернительница могил!

– Глупенькая – в этой комнате никто не умер. Наоборот, здесь родился мой отец… Но, если тебя это смущает, давай выберем какую-нибудь другую. Можем перетащить кровать куда захочешь… Или вообще спать на звериной шкуре, прямо на полу!

– М-м-м, как заманчиво! Но мне, пожалуй, вполне хорошо и здесь. Окно выходит в сад… Вообще я не против провести в кровати всю оставшуюся жизнь. И есть тут. И мыться… Вообще никогда никуда не выходить!

– Вот как? Ну-ка, ну-ка! – Не вынимая руку у меня из-под головы, Володя повернулся таким образом, что я оказалась в ловушке-захвате. – Олька! А ну, признавайся, как на духу, в чем дело. Боишься выходить? Но эти негодяи больше никогда не смогут причинить тебе вред!

– Нет-нет, дело совсем в другом… А-а-а-а! Володя, ты что, собираешься меня пытать, если не скажу?! Я боюсь щекотки!!! Ну, не надо – я все расскажу! А-а-а-а! Добровольно!

– Ну?!

– …Не хочу надевать корсет! Без него платье не застегнется… а без платья из комнаты не выйти.

– За чем дело стало, я же говорил – ходи так, как есть, голой!

– Ой, правда, можно?! Я всегда об этом мечтала!

– Конечно! Только при одном условии – видеть свою жену в таком виде смогу я один.

– Что я, всем глаза застю?

– Тогда нельзя! – проявил завидную последовательность решений муженек.

– …У меня появилась гениальная мысль!

– Как, еще одна?! По-моему, вообще не выходить из комнаты – достаточно свежее решение!

– Это под стать первому. Давай закутаемся в простыни и представим, будто это – римские тоги!

– И где тут зерно гениальности? – Не знаю, видел ли король хоть раз в жизни римскую тогу, но, судя по выражению глаз, заранее был настроен против.

– Если мы сделаем это вдвоем, то все подумают, что так и должно быть! Володь! Ты надо мной смеешься?!

– Нет, это мне простыня в одном месте щекочет… Ну-ка, покажи, как надо закутываться!

Мстительно сдернув с любимого покрывало, я обмотала его вокруг торса и совсем было собралась закинуть через плечо свободный край, как внезапно замерла, остановленная на полном скаку: