Студия пыток - Уэлш Лиза - Страница 30

– Нет. Просто глупость.

– Справедливо заметил. А знаешь, что было для меня настоящим откровением? Роза. В ней есть что-то от сучки – но это не укор, я ведь тоже слегка сучка. Радуйся, что она на твоей стороне. Если бы не она, я не уверен, что справился бы с твоим извлечением оттуда. – Он восхищенно покачал головой. – Кофе будешь?

– Не откажусь.

– Тогда сделай и мне заодно.

Я пошел на кухню, довольный тем, что меня так быстро спустили с крючка. Следовало быть умнее. Называйте это как угодно – карма или закон природы, но мир всегда мстит тебе с особым удовольствием. Я налил воды в чайник и крикнул:

– Встретил сегодня твою подружку.

На полке стояло полбанки растворимого кофе. Я насыпал по ложке в каждую кружку. Лесли подошел ко мне:

– И из какого эксклюзивного клуба была эта подружка?

Он вытащил из холодильника пакет молока, понюхал его, вопросительно сморщился, потом снова понюхал и протянул мне. Я налил молока в его кружку, а сам решил пить черный. Лес открыл подвесной шкаф и принялся опустошать его.

– Рита. Маргарита. Просила передать тебе привет.

Лесли поднял на меня глаза.

– А, скорее всего просто ищет себе приключений. Небось предсказывала тебе судьбу?

– Ага.

– Она пугает меня этими своими предсказаниями. Хотя хорошая идея. Если учесть, что все вокруг такие придурки. Боятся дотрагиваться до нее из суеверия, типа, она их сглазит. Профаны. Но даже на меня она наводит ужас.

– А что ее бояться-то – обычная запущенная наркоманка. Каких полно, куда ни плюнь.

– Ты что, не догадался? – Он оторвался от своего занятия. – ВИЧ.

Я покачал головой.

– Не подумал. Она говорила что-то про фотографии, которых у нее нет.

Он рассмеялся.

– Поймала тебя, да? Ты подумал, это про те снимки, что ты мне недавно показывал?

– Да нет…

Он фыркнул и хлопнул себя по бедрам.

– Рильке, иногда ты меня просто убиваешь. Смотрю на тебя и вижу сопливого пацана в нашем школьном дворе. Малыша, про которого забыл Санта-Клаус. – Он перешел на фальцет: – Мне жалко этого мальчонку, у которого не было папочки.

– И мамочки тоже давно нету.

– Во-во. Поэтому ты приходишь и портишь мне настроение. – Он потряс головой. – Извини, я иногда выхожу из себя. Ладно, ладно, мы с тобой квиты. Рита никак не связана с твоими фотографиями. Это печальная и душераздирающая история. Не уверен, стоит ли ее рассказывать. Ты такой сентиментальный. Еще чего доброго женишься на этой девице.

Чайник вскипел. Я стряхнул с себя воспоминания, разлил воду в кружки, размешал, подал одну Лесли. Он взял кружку двумя руками и втянул ноздрями запах.

– Ладно, давай посидим. К черту все мои дела, задолбался я уже. – Он достал из кармана сигареты и протянул мне одну. Мы закурили, и он начал свою историю: – На самом деле и рассказывать-то особенно нечего. Знаешь ведь, как бывает. Симпатичная мордашка может помочь в жизни, а может и навредить. Рите не повезло. Она была веселой, любила пожить на всю катушку, выпить, побаловаться наркотиками. Ну и стала в конце концов наша Рита ходячей медицинской энциклопедией. – Он грустно улыбнулся. – Я и сам было поначалу слегка ею увлекся. Но не судьба. Она связалась с нехорошим парнем. Мы с тобой, конечно, тоже не ангелы, но не дано мне понять, что Рита нашла в этом ублюдке. Нэнси и Билл Сайке. Помнишь эту песню? «Пока я нужна ему…» Как будто про Риту песня. – Он глубоко затянулся. – Я мог бы давать показания в суде, что это он ее убил. От него всех нас тошнило. А она была такая симпатяга… Но и знать ничего не хотела, плюс ребята, с которыми она тогда водилась, были неспособны как-то изменить ситуацию. – Лесли жестом сделал себе укол в вену. – Я и сам тогда слегка подсел на это.

Я кивнул. Лес действительно «слегка подсел» на пять лет. Думаю, что он до сих пор время от времени колется.

– И вдруг, ни с того ни с сего, Рита порвала с наркотиками. Мы заметили не сразу, но она действительно бросила. И забеременела. Подлечилась и немало удивила всех, родив здорового ребенка. Маленькую девчушку, вылитую Риту. Под глазами у Риты все еще оставались синяки, доставшиеся от мерзкого сожителя, но уже не такие заметные. Он ведь иногда поднимал на Риту руку. Но когда появился ребенок, Рита ушла от него. Получила квартиру от строительного кооператива, и нам казалось, что все наконец утряслось. Вот сейчас грустный момент. – Он отхлебнул кофе.

– ВИЧ.

– Если бы только он. Рита решила бороться. Она воспитывала малышку лет до трех – трех с половиной, а потом поняла, что не сможет работать. Помнишь, как раньше все это было – раз у тебя СПИД, значит, ты труп. Люди мерли как мухи.

Я кивнул – показать, что понимаю, о чем он.

– Но Рита любила своего ребенка. Малышка не была инфицирована, и Рите ради ее блага пришлось пожертвовать своим счастьем. Она нашла приемных родителей. Знала, что лучше это сделать поскорей, пока ребенок еще маленький и легко привыкнет к чужим людям. Она знала, что умрет, и, естественно, не хотела, чтобы ребенок попал в руки этого негодяя. Она поставила приемным родителям только одно условие.

Он сделал паузу и затянулся.

– Какое?

– Она хотела получать от них фотографии дочери дважды в год – ко дню рождения и к Рождеству, до самой смерти, которая, по ее расчетам, не за горами. И что ты думаешь?

– Никаких фотографий.

– Вообще ни одной. Они, конечно, наобещали ей горы золотые, но как только заполучили ребенка – все, копец. Кому нужна какая-то мамка-наркоманка, маячащая на горизонте? Может, они по-своему и правы, но мне так не кажется. Рита очень переживала, а в довершение еще изобрели эту комбинированную терапию. То есть оказалось, что она может прожить на свете не меньше нашего. Теперь она пытается приблизить свою смерть.

– И ты ей в этом помогаешь?

Он допил остатки кофе.

– Ты же меня знаешь. Я всегда готов прийти на помощь.

Мне стало муторно. Лес поднялся и возобновил свои поиски.

– Вот бля, когда же я наконец все разберу, а? Чушь какая-то.

Он перешел к ящикам в коридоре. Я только потом пожалел, что спросил его:

– А что ты ищешь?

– Бейсбольную биту. – Что-то грохнулось на пол. – Знаешь, Глазго импортирует больше бейсбольных бит, чем любой другой город Британии, а у нас нет ни одной бейсбольной команды. – Он засмеялся. – Может, стоит собрать команду из наркоторговцев. Поможет нашему товарообороту.

Я пошел за ним через слабо освещенный коридор. Лес залез в шкаф по пояс.

– Вот она! – Он выпрямился и победоносно потряс битой. Статуя свободы с факелом. – Наконец-блин-то.

Лучше бы я к нему вообще не приходил.

– Лесли, что ты планируешь с ней делать?

– Повторяю – собираюсь освоить новое хобби.

– А серьезно?

– Использую в профилактических целях. Один засранец мне задолжал. Я его предупреждал трижды. Таково правило – три предупреждения, и ты попал. – Он, как в гольфе, прицелился для удара.

– Ты что, этим же можно убить.

– Успокойся, я знаю, что делаю. Левая нога и телевизор. Если и после этого не заплатит, то правая нога и стерео.

– А что, если у него просто нет денег?

– Тогда переломаю ему пальцы и разобью гитару. А что мне делать, Рильке? – Казалось, он искренне удивлен моими словами. – Мне что, звонить в полицию и жаловаться, что меня ограбили? Конечно, нет. Поэтому я пойду и преподнесу ему хороший урок. Думаешь, мне самому приятно?

Я посмотрел на него. Он уже сейчас нервничал. Не ручаюсь, что он будет делать с этим парнем, когда адреналин ударит ему в голову.

– Господи, – он рассмеялся своим больным смехом вперемешку с кашлем, – да ты все та же чувствительная душа. Ты любишь изредка смолки покурить и знать не хочешь, откуда она берется. Смотри правде в глаза, старичок. – Он достал из шкафа спортивную сумку и сунул в нее биту. – Кое-кому приходится расплачиваться за твое удовольствие. – Он надел пиджак и хлопнул себя по карманам в поисках ключей. – Если от этого тебе полегчает, заявляю, что не собираюсь насиловать его девушку.