Неземная (ЛП) - Хэнд Синтия - Страница 20

- Мне нужно попробовать еще раз?

- Да, - отвечает он. – Думаю, ты должна попробовать еще раз.

Теперь он едет прямо позади меня, и когда я почти внизу, он держится рядом. Из-за Такера я нервничаю так сильно, что пару раз почти падаю, но при мысли о том, как унизительно будет так облажаться перед ним, я держусь на ногах. Когда мы оказываемся внизу, он говорит, что нужно повторить спуск еще раз, но теперь в параллельном стиле, что нравится мне гораздо больше. Это более грациозно, и гораздо веселее.

- Я веду эти занятия уже два года, - говорит он, когда мы спускаемся со склона в пятый раз. – И ты первая, кто за целый час ни разу не упал.

- У меня хорошее чувство равновесия,- объясняю я.- Я раньше танцевала. В Калифорнии. Балет.

Он смотрит на меня, сузив глаза, словно пытается понять зачем мне врать о чем-то подобном, если только я не пытаюсь выпендриться. Или он оказался в тупике при мысли, что какая-то калифорнийская яппи может быть хороша в чем-то кроме шоппинга.

- Ну что ж…- резко говорит он. - Занятие окончено.

Он поворачивается в сторону домиков.

- И что мне теперь делать? – окликаю я его.

- Попробуй подъемник, - бросил он, и укатился.

Некоторое время я стою перед подъемником для начинающих и смотрю на людей, садящихся в него. Это выглядит несложно. Нужно только правильно рассчитать время. Хорошо, если бы Такер не был таким придурком. Было бы неплохо получить хоть какие-то инструкции на этот счет.

Я решаю попробовать. Становлюсь в очередь. Когда она подходит, служащий пробивает дырочку в моем билете.

- Вы одна? – спрашивает он.

- Да.

- Одна! У нас здесь одиночка! – кричит он через всю очередь.

Так унизительно. Внезапно я жалею, что не надела шапку.

- Окей, - говорит работник, махая кому-то впереди рукой. Когда он жестом показывает на меня, я подхожу к линии, вычерченной на снегу, устанавливаю мои лыжи, смотрю через плечо и нервно наблюдаю за тем, как подъезжает сидение. Оно больно ударяет меня по ногам. Я сажусь, и сиденье поднимает меня в воздух. Затем оно быстро устремляется вверх, в гору, слегка покачиваясь. Я с облегчением вздыхаю.

- Так плохо, да?

Я поворачиваюсь, чтобы увидеть рядом с кем сижу. И воздух мгновенно оставляет меня.

Я на подъемнике с Кристианом Прескоттом.

- Привет, - говорю я.

- Привет, Клара, - отвечает он.

Он помнит мое имя. Это просто мечта. Глупая, глупая мечта.

- Неплохой день для катания на лыжах, правда? – говорит он.

- Да, – сердце отбивает сумасшедший ритм в моих ушах. На подъемнике он выглядит как дома. В своей древесно-зеленой лыжной куртке и черных штанах, черной шапке с очками, поднятыми вверх, и чем-то вроде пушистого шарфа, он выглядит точно модель с постера, рекламирующего зимние виды спорта. Его глаза потрясающе смотрятся на фоне куртки, глубокого изумрудного цвета. Он так близко, что я могу ощущать жар, исходящий от него.

- Мы виделись в «Пицца Хат» недавно, верно? – спрашивает он.

Нужно же было про это вспомнить. Жар приливает к моему лицу. Он может прямо сейчас смотреть на мои волосы и думать про себя – Бозо, клоун Бозо. Ну почему я не надела эту дурацкую шапку на мои дурацкие волосы?

- Да, может быть, - запинаюсь я. – То есть я была там, и ты, может быть, видел меня. Думаю, ты видел меня, да? Я-то видела тебя.

- Тебе нужно было подойти и поздороваться.

- Может быть, нужно, – я смотрю на землю, мелькающую под нами, стараясь найти тему для разговора. На нем стильные черные лыжи, чуть изогнутые, и мало похожие на мои.

- Ты не катаешься на сноуборде? – спрашиваю я.

- Я умею, - отвечает он. – Но больше люблю лыжи. Я в команде по лыжным гонкам. Не хочешь «Jolly Rancher» [20]?

- Что?

Он подсовывает лыжные палки под свои бедра и снимает перчатки. Затем открывает карман куртки, просовывает туда руку и достает полную горсть леденцов.

У меня неожиданно пересыхает во рту.

- Конечно, я не против одного.

- Огненный красный или вишневый?

- Огненный красный, - отвечаю я.

Он разворачивает леденец и отправляет его себе в рот. Затем берет еще один для меня. Но я даже не могу взять его в своих тяжелых перчатках.

- Секундочку, - говорит он и наклоняется ближе ко мне. Я стараюсь отбросить волосы со своего лица.

- Открывай, - говорит он, держа конфету.

Я открываю рот. Очень осторожно, он кладет леденец на мой язык. Наши глаза на мгновение встречаются. Когда я закрываю рот, он отклоняется обратно к спинке сидения.

- Спасибо, - говорю я с конфетой во рту. Я кашляю. Леденец неожиданно оказывается горячим. Я думаю о том, что нужно было попросить вишневый.

- Всегда пожалуйста, - он снова надевает перчатки.

- Так ты тренируешься каждые выходные, раз ты в команде по гонкам? – спрашиваю я.

- Я прихожу сюда по выходным, чтобы покататься просто для удовольствия, и иногда на гонки, если они проходят здесь. В течение недели я тренируюсь по ночам в «Снежном Короле».

- Вау, ты катаешься ночью?

Он засмеялся.

- Точно. У них вдоль трас установлено освещение. Мне нравится кататься по ночам, вообще-то. Не так людно. Тихо. Можешь видеть огни города. Это красиво.

- Звучит красиво.

Некоторое время мы оба ничего не говорим. Он осторожно постукивает свои лыжи друг об друга, заставляя снег с них осыпаться вниз, на склон под нами. Это так сюрреалистично, висеть с ним в воздухе между небом и землей, видеть его так близко, слышать его голос.

- «Снежный Король» находится непосредственно в Джексон Холе? – спрашиваю я.

- Да. Там всего пять трасс, но это хороший склон для практики. И когда мы соревнуемся в Чемпионате Штата, ребята из школы могут наблюдать за нами прямо с парковки.

Я почти готова сказать, что тоже хочу посмотреть на него на соревнованиях, но тут замечаю, что наше сидение уже почти достигло смотрового домика, расположенного на боковой поверхности горы, и люди начинают спускаться с подъемника вниз.

- О, черт…

- Что? – спрашивает Кристиан.

- Я не знаю, как спуститься с подъемника.

- Ты не…

- Это мой первый день на лыжах, - говорю я с все нарастающей паникой. Домик все ближе и ближе. – Что я должна делать?

- Приподними концы лыж чуть вверх, - быстро отвечает он. - Мы поднимемся на холм. Когда поверхность выровняется, вставай и отъезжай в сторону. Это нужно сделать довольно быстро, чтобы тебя не сбили те, кто позади нас.

- Боже… Не думаю, что все это было хорошей идеей.

- Расслабься, - говорит он. – Я помогу.

Сидение всего в нескольких секундах от смотрового домика. Каждая мышца в моем теле напряжена до предела.

- Бери палки, - инструктирует он.

Ты можешь сделать это,говорю я себе, продевая кисти рук через петли палок и крепко стискиваю их. В тебе кровь ангелов. Сильнее, быстрее, умнее. Используй это, хоть раз.

- Приподнимай концы лыж, - говорит Кристиан.

Я поднимаю лыжи. Мы достигаем снежной насыпи и, как он и сказал, оказываемся на уровне земли.

- Вставай! – приказывает Кристиан.

Я сражаюсь с собственными ногами. Сидение бьет меня по ногам, подталкивая вперед.

- Теперь просто отъезжай в сторону, - говорит он, уже отъехав влево. Я пытаюсь последовать за ним, упираясь палками в снег и отталкиваясь со всей силы. Слишком поздно я осознаю, что он имел в виду, что я должна отъезжать направо, тогда как он направится налево. Он поворачивается, чтобы проверить, как мои дела как раз тогда, когда я уже мчусь на него, полностью потеряв равновесие. Мои лыжи наезжают на него. Я поскальзываюсь и одной рукой вцепляюсь в его плечо.

- А-а-а! – вскрикивает он, стараясь удержаться на ногах, но нет никаких шансов. Мы скользим по дорожке, а потом просто падаем.

- Мне так жаль…- говорю я. Я лежу на Кристиане, лицом вниз. Мой огненный красный «Jolly Racher» лежит в снегу, рядом с его головой. Его шапка и очки куда-то подевались. Мои лыжи слетели с ног, и палок нет. Я пытаюсь подняться с него, но ничего не выходит.