Ты моя судьба - Сангер Пола - Страница 13

Мейбел очень хотелось бы поставить Джереми на место, но пришлось согласиться — конечно, ему об этом знать необязательно, — что он прав: инструментов у нее действительно не было.

— Спасибо, что наладил водосток.

— Не стоит благодарности. — Джереми поднес к губам кружку с кофе. — Итак, я тебя слушаю: что ты хочешь получить взамен трех месяцев твоей жизни?

Мейбел обняла руками колени и, не глядя на Джереми, сказала:

— Культурный центр.

Джереми поперхнулся кофе.

— Что?! Что ты говоришь?! Это же не меньше двух миллионов долларов! Может, даже около пяти.

— Семь было бы еще лучше. Ты же знаешь: семерка — магическое число.

— Мейбел, дорогая, помнится, вчера вечером я сказал что-то про отступные, но ведь я не имел в виду такие деньги.

— Я знаю, — сурово проговорила Мейбел. — Но ты можешь позволить себе и такие расходы. Хорас говорил, что твой бизнес стоит сотни миллионов.

— Хорас, кроме долларов, ничего не видит. И ты ведь знаешь: цена продажи и прибыль не всегда одно и то же. У меня есть обязательства…

— О, я понимаю: прежде всего, ты должен положить побольше, на свои счета, иначе тебе не добраться до твоих золотых пляжей. И все же останется достаточно, чтобы построить один маленький, ну ладно, среднего размера Культурный центр.

— Счета… — проворчал Джереми. — Как будто это единственное, что… Знаешь, — перебил он сам себя, — у тебя завышенная самооценка.

Мейбел пожала плечами.

— Ну, а сколько же, по-твоему, стоит мое согласие?

— Культурный центр… — с сомнением пробормотал Джереми.

— Возможно, университет согласится присвоить ему твое имя.

— Какая честь! Зачем тебе нужен этот Центр?

— Потому что он нужен университету.

— Послушай, если бы ты просила о миллионе на свои собственные нужды, это еще имело бы смысл. Но семь миллионов на Культурный центр… О, я понял. Ты хочешь извлечь из этого какую-то личную выгоду.

— А я никогда и не называла себя альтруисткой, — согласилась Мейбел.

— Ну, понятно. Если ты собираешься три месяца держать Хораса на расстоянии, притворяясь, что замужем за мной, он будет не особенно счастлив. Но, если, в конце концов, ты вернешься к нему с новым Культурным центром в кармане, он все тебе простит. Мейбел, дорогая…

— Не называй меня так.

— А чем это плохо? А, понимаю: так называет тебя Хорас. Постараюсь запомнить, что это тебя оскорбляет. Очень жаль, но, думаю, семь миллионов мне не наскрести.

— Добавь эту сумму к цене продажи.

— О, это заставит Лорин вздрогнуть.

— А, значит, ее зовут Лорин? И что же, у нее слабые нервы?

— Подожди, ты с ней еще познакомишься. — Джереми вздохнул. — Возможно, я смогу найти пять.

— Не мелочись. Это же благотворительная акция. Ты спишешь кругленькую сумму со своего подоходного налога. — Мейбел поразмышляла немного. — Ладно, три миллиона прямо сейчас и два при сбалансировании активов и пассивов.

— Ты пират, Мейбел. Это тебе следовало бы вести переговоры о продаже. Хорошо. Если в течение трех месяцев Лорин откажется от своей идеи заарканить меня в свой штат и заплатит цену, о которой мы говорили, ты получишь свои пять миллионов. — Он встал. — Пойду отнесу Ширил ее кружку. Мой багаж внести через переднюю дверь или через заднюю, как ты считаешь?

— У тебя с собой багаж?

— Этим утром я покинул гостиницу.

— Ну да, конечно. И, надо думать, возвращаешься туда, где ты жил в последнее время, завоевывая свои капиталы.

— Не совсем так. Я собираюсь въехать в этот коттедж.

— После того как ты расстанешься со своим бизнесом, — мягко проговорила Мейбел, — ты вполне можешь открыть новый: продажа самонадеянности оптом и в розницу. Отбою не будет. Ох, я же забыла: больше никаких дел, только пляжи. Между прочим, в каком отеле ты останавливался? Я пыталась разыскать тебя сегодня днем, но тщетно. Никто не знал, о ком я спрашиваю.

— Возможно, потому, что я назвался вымышленным именем. Я хотел сказать тебе об этом вчера вечером, но просто выпало из памяти. Хотя теперь, я полагаю, это уже не имеет значения, поскольку твоему адвокату больше не придется разыскивать меня по поводу всех этих бумаг.

Мейбел онемела, а Джереми как ни в чем не бывало, продолжал:

— Вернусь через минуту, только отнесу Ширли ее кружку. Поскольку я приехал на машине, ты мне позволишь приткнуть ее куда-нибудь? Думаю, у тебя в гараже стоит какое-нибудь транспортное средство. Где бы мне припарковаться, чтобы не заблокировать тебе выезд?

Лучше всего — на другом берегу Муррея, вертелось у Мейбел на языке. А еще лучше — в самом Муррее. Прямо внутри твоей машины.

— Я хожу на работу пешком. Местоположение этого дома — одна из причин, почему я его купила, другая причина… Впрочем, прежде чем вносить вещи, тебе лучше взглянуть на дом изнутри. — Мейбел встала и протянула руку. — Мои ключи, пожалуйста.

Джереми молча вернул ей ключи.

Мейбел открыла переднюю дверь.

— Другая причина, почему я купила этот дом, — продолжала она на ходу, — он небольшой и его легко убирать.

Коттедж и в самом деле был крошечным, в нем с трудом помещалась немногочисленная мебель Мейбел. В гостиной стояли кушетка, небольшой стол с двумя деревянными стульями и кресло-качалка. В комнате не оставалось ни одного свободного дюйма.

Мейбел стояла посреди гостиной и, указывая пальцем, комментировала:

— Шкаф для одежды. Кухня. Спальня — заметь, с одной кроватью. Вот и все.

— А что там? — Джереми указал на узкую дверь, примыкающую к кухне, которую она пропустила при перечислении.

— Незаконченное подсобное помещение. Ни окон, ни пола, человек ростом выше пяти футов может стоять там, разве что, сложившись пополам.

Странное дело, сейчас и гостиная показалась ей не намного больше кладовки. Каким образом, удивилась Мейбел, Джереми умудрился занять собой все пространство?

— Как видишь, у тебя есть две возможности: спать на кушетке или вернуться в отель. Можешь, конечно, отправиться обратно в… Откуда ты прибыл?

Не слушая ее, Джереми оглядывался вокруг и словно не верил своим глазам.

— Наш брак покажется не очень убедительным, если мы не будем жить под одной крышей, — заметил он, наконец.

Мейбел пожала плечами.

— Ну, что касается этой стороны дела… Если тебе будут звонить, я всегда могу сказать, что ты в душе, а ты перезвонишь оттуда, где будешь находиться.

— А как же в случае неожиданных гостей?

— Да кто может искать тебя?

— А ты думаешь, Ширли не заметит, что я здесь не живу?

— А мне, в общем-то, все равно, что заметит Ширли. Если бы ты не привлек ее внимание к своей особе…

— Но, если она поймет, что я не живу здесь, ей это наверняка покажется странным, и, возможно, она расскажет об этом женщине, дом которой находится выше по улице. А та работает в университете и наверняка доведет эту новость до сведения своей подруги, которая, можно не сомневаться, проболтается своему мужу, а он работает бухгалтером у Лорин.

У Мейбел закружилась голова.

— Я совершенно не понимаю, о чем ты говоришь.

— Названные мною индивидуумы существуют только гипотетически, но, совершенно очевидно, что такая цепочка реально существует. Ты, очевидно, не понимаешь, насколько тесен наш мир. Как, по-твоему, Хорас нашел меня вчера?

— Понятия не имею, я об этом не задумывалась.

А, в самом деле, только сейчас спохватилась Мейбел, если Джереми зарегистрировался в гостинице не под своей фамилией, то как, Хорас нашел его?

— Мой бывший профессор завтракал в ресторане той же гостиницы. Он узнал меня. Мы перебросились парой фраз, а потом, после завтрака, он позвонил Хорасу и рассказал ему, с каким известным выпускником университета он столкнулся за завтраком. Вот и все.

— Не думаю, что Ширли станет звонить твоему исполнительному директору по поводу кофе, лестницы и прочих интересных вещей, — сухо сказала Мейбел. — Впрочем, решай, как знаешь.

— Пять миллионов, и она предложит мне кушетку, — пробормотал он.